Ульрика Майнхоф была прекрасно образованной и яркой личностью, любимицей журналистов. Но она предпочла стать фанатичной и жестокой террористкой. Ее история во многом таинственна и необъяснима.
14 мин, 15 сек 1613
Арест Ульрики Майнхоф был последним гвоздем, вбитым в крышку гроба «Красной армии». Она была движущей силой всех операций, обладала уникальными способностями и пользовалась несомненным авторитетом среди единомышленников. Одни подпольные группы пытались освободить ее, другие в ответ на ее арест провели ряд террористических актов.
21 мая 1975 года начался судебный процесс над Майнхоф, Баадером, Эннслин и Распэ. Вместе с ними на скамье подсудимых должен был сидеть и Майнс, но он объявил голодовку и умер в заключении.
Судебный процесс тянулся целый год. Обвиняемые не говорили ни слова, заявив, что не признают этот суд. Но в конце концов Эннслин «сломалась». Она подтвердила, что банда совершила целую серию убийств. Через четыре дня Ульрика разорвала тюремное полотенце на полоски, сделала веревку, привязала се к решетке окна своей камеры и повесилась.
Ее смерть подняла новую волну террора. Кульминацией стало убийство промышленника Ганса-Мартина Шлейера и захват самолета «Люфтганзы» в октябре 1977 года. При освобождении пассажиров группой специального назначения трое из четырех террористов были убиты на месте, а один ранен.
Эта новость так ошеломила Распэ, Баадера и Эннслин, которые были приговорены к пожизненному заключению, что мужчины застрелились из тайно переданных им пистолетов, а Эннслин повесилась.
Когда полиция еще раз внимательно пересмотрела список разыскиваемых террористов, «примеряя» его к взбудоражившему весь мир убийству Ганса-Мартина Шлейера (известный западногерманский промышленник, незадолго до этого похищенный«Красной армией», был умерщвлен через несколько часов после провала террористической операции по захвату самолета в аэропорту столицы Сомали), экспертам бросилось в глаза то обстоятельство, что по крайней мере половину этого списка составляли террористки с явственным «почерком» Ульрики Майнхоф.
Джиллиан Бейкер, автор биографической хроники переполненной кровавыми событиями жизни Ульрики Майнхоф, пишет: «Иногда она вела себя как взбалмошный подросток, в котором вдруг проснулась неуемная любовная жажда. В ней непримиримо пытались сосуществовать пуританка и бунтарь, одинаково увлеченные и обманутые коммунистической утопией».
Но те, кто хорошо знал Ульрику Майнхоф, утверждают, что где-то на дне ее души, вытеснив оттуда любовь, таилась черная ненависть, которая и сделала эту женщину «королевой террора».
21 мая 1975 года начался судебный процесс над Майнхоф, Баадером, Эннслин и Распэ. Вместе с ними на скамье подсудимых должен был сидеть и Майнс, но он объявил голодовку и умер в заключении.
Судебный процесс тянулся целый год. Обвиняемые не говорили ни слова, заявив, что не признают этот суд. Но в конце концов Эннслин «сломалась». Она подтвердила, что банда совершила целую серию убийств. Через четыре дня Ульрика разорвала тюремное полотенце на полоски, сделала веревку, привязала се к решетке окна своей камеры и повесилась.
Ее смерть подняла новую волну террора. Кульминацией стало убийство промышленника Ганса-Мартина Шлейера и захват самолета «Люфтганзы» в октябре 1977 года. При освобождении пассажиров группой специального назначения трое из четырех террористов были убиты на месте, а один ранен.
Эта новость так ошеломила Распэ, Баадера и Эннслин, которые были приговорены к пожизненному заключению, что мужчины застрелились из тайно переданных им пистолетов, а Эннслин повесилась.
Когда полиция еще раз внимательно пересмотрела список разыскиваемых террористов, «примеряя» его к взбудоражившему весь мир убийству Ганса-Мартина Шлейера (известный западногерманский промышленник, незадолго до этого похищенный«Красной армией», был умерщвлен через несколько часов после провала террористической операции по захвату самолета в аэропорту столицы Сомали), экспертам бросилось в глаза то обстоятельство, что по крайней мере половину этого списка составляли террористки с явственным «почерком» Ульрики Майнхоф.
Джиллиан Бейкер, автор биографической хроники переполненной кровавыми событиями жизни Ульрики Майнхоф, пишет: «Иногда она вела себя как взбалмошный подросток, в котором вдруг проснулась неуемная любовная жажда. В ней непримиримо пытались сосуществовать пуританка и бунтарь, одинаково увлеченные и обманутые коммунистической утопией».
Но те, кто хорошо знал Ульрику Майнхоф, утверждают, что где-то на дне ее души, вытеснив оттуда любовь, таилась черная ненависть, которая и сделала эту женщину «королевой террора».
Страница 5 из 5
