Сказка-комедия в трех действиях, в шести картинах...
80 мин, 49 сек 6289
Откуда-то из глубины лавки выходит Старик, высокий, слегка согбенный, с длинной, белой, позеленевшей от времени бородой. На нем круглая шапочка и халат, расшитый серебрим и золотом. За Стариком выходит человек лет тридцати, статный, со строгими чертами лица — это подручный Старика, Продавец.
КНИГОНОША (Старику и Продавцу). Здравствуй, хозяин. Здорово? Друг. Вот я вам покупателя привел. С его легкой руки у меня нынче торговля бойко пошла. Авось он и вам счастье принесет.
Старик молча и степенно кланяется.
ПРОДАВЕЦ. Милости просим, гости почтенные! Чем услужить можем?
КНИГОНОША. Вот ему зеркальце нужно, да не слишком дорогое. Найдется у вас?
СТАРИК (глухим и тихим голосом). У нас все найдется.
КНИГОНОША. Ну так будьте здоровы. Пойду и я торговать. (Уходит.)
МУЗЫКАНТ (с интересом оглядывая лавку). Дозвольте спросить, какие такие умные вещи у вас продаются? Мне они, конечно, не по карману, а узнать любопытно.
СТАРИК. Что ж, за спрос денег не берут. (Продавцу.) Покажи-ка ему, братец, наш товар.
ПРОДАВЕЦ. Отчего не показать? Все покажем. Вот, милый человек, скатерть-самобранка.
МУЗЫКАНТ. Самобранка? Настоящая? А я, признаться, думал, это сказка…
ПРОДАВЕЦ. Сказка и есть. Только скажи ей: «Развернись!» — она тебя накормит и напоит. А это сапоги-скороходы. Ты в них за день раз десять всю землю кругом обежишь и к вечеру домой вернешься.
МУЗЫКАНТ. Чудеса, да и только!
ПРОДАВЕЦ. Чудеса и есть. А вот шапка-невидимка. Наденешь ее — и тебя видно не будет.
МУЗЫКАНТ. Прямо сказать, удивительно! А если можно, позвольте еще спросить…
СТАРИК. Спрашивай.
МУЗЫКАНТ. Вот я все думаю и никак понять не могу: зачем вы эти чудесные вещи продаете? Коли у вас есть скатерть-самобранка да сапоги-скороходы, так вы и без торговли безбедно прожить можете. Ешь-пей задаром да гуляй себе в сапогах-скороходах по городам и селам, по горам и долам. А захотел от злого глаза укрыться — шапочку надень…
СТАРИК. Нет, парень, наши умные вещи должны по белу свету странствовать, из рук в руки переходить. А ежели мне их для себя в сундуке держать, так они свой ум и свою силу потеряют. Самобранка простой скатертью станет, скороходы — простыми сапогами, а шапка-невидимка своей невидимости лишится.
МУЗЫКАНТ. Вон оно что! Ну, а у того, кто эти вещи купит, они навсегда останутся или как?
СТАРИК. Нет, не навсегда. У одного они подолгу гостят, а у другого и дня не проживут. Глупому умные вещи ума не прибавят. Понял?
МУЗЫКАНТ. Как не понять, а только больно хитро все это.
СТАРИК. Еще бы не хитро! Ну, что ж тебе еще показать? (Продавцу.) А ну-ка, брат, где тут у нас волшебное зеркальце и дудка-самогудка?
ПРОДАВЕЦ. Вот извольте. Зеркальце у нас хоть и маленькое, а тоже умное. Говорящее.
Музыкант осторожно берет в руки зеркальце. Раздается легкий звон, а потом еле слышные слова.
ЗЕРКАЛЬЦЕ
Эни, бени, дуно, жес -
Светит солнышко с небес.
Я, как солнышко, горю,
Людям правду говорю.
МУЗЫКАНТ. Ну, скажи и мне правду.
ЗЕРКАЛЬЦЕ (тихо). Возьми меня, я тебе в беде пригожусь…
МУЗЫКАНТ. Эх, взял бы я, да не знаю, сколько за тебя спросят… Ведь тебе и цены нет!
ПРОДАВЕЦ. Ничего, как-нибудь сторгуемся! А пока на дудку-самогудку взгляни. Она с виду хоть и простенькая, а тоже волшебная — говорящая. А играет чище и звонче всех дудок на свете.
