За время своей необычно долгой жизни, моя верная собака, овчарка по кличке Тайга, несколько раз оказывалась в загадочных, а порой и просто паранормальных обстоятельствах. Не знаю, связанно ли это с событиями, сопровождавшими нашу встречу, или является всего лишь чередой случайностей, прихотью слепого рока, отбросившего на нас свою таинственную тень.
Добавить в моё избранное
16 мин, 25 сек 7695
Я подошёл, действо продолжалось, Тайга, почувствовав свободу от довлеющей толпы, отбежала от меня и носилась вдоль берега метрах в трехстах. Музицирующий человек мало напоминал шамана, если бы не его специфический музыкальный инструмент и не контекст ситуации, я принял бы его за типичного бомжа. Он был старый, грязный, небритый, с нездоровой блестящей кожей. Одет в обыкновенные лохмотья неопределённо-тёмного цвета, штаны порваны ниже колен, рубаха расстёгнута, волосы черные, кучерявые, скатавшиеся в засаленные локоны. Так продолжалось несколько минут, я стоял и слушал его игру, звучало неплохо, хотя мелодию различить у меня так и не получилось. Внезапно шаман перестал играть, выпрямился, окружающие его люди также прекратили качаться, они стали по одному подходить к нему. Каждый подходивший склонялся перед шаманом, тот делал странный жест, проводя рукой по лбу подошедшего, затем адепты протягивали своему гуру какой-либо предмет, тотем или амулет, не снимая его с шеи, он прикасался к предмету, на этом мистерия завершалась. Некоторые, пройдя такой замысловатый ритуал, сразу уходили в сторону фестиваля, другие возвращались на свои места. Как только всё закончилось, шаман и оставшиеся адепты уставились на меня, повисло молчание.
— Прими и ты дар духов, странник, не зли старика Эрлика, — голос шамана был пропитым и хриплым, сильно напоминал пьяное лепетание нашего дворового алкаша Валеры. У меня от такого несоответствия содержания звучанию против воли вырвался смешок. Подходить я, естественно, не собирался, да и противно было.
— Не боюсь я твоих духов, дедушка Эрлик! — с улыбкой, но без злобы и вызова, сказал я, — Да и помыться бы тебе не помешало, а то так ты сам всех духов распугаешь.
Закончив, я уже было развернулся, чтобы уйти, как услышал за спиной невнятное бормотание. Шаман шептал что-то вроде «в гости приглашен, маком (или мраком) оплетён, знакомые, старые, новые» что-то ещё непонятное типа«инсталляция» повторял всё это несколько раз мне вслед. Тайга радостно подбежала, она была грязная и счастливая. Мы вернулись к остальным, особого значения этому случаю я не придал.
После обеда камлали местные шаманы. Их было много, они неистово били в свои бубны, жгли на небольших металлических подставках какую-то вонючую дрянь. Затем народ разбился на группы, самая большая из которых собралась вокруг главного шамана, среди кого именно он был главным, выяснить мне так и не удалось, все просто называли его «главный шаман». Вокруг него было много поклонников, последователей, просто любопытных, а также фотографов и даже представители какого-то телеканала с камерой. Это был седой опрятный старик, в красивом синем облачении с карминовым поясом и карманами, несколькими амулетами на груди и чем-то вроде посоха, обвязанного полосками ткани различных цветов. Главный шаман казался уставшим, но добродушным, тепло и приветливо всем улыбался. Сначала он немного поколотил в бубен, но ему это надоело очень быстро, и он стал по одному принимать людей, к нему выстроилась очередь, как на исповедь. К моему удивлению, этот приятный старик начал проделывать с подходящими к нему людьми ту же самую операцию, что проделывал виденный мной ранее шаман-оборванец. Однако, в отличие от последнего, главный шаман предварительно выслушивал каждого подошедшего к нему человека, кивал головой, давал советы. Так продолжалось достаточно долго, часа через два народ схлынул, и появилась возможность посмотреть на этого дедулю поближе. Мы, все вчетвером, подошли к самому ограждению и наблюдали за происходящим. Старец выглядел сильно утомлённым, он то и дело потирал колено, явно его беспокоившее.
