У жизни глаза зеленого цвета

— За главную основу возьми воду, а за вторую — настойку полыни, — посоветовала целительница, отмеряя нужную порцию Элевонской настойки.

Через два часа на столе уже стояли два фиала, наполненные специальными зельями. Гермиона, отложив ложку, которой переливала зелье в сосуд, устало опустилась на скамью. Призвав из шкафа два стакана, Элиза добавила туда по две капли Бодрящего зелья.

— Вот, выпей, — она протянула один стакан Гермионе. — Поппи вернется из Мунго сегодня, но только к вечеру. Могу я попросить тебя мне помочь?

— Конечно! — закивала головой Грэйнджер, выпив тонизирующий напиток.

— Тогда идем, у нас еще много работы, — и они вышли в больничную комнату.

Поттер лежал неподвижно и, казалось, спал. Когда Гермиона и Элиза вошли в комнату, Рон порывисто поднялся со стула.

— У вас получилось? — с надеждой спросил он.

Гермиона лишь кивнула, а Элиза тихо спросила:

— Гарри приходил в себя?

— Нет, — Рон устало опустился на стул, — он так тихо дышит… мне даже показалось, что он… умер…

— Мистер Уизли, вам нужно отдохнуть. Возвращайтесь в башню, а мисс Грэйнджер согласилась мне помочь, — целительница уловила вопросительный взгляд Рона на невесту, которая направилась к Поттеру.

— Иди, Рон, и не напридумывай себе опять всяческих небылиц! Утром я все тебе расскажу, — Гермиона подошла к Уизли, тихонько сжала его ладонь и, улыбнувшись, прошептала: «До завтра».

Когда Рональд ушел, Элиза осторожно повернула голову Поттера и в очередной раз обработала его затылок Прочищающим зельем. Затем, наложив на рану заживляющее заклинание, по капелькам влила в чуть приоткрытый рот ложку сложносоставного противоядия.

— Теперь нужно наблюдать за ним, — сказала целительница Гермионе, — как только он начнет приходить в себя, нужно давать зелье по пять капель каждые семь минут, — и она поставила на прикроватный столик фиал с зельем и песочные часы. — А мне нужно проверить состояние мистера Малфоя.

Проводив взглядом удаляющуюся колдунью, Гермиона напряженно всмотрелась в лицо Гарри в надежде увидеть какие-либо положительные изменения. Однако вместо ожидаемого тот еще больше побледнел. Гермиона машинально приложила ладонь к его сердцу. Слабый, редкий стук был еле уловим.

Вдруг мимо нее с испуганным выражением на лице пробежала Элиза. Забежав в больничную лабораторию, она схватила большой ящик, в котором брякали стеклянные флаконы с зельями.

— Элиза, Гар… Что случилось? — испуганная Гермиона поднялась со стула.

— Ма… — запыхавшимся голосом ответила целительница, — Малфой… у него… опять остановилось… дыхание… — донеслось до Гермионы уже от кровати Драко.

— Не может быть! — Гермиона стояла в оцепенении, словно на нее наложили сильнейший Петрификус Тоталус, и только губы беззвучно шептали: «Не может быть, не может»….

Повернувшись к лежащему без сознания Поттеру, она прошептала:

— Ну же, Гарри, ты не можешь так поступить после всего, что ты уже сделал для него! Соберись, прошу тебя! Гарри! Гарри! — и положила ладонь на бледную щеку Поттера.

Тут же по его лицу пробежала слабая судорога, и он с тихим стоном повернул голову на бок.

— Ты сможешь, я знаю! — прошептала Гермиона, поднося к губам Поттера ложку с противоядием и ощущая исходящие от него потоки магии.

— Мисс Мэйкклин, — чуть повысив голос, чтобы целительница услышала её, сказала Гермиона, — Гарри приходит в себя.

— Замечательно! — послышался радостный ответ, моментально сменившийся на потрясенное восклицание: -Невероятно!

— Элиза… — осторожно спросила Гермиона. — Что произошло?

— Невероятно! — вновь воскликнула целительница.

Не совсем понимая, что так поразило колдунью, Гермиона подошла к ней и застыла от удивления. Драко Малфой, бледный и худой, лежал на кровати и шумно дышал, окутанный нежным золотым свечением. Разноцветные потоки магии, тянущиеся от кровати Поттера, врывались в блестящее облако, делая его еще ярче. Гермиона протянула руку, пытаясь потрогать волшебные нити, но невидимая сила оттолкнула её, как будто возмущенно осыпав сияющими искорками.

— Невероятно! — вторя Элизе, прошептала Грэйнджер.

— Что связывает этих двоих, Гермиона? — потрясенно спросила целительница.

— Возможно, это знают только они, — тихо ответила та, мысленно улыбаясь своей догадке.

Рон сидел на полу перед камином в гостиной и теребил в руках загадочный сверток. Его распирало нешуточное любопытство, как это могло оказаться в кармане мантии его лучшего друга, на которого он все же еще немного обижался.

Так запаковывали товар только в одном месте Лондона — в лавке «Горбин и Бэркс» в Лютном переулке. Рон знал это совершенно точно: два года назад, вместе с Джорджем и Фредом выпив оборотного зелья, они купили там ингредиент, необходимый для очередной вредилки братьев Уизли. Порошок чешуи с хвоста черноглазой русалки тогда завернули в точно такую же бумагу.