Фандом: Ориджиналы. Спальня. Юрген в коленно-локтевой — голый, текущий, жаждущий, чтоб его отымели! И омега — нежный одуванчик! В сравнении, конечно же. Так-то выбирал самого крупного в клубе. Ну и что? Из Юргена ручьем смазка, яйца чуть ли не звенят, глаза похотью застилает… а этот? Ладошкой по ягодицам гладит! Пыхтит что-то там позади, мнется. Юрген не сдержавшись, рыкнул: — Давай уже, вставляй! Кому говорю! А что в ответ, Прародителя их во все дыры?! В ответ тихий скулеж: Не могу, я стесняюсь!
Проверяя расположение воздуховодов, Хедвиг и не услышал тихие шаги. А потому подпрыгнул, когда совсем рядом кто-то кашлянул.
— Прошу прощения, что испугал вас, — миловидный омега протянул руку и придержал опасно качнувшуюся лестницу. — Могу я задать несколько вопросов?
Хедвиг отметил дорогой костюм, несколько перстней на ухоженных руках, привычно метнулся взглядом к голове — есть ли каска и только потом спрыгнул с лестницы и поклонился:
— Добрый день. Вы из главного офиса? — Хедвиг во все глаза смотрел на омегу. Бывает же такое!
— Да.
— Задавайте.
— Как зовут? Инженер? — омега прошелся по помещению, совершенно не переживая за испачканные брюки.
— Хедвиг Агге, инженер высшей категории, — отрапортовал Хедвиг и зачем-то добавил, — двадцать девять лет.
— Состоите в официальном партнерстве? — омега провел пальцем по пыльному подоконнику, вздохнул, достал платок из кармана и вытер палец. — Дети?
— Нет и нет, — Агге немного разозлился. — Простите, могу я узнать — кто вы?
— Ох, я не представился! — омега сокрушенно покачал головой. — Дитрих Шейн.
Хедвиг Агге молча разглядывал протянутую ему визитку. Имя ему было известно — как-никак президент «Шейн-групп». Вот только…
— Да-да, я — омега! — рассмеялся Дитрих, правильно идентифицировав изумление на лице Агге. — Что поделать! Не все же альфам быть у власти!
— Так вот почему у вас не зазорно брать омег на работу, — скорее, для самого себя пробормотал Агге. — Я-то все думал…
— Именно, — подтвердил Дитрих. — Господин Хедвиг, могу ли я получить вашу медкарту?
Хедвиг пожал плечами. Медкарта так и так была в доступе для главного офиса, но стоит ли отсылать президента туда? Он набрал код на планшете, вошел в личный кабинет и открыл данные медкарты.
— Смотрите.
Дитрих быстро просматривал данные. Идеален… удивительно идеален — здоров, никакой хроники, группа крови и резус-фактор подходят. Да и сам омега выгодно отличался от стандартных нимфоподобных омежек… И главное, что последнее обследование тот проходил буквально месяц назад в клинике «Шейн-групп», а значит, можно не заморачиваться дополнительными проверками.
— У меня к вам предложение, господин Агге, — Дитрих отдал планшет. — Как вы смотрите на пробный период партнерства? В случае если вы подойдете, то гарантируется официальное заключение брака.
Брови Хедвига поползли к кромке волос.
— Что, простите?
— Пробный период. Если всех все устроит, то официальное заключение договора. Два омеги, один альфа. Другие омеги исключительно между течками — для поддержания тонуса альфы, но никаких вариантов оплодотворения кроме как среди партнеров.
— Но… С кем? — Хедвиг закашлялся, заволновавшись.
— Со мной и моим альфой, — Дитрих терпеливо переждал приступ нервного кашля. — Не волнуйтесь вы так.
— С чего вы взяли, что я вам подхожу? — Хедвиг наконец справился с собой. — Кто вы и кто я!
— Бросьте, господин Хедвиг, — Дитрих обошел его кругом. — Вы привлекательны. Здоровы. Умны. Сколько вы уже работаете на «Шейн-групп»?
— Пять лет.
— У вас крепкие нервы, если столько выдержали, — омега хищно улыбнулся. — Вы — мой идеальный вариант. Предлагаю вам перевод в главный офис под мое начало. И, как я уже говорил — пробный период. У моего партнера через месяц начнется течка. Думаю, трех недель нам вполне хватит. Дальше уже опасно. Но если мы с вами сойдемся, то течка будет открытой, как и последующие, пока альфа не понесет. Прародитель, что с вами? — Дитрих кинулся к побелевшему омеге, оседавшему на пол. — Хедвиг!
— Все хорошо, — тот все же сел на мешок с цементом, обмахиваясь предложенным платком. — Как-то… не верится. Почему я? Я же… неликвид!
Такого хохота Хедвиг не ожидал услышать.
— Насмешили. Ликвид-неликвид. Кто это определяет? Массы? Запомните, мой дорогой Хедвиг Агге, я не терплю применения этого понятия ни в своей организации, ни в жизни. И потом, — Дитрих усмехнулся. — Если вам так будет привычнее и понятнее, то мой альфа тоже считается неликвидом.
— То есть? — Хедвиг перепугался.
Дитрих протянул ему смартфон, на экране которого красовалась фотография Юргена.
— Го-го-господин Костински? — от волнения Хедвиг начал заикаться. Этого альфу он преотлично знал по регулярным скандальным новостям. Разве что в последний год все поутихли — уж не из-за Дитриха ли?