И вдруг, совершенно неожиданно, Тайга перепрыгнула через низенькую деревянную изгородь и подбежала к главному шаману. В панике я рванул за ней, яростно призывая собаку вернуться. Следует отметить, что по своему происхождению Тайга собака служебная, ей долго проходилось привыкать к городской жизни и, тем не менее, даже после шести лет, проведённых на гражданке, она не слишком ладила с чужими людьми. Нет, она не была агрессивной, за всё время ни разу никого не покусала, просто старалась сторониться чужаков. Если человек из моего круга общения, она его принимает сразу, как правило, без особых возражений. Ласковая с друзьями, Филиппу просто обожает. Но вот посторонним она не доверяет, не могу припомнить такого случая, чтобы Тайга без повода подбегала к чужаку. И всё же, тогда овчарка подскочила к шаману и радостно закрутилась у его ног! Он же, без тени смущения или страха потрепал её за шею, и объявил, что она «хороша собака» это было немыслимо.
— Это чья такая красавица? — со своей неизменной улыбкой спросил шаман.
— Моя, — ответил я, подбегая и пытаясь ухватить Тайгу за ошейник.
— Хороша, хороша псина! — продолжил он и посмотрел мне прямо в глаза, — Сильный оберег, от Бога дар.
В этот момент я перестал пытаться поймать собаку и уставился на шамана.
— Прими и ты дар духов, странник, не зли старика Эрлика, — голос шамана был пропитым и хриплым, сильно напоминал пьяное лепетание нашего дворового алкаша Валеры. У меня от такого несоответствия содержания звучанию против воли вырвался смешок. Подходить я, естественно, не собирался, да и противно было.
— Не боюсь я твоих духов, дедушка Эрлик! — с улыбкой, но без злобы и вызова, сказал я, — Да и помыться бы тебе не помешало, а то так ты сам всех духов распугаешь.
Закончив, я уже было развернулся, чтобы уйти, как услышал за спиной невнятное бормотание. Шаман шептал что-то вроде «в гости приглашен, маком (или мраком) оплетён, знакомые, старые, новые» что-то ещё непонятное типа«инсталляция» повторял всё это несколько раз мне вслед. Тайга радостно подбежала, она была грязная и счастливая. Мы вернулись к остальным, особого значения этому случаю я не придал.
После обеда камлали местные шаманы. Их было много, они неистово били в свои бубны, жгли на небольших металлических подставках какую-то вонючую дрянь. Затем народ разбился на группы, самая большая из которых собралась вокруг главного шамана, среди кого именно он был главным, выяснить мне так и не удалось, все просто называли его «главный шаман». Вокруг него было много поклонников, последователей, просто любопытных, а также фотографов и даже представители какого-то телеканала с камерой. Это был седой опрятный старик, в красивом синем облачении с карминовым поясом и карманами, несколькими амулетами на груди и чем-то вроде посоха, обвязанного полосками ткани различных цветов. Главный шаман казался уставшим, но добродушным, тепло и приветливо всем улыбался. Сначала он немного поколотил в бубен, но ему это надоело очень быстро, и он стал по одному принимать людей, к нему выстроилась очередь, как на исповедь. К моему удивлению, этот приятный старик начал проделывать с подходящими к нему людьми ту же самую операцию, что проделывал виденный мной ранее шаман-оборванец. Однако, в отличие от последнего, главный шаман предварительно выслушивал каждого подошедшего к нему человека, кивал головой, давал советы. Так продолжалось достаточно долго, часа через два народ схлынул, и появилась возможность посмотреть на этого дедулю поближе. Мы, все вчетвером, подошли к самому ограждению и наблюдали за происходящим. Старец выглядел сильно утомлённым, он то и дело потирал колено, явно его беспокоившее.
И вдруг, совершенно неожиданно, Тайга перепрыгнула через низенькую деревянную изгородь и подбежала к главному шаману. В панике я рванул за ней, яростно призывая собаку вернуться. Следует отметить, что по своему происхождению Тайга собака служебная, ей долго проходилось привыкать к городской жизни и, тем не менее, даже после шести лет, проведённых на гражданке, она не слишком ладила с чужими людьми. Нет, она не была агрессивной, за всё время ни разу никого не покусала, просто старалась сторониться чужаков. Если человек из моего круга общения, она его принимает сразу, как правило, без особых возражений. Ласковая с друзьями, Филиппу просто обожает. Но вот посторонним она не доверяет, не могу припомнить такого случая, чтобы Тайга без повода подбегала к чужаку. И всё же, тогда овчарка подскочила к шаману и радостно закрутилась у его ног! Он же, без тени смущения или страха потрепал её за шею, и объявил, что она «хороша собака» это было немыслимо.
— Это чья такая красавица? — со своей неизменной улыбкой спросил шаман.
— Моя, — ответил я, подбегая и пытаясь ухватить Тайгу за ошейник.
— Хороша, хороша псина! — продолжил он и посмотрел мне прямо в глаза, — Сильный оберег, от Бога дар.
В этот момент я перестал пытаться поймать собаку и уставился на шамана.
Страница 3 из 5
