Ты жертва, Я охотник

— Да? Да?! Да мне плевать! Делайте что угодно! Нанимайте киллеров, маньяков, убийц, кого угодно, лишь бы уничтожить ту шайку! И мне… — она сделала паузу, похоже, собеседник решился что-то сказать ей, но тот был тут же подавлен. — НЕТ! МНЕ ПЛЕВАТЬ! Я не хочу, чтобы при выступлениях кто-то грозился сорвать выступление Миледи, отправив её на тот свет!— женщина тяжело дышала и вскоре, как ни в чём не бывало, перешла на самый обычный тон. — Если эти ублюдки просто так разбрасываются своими людьми, если мы находим их у работорговцев, на улицах, в мусорках, то это не значит, что я обязательно должна бегать по улицам с неотёсанными бродягами и тыкаться в каждого прохожего с вопросами «А не ваш ли он случайно?». Пусть компашка тех убийц не гоняется за нами, дабы отомстить. Мы не виноваты, что их сообщники валяются по углам без дела. Мы их взяли, покормили, одели, убили. А как только убили, так сразу «он мой дальний родственник!», «мы с ним дружили когда-то!», «это мой папаша!». Да. Верно. Шли их в задницу. Всё, тема закрыта. А, погоди! Ещё постарайся разузнать, что этому вашему Джеффу надо от моей девочки. И что? Какая разница, ваш он или не ваш. Нет, просто узнай. Да, подойди и спроси у него!— Квинхарт вновь притихла. Миледи уже догадывалась, что именно ей говорят в трубку. — Хорошо… ладно, я попытаюсь. Ага. — наконец, женщина завершила звонок и простонала. Она становилась всё нервней и нервней, это сказывалось на её внешности, что было весьма заметно. Цокот каблуков прозвучал совсем рядом с дверью в комнатку Миледи, из-за чего девочка тут же кинулась на кровать. Потоптавшись у двери и решаясь, заходить или нет, госпожа Квинхарт всё же решила оставить её в покое.

Миледи бывало просыпалась ночью от стука в окно. Девочка боялась смотреть, что там и старалась зарыться поглубже в одеяло. Как-то раз она уже подошла к нему. Темно, совсем темно, чтобы разглядеть причину шума. И внезапно кровавая рука. А затем дикое лицо Джеффа и противная ухмылка. Миледи отпрыгнула и поскорее спряталась в глубине комнатки, чтобы этот маньяк не заметил её. Отдалённо слышалось его шипение, сквозь которое можно было разобрать лишь два слова и хихиканье.

— Ложись спать… — говорил он и царапал ногтями по стеклу. Девочка не спала тогда всю ночь, боясь, что на следующее утро уже не проснётся. Впрочем, зря, ведь Джефф никак не мог пробраться к ней, да и хотел, чтобы она ещё немного пожила.

«Что ты делаешь со мной, Джефф?»

Миледи потихоньку начинала ненавидеть себя. Зачем только она пошла тогда искать своих родителей? Зачем?

На улице светало, а это значило, что вся тьма и «нечисть» пряталась и на улице вновь становилось безопасно. Девочка осмелилась встать на ноги и подойти к столику, на котором лежал блокнот с записями и планами на день. Она не писала туда своих секретов, своего мнения и прочего, у неё не было дневников, потому что Квинхарт не позволяла, в том смысле, что она держала Миледи под контролем. Она проверяла абсолютно все вещи, спрятать что-либо от этой женщины было фактически невозможно, если только, например, проглотить дневник, хотя она бы в любом случае догадалась о его существовании и приказала любой ценой показать его. Девочка слабо улыбнулась и пробежалась глазами по расписанию. Завтра выступать. Отлично. Завтра она и сбежит. Обязательно будет эпичная кровавая бойня, без неё никак. Особенными гостями будут Джефф и та компания разбойников, что мстят за своих людей.

Рано утром Миледи одела платье, заплелась, накрасилась и решительно постучала в дверь.

— Откройте мне, я уже давно готова к выступлению. — спокойно произнесла девочка, стараясь выглядеть гордо. Через пару секунд раздался щелчок и дверь отворилась.

Леди Квинхарт поспешила ободрительно приобнять девчонку за плечи и подмигнуть.

— Бегом на сцену, детка, ты знаешь, что делать!— она тихонечко толкнула её в спину, давая пройти. — На столе ножи, думаю, ты сама разберёшься. — женщина поспешила уйти к собравшимся гостям, но в последнее мгновение остановилась и прошептала. — Не подведи меня.

Нет, вся эта забота, вся эта доброта конечно же только из-за денег. Эта женщина… Анита. Анита-милое имя, оно никак не подходит Квинхарт. Жестокая, тщеславная, противная. Она вкладывает деньги в Миледи, пиарит её. Миледи же эти деньги и зарабатывает. Может быть она и эгоистичная, но довольно таки смышлёная. Понимает, что если будет плохо обращаться к своей «дочке», то у той не будет желания выступать. Однажды со злости она выдала такую фразу: «Я нянчилась с тобой, воспитывала, кормила и одевала… Ты, даже когда умрёшь будешь мне должна!»

Миледи конечно же это помнит. Сегодня она расплатится. Или нет? Разве трупу нужно что-то возвращать? Всё с такой же ухмылкой на лице она взяла метательные и один кухонный ножи и отправилась на сцену.

Громкие аплодисменты встретили малышку, ещё сильнее дурманя разум. Да, пусть хлопают. Хлопают не ей, а смерти, которую они заслужили. Они все.

Квинхарт нигде не было. Довольно странно.