Кто меня, скажите, спрашивал - быть мне иль не быть? (иеромонах Роман)
48 мин, 38 сек 16240
И держать остальных со своим рядом каменным телом.
Истощение, дерматит, головные боли… Галина решила, что дочь много ест, и сделала вывод, что она, наверное, беременна. Такие выводы у Катерины вызывали отвращение к матери, поэтому она не хотела с ней откровенничать. Катя по-прежнему любила своего единственного, но он был жив, а она — мертва.
Мой цветок цвета пламени крови
Сквозь пространство слезой орошенный
Я протягиваю к тебе руки
Но лишь чувствую холод разлуки.
Без тебя как без Солнца, без света,
Без тепла и без жизни, без лета
И весна моя затянулась,
Без тебя от меня отвернулась.
Я тебе бы весну подарила
За тебя свою кровь бы пролила
Посмотри на меня, дай мне руку
Как луч Солнца, убьешь мою муку.
Эта мука в пустой бездне жизни
В чаше скорби бездонной мои дни
Я все падаю ниже и ниже
Черный снег я внутри чаши вижу.
В нем разбитые стекла сверкают
Мои пальцы все в кровь разрезают
Сверху белая бель мелом мажет
Снизу черная-черная сажа.
Нет ни птиц, ни цветов, и я гибну
В чаше смерти без признаков жизни
Мой цветок цвета пламени крови
Смерть меня разлучает с тобою!
Я тебе бы весну подарила
За тебя свою кровь бы пролила
Посмотри на меня, дай мне руку
Как луч Солнца убей мою муку!
Катерина часто ездит на концерты возлюбленного в Москву и часто его видит, но когда по-настоящему любишь, не так-то просто подойти и признаться. Не за косы же дергать, как школьник соседку по парте! Кроме того, она боялась причинить ему зло…
В сентябре 1999 года она возвращается в ПТУ, но так как перенесла сотрясение мозга, не может работать среди гудящих швейных машин и покидает путягу уже насовсем. В результате неверно выбранного пути заниматься шитьем она не любит и по сей день. Тогда же она начала учиться игре на гитаре в музыкальной школе поселка Кулотино.
В это самое время ее мать стала совсем редко появляться дома. Катя ничего не могла о ней подумать, кроме того, что мать живет в том же Кулотино у подруги. Но как-то раз Катерина опоздала на автобус в поселок и зачем-то стояла на остановке. И подъехала машина, в ней оказались ее мать, сестра и незнакомый мужчина, предложили подвезти. Катерина тихо спросила сестру:
— Лена, что за мужик?
— Дядя Валера.
— Кто такой?
— Не знаю.
После занятий Галина пригласила Катю в гости. Там-то она и увидела, как мать сюсюкается с длинным, сухопарым пятидесятилетним дедом Валерой, как с малым дитятей. У Кати был медленный шок. Когда она приезжала к маме, у нее в этом доме возникали странные эмоции: смех и слезы без причины, тоска или эйфория, бессонница, истерики. Лена при этом была абсолютно недоступна, сидела перед телевизором целыми днями и не общалась ни с сестрой, ни с мамой, ни тем более с Валерой.
Однажды подруга прислала Кате видеокассету с концертами любимой группы, а видеомагнитофон был только у мамы. Катя была дома одна, смотрела кассету, и тут приперся Валера, оглашая все окрест разноцветным запахом самогонки. Позвонила мать, попросила его к телефону — а он уже спал на диване в прихожей. Мать просила не будить. Потом опоек очнулся, стал что-то искать в телефонной книге, бубня себе под нос: Убирайтесь отсюда все!. Затем на кухне что-то полилось. Когда Катерина пришла на кухню, то увидела на полу желтую лужу, а Валера спал с распахнутой ширинкой. В шоке Катя ушла домой.
В следующий раз, весной, Катерина опять смотрела видео у мамы. Валера просто подошел и выключил телевизор, мать на это не отреагировала вообще, словно ничего не произошло. К нему приехала дочь с ребенком, и маленькая девочка постоянно плакала в этом доме. Галина лила воду через дверную ручку, умывала ею ребенка и вытирала ей лицо изнанкой рубашки. Катя ушла в город пешком и не общалась с матерью все лето.
Летом Катерина положила свои стихи на музыку и осенью поступила в московскую рок-студию Красный Химик, но училась там не более трех месяцев, потому что зимой…
Накануне Рождества Катя сидела на кухне с бабушкой, они говорили о чем-то своем, обсуждали новости по радио. О Галине не было ни слова, но спавший рядом в кресле пьяный Александр ни с того ни с сего вскочил и стал материть жену перед матерью и дочерью. Катерина ушла в мамину комнату, где она теперь репетировала, включила музыку. Отец ругался с бабушкой, потом вломился в ту комнату, стал рыться в ящиках под кроватью. Катя, оставив гитару, убежала к бабушке, отец пошел за ней, стал орать, гнать к матери. Неожиданно вовремя появилась Лена и увела сестру на улицу.
Вечером Катя вернулась домой и увидела, что ее гитара сломана. Она долгое время рыдала день и ночь. Бабушка повела ее в Православную церковь, но даже благотворная атмосфера Храма оказалась бесполезной. Прямо перед образами Катерина чуть не упала в обморок.
Лесная Нимфа, дитя Природы,
Летала птицей, цвела как роза
Но в середине зимы морозной
Ее накрыла лихая сила.
Слепой котенок, закрыты окна,
Зарыты щели, забиты двери.
Она ходила босой в морозы
Она ловила руками звезды
Она могла объять всю Землю
Она одна во всей Вселенной.
