Учительница

Её первой очередной задачей было дать знания тем детям, которые их хотели. Раскрывать, заставлять, работать с трудными детьми она никогда не собиралась, считая, что если с ребёнком что — то не так это проблемы его родителей. Если родителям плевать, то ей и подавно, дело ведь это неблагодарное. А ей столько надо успеть отличников к олимпиаде подготовить, тетрадки проверить и так далее Даже когда двое из её учеников не успев выпорхнут из стен школы, жестоко убили человека, она и не подумала себя, как-то в этом обвинить. Так и проработала Ираида Михайловна несколько лет в школе, получая многочисленные грамоты и благодарности. Однажды в их школу взяли новую техничку, женщину старую, нелюдимую, говорила она всегда мало. Но многие люди её побаивались, считалась, что не скажет это женщина, всегда сбывалось. Ираида Михайловна на таких людей всегда смотрела с безразличной величавостью свысока своего культурного уровня.

В тот день поздравляли Ираиду Михайловну, пришла очередная грамота для неё. Учителя порядком засиделись, и позволили себе выпить совсем уж не немножко. Учительница вышла, слегка пошатываясь, благо ученики уже все разбрелись. У входа она столкнулась с нелюдимой техничкой. Ираида Михайловна отпрянула и неприятно поморщилась, она не позволяла себе касаться обслуживающего персонала, а тут лицом к лицу столкнулась. Выпитое немного развязала язык учительнице:

— Но Вы бы хоть зубы чистили нормальной пастой, все — таки в социуме работаете.

Техничка заметила презрительную мимику, и это её задело.

— А хоть и нормальной, главное, чтоб со рта водярой не несло, как от Вас Ираида Михайловна. Ещё учительницей называетесь.

— Фу на Вас, ещё будете мне пальцем тыкать, я заслуженная учительница, а Ваша дело грязной тряпкой махать.

— Я тряпкой машу, за свое заслуженное, более не требую и не претендую, а тебе пусть сегодня ночью и воздастся разом, за всё твое заслуженное.

Ираида Михайловна снова неприятно поморщилась и быстрым шагом пошла домой. Радуясь, что завтра воскресение.

Учительница зашла в квартиру и сразу легла спать, погрузившись в сладкий сон. Проснулась она от того, что кто — то силой поднял её и посадил на стул. Открыв усиленно глаза. Она увидела перед собой мрачного мужчину в темном одеянии, и стоявших за ним двух чертей. А комната учительницы словно превратилась в кабинет её класса, где за партами сидели её когда-то бывшие ученики с разных годов выпусков.

— Проснулась, уважаемая Ираида Михайловна, ну что ж, мы начинаем, процесс по поводу выдачи тебе заслуженных наград за всю твою педагогическую деятельность.

— Что это такое? Возмутилась учительница.

— Молчать! Будешь говорить, когда тебя будут спрашивать, а пока мы будем слушать твоих учеников.

Крикнул один из чертей.

Ираида трухнула, она хотела думать, что это просто кошмар от перепитого, ведь она так редко пьет.

Первая потянула руку Маша Скворцова. Ираида её помнила, вначале девочка была вполне перспективной, а потом резко замкнулась, и покатилось вниз, учительница не стала вдаваться в подробности. Скворцова после окончания школы, уехала куда — то, а потом пропала без вести.

— Можно я, можно я первая! По-детски просила Маша.

Кто–то невидимый для Ираиды дал разрешение девочке.

Маша стала, поправляя верхнею блузку, как всегда делала перед ответом и начала.

— Это было 17 мая, я отпросилась у Ираиды Михайловны на 5 минут в туалет. Когда я уже шла в кабинет, меня позвал один из старшеклассников, сказал, что там, на чердаке окотилась кошка, мне захотелось посмотреть хоть одним глазком. Я пошла. А там он и ещё двое его друзей меня изнасиловали, они меня держали, так что побоев не было, а мне сказали, чтобы я молчала, иначе они засмеют меня на всю школу. Когда зашла в класс по моему лицу текли слезы. Но Ираида Михайловна была злая, что я пропустила всю тему, и накричала на меня, даже не спросив, что случилось, и почему я плачу. Ей было намного важней, что я пропустила урок, а не то, что могло со мной случиться, ведь что–то со мной случилось, это было ясно как день, я никогда не прогуливала целый урок. Я боялась ходить в школу и часто пропускала, я боялась, своих насильников, которые там учились, Ираида Михайловна меня за это ругала, я хотела ей открыться, но она так на меня кричала, что я без уважительных причин пропускаю, что я закрылась.

— Ясно, садись Машенька, что скажите в свое оправдание Ираида Михайловна? — обратился, мужчина в черном, к учительнице.

Женщина одела на себя привычный образ «учитель всегда прав. И своих ошибок не признает». Сухо ответила:

— Это обвинения бред, а это всего лишь сон.

— Хорошо, продолжим, отвечает Круглов Иван.

Молодой парень весь в наколках с рыжей шевелюрой стал с задней парты и начал говорить.