Ежегодно в Соединенных Штатах Америки насильственной смертью в результате преступлений погибают более 2 тыс. детей. Смерть абсолютного большинства из них, при всей своей несвоевременной трагичности, проходит мимо внимания общественности, подтверждая замечательное наблюдение Ремарка, сказавшего, что «смерть человека — это трагедия, а гибель тысяч — всего лишь статистика». Но время от времени какой-либо случай гибели ребенка попадает под пристрастное внимание средств массовой информации, зачастую без веских к тому оснований, и тогда негодующая общественность, вопреки здравому смыслу, превращается в движущую силу юридического процесса.
Помимо этого, следствию стало известно о серьезных личностных проблемах Джона Рамсея, которые, кстати, последний всячески старался скрыть. Начиная с 1993 г. Джон наблюдался у психоаналитика в связи с усиливавшейся депрессией. В 1994 г. он стал регулярно принимать «Prozac», сильный антидепрессант, само назначение которого свидетельствовало о расстройстве сна, неконтролируемой разражительности, неадекватности поведенческих реакций. Сам Джон Рамсей, прекрасно сознавая серьезность этой информации, не сообщил полицейским о назначении ему «Prozac»-а. Появление в следственных материалах информации о данном средстве многое объясняло; если раньше следствие, отрабатывая версию убийства ДжонБенет по неосторожности, блуждало впотьмах, пытаясь понять вспышку внезапного гнева убийцы, то теперь такое объяснение оказывалось до банальности простым. Джон Рамсей уже несколько лет плохо контролировал свой гнев, другими словами, в какой-то момент он превратился в домашнего тирана, изводящего семью мелочными придирками; шалость маленькой дочки вполне могла вызвать вспышку ярости, следствием которой явилась смертельная травма ребенка…
Следствием внимательно изучалось предположение о возможном проникновении в дом постороннего лица. Эта версия получила в американсокй печати название «незваный гость» («intruder»). Название это очень точно, именно о «незваном госте», а не «киднеппере», приходится говорить, опираясь на материалы следствия.
Когда стало известен тот факт, что ключи от дома Рамсеев могли попасть в руки посторонних людей, следствие еще раз внимательно изучило наработанный материал. В самом деле, посторонний злоумышленник не походил на киднеппера, но может быть, он вовсе и не хотел похищать маленькую девочку, а руководствовался совсем иными соображениями? Какими? Скажем, компрометация Джона Рамсея как элемент конкурентной борьбы. Или месть кому-то из родителей из неизвестных личных побуждений. Версия о существовании «незваного гостя» была, конечно же, экзотична, но она требовала проработки.
Итак, каким же человеком должен был быть пресловутый «незваный гость»? Оказалось, что он должен был знать довольно специфическую информацию и обладать целым рядом особых поведенческих черт и качеств. Следователи попытались суммировать те критерии, которым д. б. удовлетворять подобный преступник, если только он действительно существовал:
1) «Незваный гость» должен был знать о том, что Джон Рамсей получил премию в 118 тыс. $;
2) «Незваный гость» должен был хорошо ориентироваться внутри дома Рамсеев;
3) «Незваный гость» должен был сохранить удивительное присутствие духа, чтобы после убийства ДжонБенет сесть писать пространное письмо с требованием выкупа (поскольку он не был киднеппером, то не готовил этого письма заранее);
4) «Незваный гость» отправляясь на преступление, не взял с собою сколь-нибудь серьезного оружия (пистолета, кастета, ножа) и для убийства ребенка воспользовался довольно неудобным орудием — самодельной гароттой;
5) «Незваный гость» был весьма невелик в габаритах, если он сумел протиснуться сквозь открытое окно первого этажа (разумеется, если только он не воспользовался ключами от дома). Если«незваный гость» действительно проник в дом через окно, то скорее, это должен был быть не мужчина, а женщина, причем некрупная;
6) «Незваный гость» для чего-то одел девочку и собрал ее волосы в два хвоста;