Катя забавлялась тем, что знакомилась по ночам с водителями, раскручивала их на угощение и выпивку, а затем «обламывала», о чём с удовольствием рассказывала своим подругам, непременно указывая, сколько денег было на неё потрачено, и добавляла: «люблю обламывать мужиков».
4 мин, 42 сек 1416
Её поместили в психиатрическую больницу — в обитую матрасами камеру, где она, голая, испачканная своими испражнениями, постоянно билась об стены, или висела, привязанная за руки. Санитары издевались, били её, тушили окурки в её глазницах, и смеялись над её уродством, слепотой и безумием. А она не могла ни бежать, ни пожаловаться.
Ей вводили сильные лекарства, провели множество сеансов электросудорожной терапии, и это дало эффект — через три года Катя успокоилась, перестала кричать и биться об стены; к ней начал возвращаться разум, но это было страшнее всего. Она пыталась доказать, что пришла в себя, но после того, что с ней делали в психушке, выпустить её уже не могли.
Катя понимала, что проведёт в этом заведении всю жизнь, постоянно терпя издевательства; она испытывала острое желание смерти, и жалела, что маньяк не съел её.
На счастье, Катя вновь впала в спасительное безумие, наполненное эротическими видениями. Теперь, когда санитары забавлялись с ней, она улыбалась.
Маньяк не пожалел, что отпустил жертву. Он имел удовольствие читать в газете о том, как искалеченную девушку доставили в больницу. Периодически, когда девушек у него не было, он представлял себе её мучения. И если нашелся бы кто-то, кто мог бы сопоставить периоды наибольших страданий Кати и его фантазий о ней, оказалось бы, что это происходило одновременно.
Ей вводили сильные лекарства, провели множество сеансов электросудорожной терапии, и это дало эффект — через три года Катя успокоилась, перестала кричать и биться об стены; к ней начал возвращаться разум, но это было страшнее всего. Она пыталась доказать, что пришла в себя, но после того, что с ней делали в психушке, выпустить её уже не могли.
Катя понимала, что проведёт в этом заведении всю жизнь, постоянно терпя издевательства; она испытывала острое желание смерти, и жалела, что маньяк не съел её.
На счастье, Катя вновь впала в спасительное безумие, наполненное эротическими видениями. Теперь, когда санитары забавлялись с ней, она улыбалась.
Маньяк не пожалел, что отпустил жертву. Он имел удовольствие читать в газете о том, как искалеченную девушку доставили в больницу. Периодически, когда девушек у него не было, он представлял себе её мучения. И если нашелся бы кто-то, кто мог бы сопоставить периоды наибольших страданий Кати и его фантазий о ней, оказалось бы, что это происходило одновременно.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Страница 2 из 2
