Удивительное путешествие Клайва К.

— Итак, — сказал он, посерьезнев, — речь о серии загадочных убийств на французской железной дороге. Как мы знали из газет, погибли пятеро: двое мужчин и три женщины разного возраста и положения. Убийца же так и не был найден, более того, следствие терялось в мотивах и не смогло напасть даже на его след. В результате, дело и вовсе сошло на нет. Поразительное отсутствие проницательности! И это, заметьте, дорогой друг, не наша Англия! Поистине, глупость имеет международный характер и силу… Между тем, мы имели дело с весьма простым фактом: с какого-то момента убийства прекратились, между тем, до этого преступник действовал регулярно в течении нескольких суток. О чем это говорит? Безусловно, только об одном: или он умер, погиб сам, или же покинул этот поезд. Поскольку новых жертв найдено не было, значит, остается второе. В какой же момент и почему это произошло? Пятой и последней жертвой убийцы была проститутка. Значит, напрашивается вывод, что именно в момент своего последнего убийства преступник был потревожен в своем убежище и не мог долее скрываться, что вынудило его покинуть экспресс. Далее: характер повреждений на теле каждой из жертв, а также выбранный способ убийства единодушно свидетельствует о том, что это не было тщательно спланированное преступление с целью ограбления, а совершенное sub affectum, под влиянием неуравновешенной психики. Пусть одна из жертв и была, в итоге, ограблена, но не это было первоочередной целью, а удовлетворение преступной тяги к смерти… Все это неизбежно выплывало еще из газетных заметок, которые я прочел. Заочно, я, правда, предполагал, что, возможно, преступления совершены некой патологичной личностью из высшего круга общества, питающейся, таким образом, кровью и жизнью тех людей из бедного сословия, которые не склонны сами защитить себя, да и закон не будет излишне тщателен в поиске их убийц… Таковым было первоначальное предположение, но, видит бог, я вовсе не торопился с выводами, пока мы ехали сюда. А, проехав тем же маршрутом, мы с Вами, несомненно, убедились, дорогой друг, что планировать убийство в таких условиях совершенно немыслимо (у Вас до сих пор болит поясница, дружище, или только спина?), и никакой лорд, аристократ, пусть и совершенно безумный, не избрал бы настолько неудобного способа утоления своих кровавых страстей… Следовательно, преступник принадлежал к тому же кругу общества, что и большинство остальных пассажиров. Однако, прежде, чем мы еще доехали, в газетах мелькнула еще одна заметка, которая ярким лучом пролила свет на эту странную историю: по пути следования поезда, в районе озера Монро, были найдены останки голого мужчины, при этом удалось установить, что он не утонул, а был убит, задушен. Более того, хотя других вещей и документов при теле не оказалось, рядом нашли дорогие часы! Разумеется, никто почему-то не связывал эту смерть с теми смертями на экспрессе, а совершенно напрасно. Удивительно, чем только думала местная полиция? На самом же деле, все элементарно становилось на свои места. Очевидно, что убийца не остановился на своей последней жертве, проститутке из Санта-Моники, а совершил еще одно преступление, убив этого несчастного мужчину и сбросив его с поезда. Поскольку тот был найден без одежды и документов, значит, все это убийца присвоил себе, до того, как был выброшен труп. И уже под чужим именем и бумагами продолжил свое путешествие! Очевидно, между ним и последней жертвой существовало определенное внешнее сходство, которое позволяло реализовать этот необычный план. Если, конечно же, это было именно планом, а не спонтанным действием, как было ранее… С этого момента убийства прекращаются. Преступник счел необходимым спрятаться под чужой личиной, в которой он был бы недоступен для полиции, и наступил на горло своей «песне». «Облагородился», вероятно, потому что и жертва принадлежала к высшему кругу (вспомните часы!), обладала средствами и доходом, позволяющим, как минимум, мирное, безбедное существование. Таким образом, возможность обогатиться перевесила для него жажду убивать. Что также свидетельствует в пользу версии о низком происхождении преступника, как правило, такие люди, даже если сошли далеко в сторону от дорожки, крайне, болезненно честолюбивы, и предел их мечтаний — преуспевающее существование… Ради этого они способны отказаться даже от преступного зова натуры, не совсем, разумеется, но на некоторое время и до определенной степени. Рано или поздно они все равно возвращаются на свою стезю, куда ведет их неуравновешенная натура, но до того они могут казаться прочим совершенно обычным человеком, таким, как все…

— Браво! — воскликнул доктор. — Но как найти его, если он поменял лицо и мог сойти где угодно?

— Для этого, дорогой доктор, мне лишь было необходимо получить список всех джентельменов, сошедших незадолго после станции Монро (вряд ли он бы выдержал после того длинное путешествие в чужом обличье в поезде, который постоянно обыскивался полицией), и навести справку об их доходах. Поверьте, это были сущие пустяки!