Закрыты звезды, мой путь потерян
Истощение, дерматит, головные боли… Галина решила, что дочь много ест, и сделала вывод, что она, наверное, беременна. Такие выводы у Катерины вызывали отвращение к матери, поэтому она не хотела с ней откровенничать. Катя по-прежнему любила своего единственного, но он был жив, а она — мертва.
Мой цветок цвета пламени крови
Сквозь пространство слезой орошенный
Я протягиваю к тебе руки
Но лишь чувствую холод разлуки.
Без тебя как без Солнца, без света,
Без тепла и без жизни, без лета
И весна моя затянулась,
Без тебя от меня отвернулась.
Я тебе бы весну подарила
За тебя свою кровь бы пролила
Посмотри на меня, дай мне руку
Как луч Солнца, убьешь мою муку.
Эта мука в пустой бездне жизни
В чаше скорби бездонной мои дни
Я все падаю ниже и ниже
Черный снег я внутри чаши вижу.
В нем разбитые стекла сверкают
Мои пальцы все в кровь разрезают
Сверху белая бель мелом мажет
Снизу черная-черная сажа.
Нет ни птиц, ни цветов, и я гибну
В чаше смерти без признаков жизни
Мой цветок цвета пламени крови
Смерть меня разлучает с тобою!
Я тебе бы весну подарила
За тебя свою кровь бы пролила
Посмотри на меня, дай мне руку
Как луч Солнца убей мою муку!
Катерина часто ездит на концерты возлюбленного в Москву и часто его видит, но когда по-настоящему любишь, не так-то просто подойти и признаться. Не за косы же дергать, как школьник соседку по парте! Кроме того, она боялась причинить ему зло…
В сентябре 1999 года она возвращается в ПТУ, но так как перенесла сотрясение мозга, не может работать среди гудящих швейных машин и покидает путягу уже насовсем. В результате неверно выбранного пути заниматься шитьем она не любит и по сей день. Тогда же она начала учиться игре на гитаре в музыкальной школе поселка Кулотино.
В это самое время ее мать стала совсем редко появляться дома. Катя ничего не могла о ней подумать, кроме того, что мать живет в том же Кулотино у подруги. Но как-то раз Катерина опоздала на автобус в поселок и зачем-то стояла на остановке. И подъехала машина, в ней оказались ее мать, сестра и незнакомый мужчина, предложили подвезти. Катерина тихо спросила сестру:
— Лена, что за мужик?
— Дядя Валера.
— Кто такой?
— Не знаю.
После занятий Галина пригласила Катю в гости. Там-то она и увидела, как мать сюсюкается с длинным, сухопарым пятидесятилетним дедом Валерой, как с малым дитятей. У Кати был медленный шок. Когда она приезжала к маме, у нее в этом доме возникали странные эмоции: смех и слезы без причины, тоска или эйфория, бессонница, истерики. Лена при этом была абсолютно недоступна, сидела перед телевизором целыми днями и не общалась ни с сестрой, ни с мамой, ни тем более с Валерой.
Однажды подруга прислала Кате видеокассету с концертами любимой группы, а видеомагнитофон был только у мамы. Катя была дома одна, смотрела кассету, и тут приперся Валера, оглашая все окрест разноцветным запахом самогонки. Позвонила мать, попросила его к телефону — а он уже спал на диване в прихожей. Мать просила не будить. Потом опоек очнулся, стал что-то искать в телефонной книге, бубня себе под нос: Убирайтесь отсюда все!. Затем на кухне что-то полилось. Когда Катерина пришла на кухню, то увидела на полу желтую лужу, а Валера спал с распахнутой ширинкой. В шоке Катя ушла домой.
В следующий раз, весной, Катерина опять смотрела видео у мамы. Валера просто подошел и выключил телевизор, мать на это не отреагировала вообще, словно ничего не произошло. К нему приехала дочь с ребенком, и маленькая девочка постоянно плакала в этом доме. Галина лила воду через дверную ручку, умывала ею ребенка и вытирала ей лицо изнанкой рубашки. Катя ушла в город пешком и не общалась с матерью все лето.
Летом Катерина положила свои стихи на музыку и осенью поступила в московскую рок-студию Красный Химик, но училась там не более трех месяцев, потому что зимой…
Накануне Рождества Катя сидела на кухне с бабушкой, они говорили о чем-то своем, обсуждали новости по радио. О Галине не было ни слова, но спавший рядом в кресле пьяный Александр ни с того ни с сего вскочил и стал материть жену перед матерью и дочерью. Катерина ушла в мамину комнату, где она теперь репетировала, включила музыку. Отец ругался с бабушкой, потом вломился в ту комнату, стал рыться в ящиках под кроватью. Катя, оставив гитару, убежала к бабушке, отец пошел за ней, стал орать, гнать к матери. Неожиданно вовремя появилась Лена и увела сестру на улицу.
Вечером Катя вернулась домой и увидела, что ее гитара сломана. Она долгое время рыдала день и ночь. Бабушка повела ее в Православную церковь, но даже благотворная атмосфера Храма оказалась бесполезной. Прямо перед образами Катерина чуть не упала в обморок.
Лесная Нимфа, дитя Природы,
Летала птицей, цвела как роза
Но в середине зимы морозной
Ее накрыла лихая сила.
Слепой котенок, закрыты окна,
Зарыты щели, забиты двери.
Она ходила босой в морозы
Она ловила руками звезды
Она могла объять всю Землю
Она одна во всей Вселенной.
Закрыты звезды, мой путь потерян
Страница 5 из 13
