Увертюра

— Да, меня застали врасплох, как, впрочем, и всех из нашего племени. Где ты встречала честного и благородного охотника? Они считают за подвиг обман и подлость, нож в спину для них есть высшее геройство — мужчина кашлял кровью, но продолжал говорить. Сейчас для него было важно сказать все, что нужно сказать своей мечте и никакая боль не остановит. Если было бы нужно, то он говорил бы и с отрубленной головой. — Но они такие же охотники, как и все те, которых мы убивали тысячами во множестве миров. За исключением, разве что зелья… Перед тем, как я попал сюда, десяток охотников перебил все гнездо, а меня накачали таким количество чистого серебра, что я удивлен тому, как они нашли столько чистейшего металла. Они как-то научились держать его в жидкой форме, но при этом сам раствор холодный. Думаю, в этом замешана магия, кто-то весьма сильный помогал этим неумехам и снабжал деньгами. У меня много врагов, так что список может быть приличным. Я не знаю, кто именно меня убил, мечта моя, да это и не важно, в сущности. Важно другое… — он снова закашлялся, а затем сжал челюсти в приступе боли. Выступившие клыки моментально прошили чернеющую кожу.

Когда боль чуть отступила, вампир заставил клыки вновь исчезнуть. На руки Марэны упало пару тонких лоскутков кожи с подбородка. Клыки легко разрезали и отделили плоть от тела. Нижняя часть лица вампира больше не походила на мужское лицо, скорее на искаженный труп. Но глаза по-прежнему горели огнем разума.

— Что важно? — поспешила узнать вамп. Она физически чувствовала, как неумолимо быстро утекает время отведенное для беседы.

— Марэна, как тебе кажется, у нас есть душа? — шепотом спросил вампир. Его речь перебивалась булькающими хрипами, но она поняла его вопрос без особого труда. Они настолько хорошо знали друг друга, что могли понимать желания собеседника по неуловимому изменению ауры, не то, что простую речь.

— Да, да, друг мой! Я не сомневаюсь, что у нас есть душа. Да, она не такая, как того желали бы все прочие расы или церковники с охотниками. Она не человеческая или любая другая. Она — вампирская. Мы дети ночи, возлюбленные луны и души у нас особенные, сотканные из лунного света и прохлады ночного ветра. — она старалась говорить громко, потому что всерьез опасалась, что друг не услышит ее слов. Вамп протянула руку и ухватилась за пальцы правой раскрытой ладони мужчины.

Антуан тепло улыбнулся, хотя сейчас это был уродливый оскал, но вамп не сомневалась, что друг счастлив от ее слов.

— Раз ты веришь в это, то поверишь и в то, что моя душа устала. Я прожил слишком долго. Да, ты как всегда умна, тебя невозможно обмануть. Я мог бы извлечь яд из крови, пусть и с трудом, но убить всех охотников. Я даже, наверное, мог найти и кукловода, благодаря которому столько моих детей обратилось в пыль, но я не стал ничего этого делать. Прошу, поверь мне, я действительно хочу уйти! Мне пора перестать бороться. А приемника я не оставляю после себя, потому что не вижу в этом смысла. Я долго искал, действительно долго, но так и не встретил подходящей души ни в одном из миров. А еще я испугался…

— Чего ты мог испугаться? — не поверила вамп.

— Я испугался, что сделаю неправильный выбор и моя суть, моя сила, окажется в руках безумца, ошалевшего от власти и мощи внутри. Я не против смертей и крови. Ты знаешь я не раз стоял у истоков многих воин, но мне нужна была душа, которая сможет совладать с силой первородного вампира. А это оказалось почти невозможным. Мне так и не встретилась душа, способная нести подобный груз, — он замолчал, но потом с силой сжал руку подруги. Тонкая сухая кожа моментально потрескалась и начала осыпаться на влажный от крови диван. — Хочешь я дам тебе пару советов, как подготовить уход? Уверен, что и ты когда-нибудь возжелаешь истинного покоя, а может быть и полного прекращения себя.

— Я выслушаю все, что ты скажешь, Антуан! — с готовностью согласилась женщина.

— Но у меня к тебе будет последняя просьба.

— Я сделаю все, что ты пожелаешь, клянусь! — привстала с колен Марэна. Последняя воля единственного друга. Если он попросит разрушит этот мир, а может и все миры. Она сделает все, лишь бы его глаза закрылись с миром в душе.

Вампир рассмеялся, отчего вокруг некогда красивого рта образовалась алая пена.