Урок первый: не присваивай чужого

Её имя — Опал. Девушка скользит взглядом по близстоящему сиденью. Она видит пухленькую тетрадку. Девушка осматривает вагон на наличие чужих глаз — никого. Она в вагоне почти одна, за исключением старушки, но та дремлет. Она берёт тетрадь и прочитывает содержимое. Там написан рассказ, увлёкший её внимание. Он её очень понравился, и она читала его вплоть до объявления своей станции.

Поднимаясь домой, девушка привычным движением раскрывает свой почтовый ящик и берёт буклет, положенный в него. За обед она его прочла: «Дамы и господа! Спешим объявить о конкурсе на лучший рассказ, который пройдет в г. Сингапуре на этой неделе» — буклет был так же оформлен красным фоном и фотографией ведущего. О призе ничего не упомянули…

Опал неспешно открыла ноутбук и вбила данные о конкурсе в поисковик. Тот выдал ей всего пару подходящих сайтов. Из них она узнала, что приз в этом конкурсе — 50***** $! Опал была в культурном шоке от этого. Поразмыслив ночью, она решила рискнуть и сдать рассказ, найденный ею в вагоне метро на этот конкурс.

Пройдя по известному адресу, она вышла на указанное строение. Дверь в кабинет открыл немолодой старик. Он представился Эвелином.

Пройдясь глазами по тексту принесенного девушкой рассказа, он сказал:

— Прекрасно. Но я бы хотел уточнить: это точно Ваш рассказ? — сказал он с улыбкой.

Опал кивнула:

— Всенеприменно мой. — на что старик удовлетворительно кивнул.

— За три дня до объявления результата мы свяжемся с Вами. — на том Опал удалилась, довольная столь заманчивым поворотом событий.

— Мисс Шаоцы, мы рассмотрели Ваш рассказ. Приглашаем Вас на объявление результатов в эту субботу. Но прежде, хочу еще раз уточнить, точно ли это Ваш рассказ? — девушка готова была поклясться, что старик улыбнулся той же улыбкой.

— Конечно мой, господин Эвелин. — она прикрыла глаза.

— Хорошо…

Зал, в котором объявляли результаты, был огромен. Окна были занавешены тяжелыми складками пунцовых занавесок, оттого нечетко были видны фигуры сотни сидящих зрителей, зато превосходно освещалась сцена, подсвещенная софитами. На сцену вышел Эвелин:

— Дамы и господа! Это последний этап нашего конкурса: объявление результатов. Думаю, вы все боролись честно, и преотлично проверили свои писательские способности. Но, тем не менее, победитель есть и это… — он на секунду замолчал, сверкнув глазами по Опал. — Опал Шаоцы. — объявил он с улыбкой. Опал встала с места, улыбаясь.

— Но я хотел бы уточнить, Ваш ли это рассказ… — прищурился он в улыбке.

Она смутилась, но ответила:

— Конечно, мой! — она улыбнулась.

— Тогда пройдите на сцену за Вашей наградой! — Опал пошла быстрым шагом на сцену.

Занавес открылся, обнажая… Выкопанную землю и пустой гроб, по краям, которого были выложены деньги. Опал прикрыла от ужаса рот ладошкой. Она повернулась к Эвелину… Вместо него стоял живой скелет! Он противно заскрежетал зубами и схватил ее за плечи. Она пребольно ударила его по руке:

— Что вы делаете?! — в глаза её был страх.

В гроб её стали затаскивать сотни скелетов — «участников» конкурса.

— Я ведь спрашивал, Ваш ли это рассказ… — скрежетал Эвелин с препротивной улыбкой голыми челюстями.

— Это не мой рассказ! Не мой! — визжала Опал.

Но было поздно. Чего гробу около выкопанной земли даром стоять?