МУЗЫКАНТ. Сама играет?
СТАРИК. На то она и самогудка. А все же музыкант ей нужен. Без него в ее песне души не будет. Может, попробуешь сыграть на ней?
МУЗЫКАНТ. Да какой же я музыкант? Играю для себя самого, для своего удовольствия.
СТАРИК. Ну и на нашей дудочке так сыграй. Для себя, для своего удовольствия, — тогда и других порадуешь.
Музыкант прикладывает дудку к губам. Она издает красивый и сильный звук.
МУЗЫКАНТ. Да неужто это я заиграл?
ПРОДАВЕЦ. А то кто же? Играй, играй. Сейчас самогудка с тобой вместе и петь будет.
Дудка играет веселый мотив, а потом и поет. Люди на ярмарке притопывают, приплясывают и, наконец, пускаются в пляс.
МУЗЫКАНТ
(играет и поет)
Как послушаешь дуду,
Позабудешь про беду.
В самогудку станешь дуть -
Ноги сами в пляс идут!
Эх, дудка-дуда,
И туда
И сюда!
(Быстрее, скороговоркой.)
Во городе во Муроме
Петух подрался с курами.
Козлу остригли бороду,
Пошел козел по городу,
Козлу не до смеха,
А нам зато потеха…
Эх!
(Переходит на грустный мотив.)
Люди на ярмарке перестают плясать, пригорюниваются, плачут.
Что, кукушечка, кукуешь?
Что ты, милый мой, тоскуешь?
В самогудку станешь дуть -
Слезы горькие идут…
(Заливается.)
Хоть пой, хоть плачь,
Хоть вплавь, хоть вскачь!
СТАРИК. Хорошо играешь, парень. Слушается тебя моя дудка. Сколько раз я ее слыхал, а и меня слеза прошибла. Ну, так и быть, бери и дудку и зеркальце, коли они тебе по душе пришлись.
МУЗЫКАНТ. А какая им цена, дедушка?
СТАРИК. Ты же сам сказал, что этим вещам и цены нет. Да я тебе их тоже не навсегда даю, а на время. Владей ими год, а там увидим.
МУЗЫКАНТ. Уж не знаю, как и благодарить вас!
СТАРИК. За такие вещи не благодарят. Может, они тебе радость, а может, и горе принесут.
КНИГОНОША (Старику и Продавцу). Здравствуй, хозяин. Здорово? Друг. Вот я вам покупателя привел. С его легкой руки у меня нынче торговля бойко пошла. Авось он и вам счастье принесет.
Старик молча и степенно кланяется.
ПРОДАВЕЦ. Милости просим, гости почтенные! Чем услужить можем?
КНИГОНОША. Вот ему зеркальце нужно, да не слишком дорогое. Найдется у вас?
СТАРИК (глухим и тихим голосом). У нас все найдется.
КНИГОНОША. Ну так будьте здоровы. Пойду и я торговать. (Уходит.)
МУЗЫКАНТ (с интересом оглядывая лавку). Дозвольте спросить, какие такие умные вещи у вас продаются? Мне они, конечно, не по карману, а узнать любопытно.
СТАРИК. Что ж, за спрос денег не берут. (Продавцу.) Покажи-ка ему, братец, наш товар.
ПРОДАВЕЦ. Отчего не показать? Все покажем. Вот, милый человек, скатерть-самобранка.
МУЗЫКАНТ. Самобранка? Настоящая? А я, признаться, думал, это сказка…
ПРОДАВЕЦ. Сказка и есть. Только скажи ей: «Развернись!» — она тебя накормит и напоит. А это сапоги-скороходы. Ты в них за день раз десять всю землю кругом обежишь и к вечеру домой вернешься.
МУЗЫКАНТ. Чудеса, да и только!
ПРОДАВЕЦ. Чудеса и есть. А вот шапка-невидимка. Наденешь ее — и тебя видно не будет.
МУЗЫКАНТ. Прямо сказать, удивительно! А если можно, позвольте еще спросить…
СТАРИК. Спрашивай.
