Удержать любой ценой

Джефф спрыгнул с подоконника и куда-то молча направился. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним. «Да я, вроде как, и не боюсь уже. Рано или поздно можно привыкнуть к чему угодно, даже к его лицу», — про себя заметила я. Он свернул, и в дальнем конце неосвещенного коридора я увидела дверь. Подойдя к ней вплотную, я заметила, что на ней весит небольшой металлический замок. Пошарив в задних карманах джинсов, он достал небольшую связку ключей. Приподняв ее, он начал осматривать каждый. Найдя нужный, он вставил его и повернул. Замок щелкнул, и открылся. Джефф убрал его в карман толстовки вместе с ключами и, навалившись на дверь, со всей силы толкнул. Как только дверь поддалась, сверху тут же посыпалась штукатурка. В комнате было темно, хоть глаз выколи, и я ничего не могла разглядеть. Я посмотрела на Джеффа, он стоял и ждал пока я войду, но при этом его выражение лица было каким-то не таким. Он выглядел чересчур обеспокоенным, и от этого мне стало не по себе. Мне не захотелось идти туда. Совсем не хотелось.

— Так ты, значит, теперь мне доверяешь?

Вдруг он схватил меня за руку и, затолкнув в комнату, громко захлопнул за собой дверь. Мое сердце тут же ушло в пятки, когда я оказалась в неизвестной, погруженной в непроглядную тьму, комнате, да к тому еще и одна. Оцепенев, я стояла, не зная, что делать. Внезапно вспыхнул яркий свет, ослепив меня. Придя в себя, я открыла глаза, и удивилась, увидев вокруг себя всего лишь кучу старого хлама. «А чего ты ожидала? Трупов? Электрических стульев?» Тревога как рукой слетела. Если в других комнатах было пусто, то в этом чулане было все. Старый сдутый футбольный мяч, пыльные книги, детские игрушки, бутылки, стопки бумаг и куча коробок, покрытых паутиной. На потолке тускло горела старая лампочка. Здесь даже запах был какой-то особенный… Ладно. Я здесь для того, чтобы найти себе одежду. Сев на дощатый пол, я придвинула к себе ближайшую коробку. Сдув пыль, я открыла ее и обнаружила старые книги. Почти у всех названия на обложках были стерты от старости. Взяв первую попавшеюся и аккуратно открыв ее, я увидела, текст на пожелтевших страницах. Читать было лень, хоть и было интересно, какой же должен быть жанр у книги, чтобы маньяк хранил ее. Теперь мною одолевал еще больший интерес, и я решила осмотреть здесь каждый уголок. Отодвинув коробку с книгами, я придвинула следующую. В ней лежали пластинки. Осмотрев каждую, я потянулась за следующей коробкой, с игрушками. Рваный плюшевый медведь — одна штука, модель гоночной машинки — две штуки, набор солдатиков — одна штука, и тому подобное. Казалось бы, ничего особенного, но кто бы мог подумать, что этот сумасшедший убийца так дорожит воспоминаниями и хранит их все здесь. В четвертой коробке я увидела в принципе то, зачем здесь оказалась. Три свитера, джинсы, две кепки (одна из них зеленая, вторая черная), белый джемпер. Из всего предложенного я решила выбрать свитер и джинсы, которые, оказались на мне немного большие. Передвинув к себе еще одну коробку, я чуть не взвизгнула от счастья, когда увидела в углу свой рюкзак. Схвати его, я открыла, и первое, что бросилось мне в глаза, это недопитая «Фанта» и контейнер с двумя бутербродами. Я только сейчас обнаружила, что ужасно хочу есть, и, словно коршун, набросилась на еду. Жадно лопая, я открыла последнюю коробку, и увидела замечательнейшую вещь. Старые письма. Их было всего пятнадцать штук. Все конверты были вскрыты, и все от одного отправителя — Эмили Скотт. Услышав за дверью приближающиеся шаги, я быстро сунула все пятнадцать писем к себе в рюкзак и отфутболила пустую коробку в дальний угол…

Без оглядки

Прошли уже три недели с того дня, как мы уехали. Прости, что так долго не писали. Нам с папой очень захотелось сделать тебе приятное и послать письмо, я знаю, как ты любишь их получать. Лью не любит обычные письма. Говорит, что это пустая трата времени, поэтому мы уже послали ему в электронном виде. Он написал, что у вас все в порядке. Мы копим деньги на лечение. Я обещаю, что скоро этот кошмар закончится, мы приедем и снова заживем счастливой семьей. Мы с папой очень любим вас и скучаем. Слушайся брата, Джефф.

С любовью, мама и папа.