МУЗЫКАНТ. Вот я все думаю и никак понять не могу: зачем вы эти чудесные вещи продаете? Коли у вас есть скатерть-самобранка да сапоги-скороходы, так вы и без торговли безбедно прожить можете. Ешь-пей задаром да гуляй себе в сапогах-скороходах по городам и селам, по горам и долам. А захотел от злого глаза укрыться — шапочку надень…
СТАРИК. Нет, парень, наши умные вещи должны по белу свету странствовать, из рук в руки переходить. А ежели мне их для себя в сундуке держать, так они свой ум и свою силу потеряют. Самобранка простой скатертью станет, скороходы — простыми сапогами, а шапка-невидимка своей невидимости лишится.
МУЗЫКАНТ. Вон оно что! Ну, а у того, кто эти вещи купит, они навсегда останутся или как?
СТАРИК. Нет, не навсегда. У одного они подолгу гостят, а у другого и дня не проживут. Глупому умные вещи ума не прибавят. Понял?
МУЗЫКАНТ. Как не понять, а только больно хитро все это.
СТАРИК. Еще бы не хитро! Ну, что ж тебе еще показать? (Продавцу.) А ну-ка, брат, где тут у нас волшебное зеркальце и дудка-самогудка?
ПРОДАВЕЦ. Вот извольте. Зеркальце у нас хоть и маленькое, а тоже умное. Говорящее.
Музыкант осторожно берет в руки зеркальце. Раздается легкий звон, а потом еле слышные слова.
ЗЕРКАЛЬЦЕ
Эни, бени, дуно, жес -
Светит солнышко с небес.
Я, как солнышко, горю,
Людям правду говорю.
МУЗЫКАНТ. Ну, скажи и мне правду.
ЗЕРКАЛЬЦЕ (тихо). Возьми меня, я тебе в беде пригожусь…
МУЗЫКАНТ. Эх, взял бы я, да не знаю, сколько за тебя спросят… Ведь тебе и цены нет!
ПРОДАВЕЦ. Ничего, как-нибудь сторгуемся! А пока на дудку-самогудку взгляни. Она с виду хоть и простенькая, а тоже волшебная — говорящая. А играет чище и звонче всех дудок на свете.
МУЗЫКАНТ. Сама играет?
СТАРИК. На то она и самогудка. А все же музыкант ей нужен. Без него в ее песне души не будет. Может, попробуешь сыграть на ней?
МУЗЫКАНТ. Да какой же я музыкант? Играю для себя самого, для своего удовольствия.
СТАРИК. Ну и на нашей дудочке так сыграй. Для себя, для своего удовольствия, — тогда и других порадуешь.
Музыкант прикладывает дудку к губам. Она издает красивый и сильный звук.
МУЗЫКАНТ. Да неужто это я заиграл?
ПРОДАВЕЦ. А то кто же? Играй, играй. Сейчас самогудка с тобой вместе и петь будет.
Дудка играет веселый мотив, а потом и поет. Люди на ярмарке притопывают, приплясывают и, наконец, пускаются в пляс.
МУЗЫКАНТ
(играет и поет)
Как послушаешь дуду,
Позабудешь про беду.
В самогудку станешь дуть -
Ноги сами в пляс идут!
Эх, дудка-дуда,
И туда
И сюда!
(Быстрее, скороговоркой.)
Во городе во Муроме
Петух подрался с курами.
Козлу остригли бороду,
Пошел козел по городу,
Козлу не до смеха,
А нам зато потеха…
Эх!
(Переходит на грустный мотив.)
Люди на ярмарке перестают плясать, пригорюниваются, плачут.
Что, кукушечка, кукуешь?
Что ты, милый мой, тоскуешь?
В самогудку станешь дуть -
Слезы горькие идут…
(Заливается.)
Хоть пой, хоть плачь,
Хоть вплавь, хоть вскачь!
СТАРИК. Хорошо играешь, парень. Слушается тебя моя дудка. Сколько раз я ее слыхал, а и меня слеза прошибла. Ну, так и быть, бери и дудку и зеркальце, коли они тебе по душе пришлись.
МУЗЫКАНТ. А какая им цена, дедушка?
СТАРИК. Ты же сам сказал, что этим вещам и цены нет. Да я тебе их тоже не навсегда даю, а на время. Владей ими год, а там увидим.
МУЗЫКАНТ. Уж не знаю, как и благодарить вас!
СТАРИК. За такие вещи не благодарят. Может, они тебе радость, а может, и горе принесут.
Страница 3 из 22
