Увлекательное путешествие Мии

— Машенька! — я разоралась на весь дом и побежала обнять свою лучшую подругу. Бен так и застыл в шоке. Этой моей стороны он никогда не видел. — Я так переживала, я думала ты умерла. — Я залилась слезами и включила режим «кавайной тян».

— Так, а, ну, отцепись от меня! Хватить ныть, я ведь жива. Сейчас соплями меня измажешь.

— Но я ведь так переживала…

— Я ведь тут.

— Но я ведь…

— Не реви! Я тут такие байки про тебя слышала. Жестокий убийца. Драконорожденая без капли жалости. Гроза Братьев Бури. Я чуть от смеха не померла. Я ведь знаю, что ты не такая. Неужели человек, который ревет из-за смерти какого-то персонажа своей любимой манги, аниме или дорамы, будет искренне хотеть убивать кого-то?

— Пока ты мне не напомнила…

— О нет. Нет. Нет. Нет. Я знаю этот взгляд. Только не реви, только не реви. — А Бен, тем временем, в полном ауте стоял и продолжал наблюдать за всей этой сценой. — Держи себя в руках, Мия, ты же убила сотни людей и нелюдей в конце-то концов!

— Но я ведь, я…

— Не реви, не реви…

«Кто, черт побери, тянул меня за язык?!» — подумалось Маше. Но было уже слишком поздно.

— Я ведь не дочитала свою любимую мангу! Нет! Мне срочно нужно вернуться назад! Но я не смогу вернуться назад, ибо в том мире я уже точно мертва! Нет! Пойду повешусь… Сколько же я манг не дочитала, сколько дорам не досмотрела… — я в полном отчаянии села на стул, опустив голову на бок. — Токийский Гуль: Перерождение… Темный Дворецкий… Сердца Пандоры… Дорамы с моими любимыми актерами… — начала я бормотать себе под нос. — Дворянство… Очень приятно, Бог… Семь Смертных Грехов… Моя жизнь потеряла всякий смысл…

— Чего. это с ней? — спросил Бен у Маши.

— А это. Скоро пройдет. Надеюсь… Узри же истинное лицо Мии. Просто она осознала, что больше не сможет прочитать свои любимые манги, и не узнает, чем же все закончиться.

— Мой КёнСу, Чанни… Чен… Я больше не увижу их… Не услышу их ангельское пение…

— Кто?

— Ах, это. Ты только не ревнуй, эльфик. Это участники группы ЕХО, её любимые актеры и певцы. Её любимый — это ДиО или КёнСу. У нее вся квартира была развешана его плакатами. Как вспомню, аж дрожь по коже пронимает. Куда не плюнь везде этот ДиО. «Черноволосый, идеальный, прекрасный, сексуальный, ангельский голос»… — так она о нем всегда говорила. На заставке телефона, планшета, компьютера… Везде он!

— Ты имеешь что-то против моего Додоши?! — точно. Я не люблю Бена, мне нравится только ДиО! Только ДиО…

— Да, нет, он крут. Отличный мужик, ты только это, успокойся ладно? Ничего ведь страшного не случилось…

— Ты права. Надо взять себя в руки и порубить кого-то. Сойдут те бандюги. — Сказала я, вставая со стула, и беря молот. — Кстати, а где Лидия?

— А, она решила заскочить в Рифтен зачем-то.

— Ну, ладно… Тогда пойдем втроем… — сказала я и направилась к выходу.

— Я не пойду. — Сказал Бен. — Идите вдвоем.

— Э? — вопросительно уставилась на него я. — Чего это?

— Я сказал нет, значит не пойду.

— Пф-ф, ну и ладно. — Сказала я, и вышла из дому.

— И чего это он так? Что случилось-то?

— Ты тупая или да? — скептически посмотрела на меня Маша.

— Сейчас огребешь по полной. Я правда не понимаю.

— Какая же ты… Невнимательная… Просто он ревнует.

— Кто ревнует? — непонимающе посмотрела на нее я.

— Ну, как кто, Бен!

— Что Бен? — непонимающе опять я уставилась на нее.

— Ты что, идиотка?

— Нет, ну, ты просто такое говоришь, что мне, как человеку, который столько с ним прожил, тяжело в это поверить. Чтоб Бен и ревновал?! Ты чего, это же из ряда фантастики! — я рассмеялась.

— Ну, не скажи. Когда я начала его описывать, на его лице на секунду появилось злость и отвращение.

— Тебе показалось, ему на все, кроме сражений и смерти фиолетово.

— Тогда почему он отказался идти на сражение, которое по твоим словам он так любит?

— Я что, знаю? Мало ли, что ему в голову взбрело. — Да не, Бен и ревность — несовместимые вещи… Хотя почему-то от этой мысли мне стало как-то приятно… Что-ли…

— Как знаешь.

— Кстати. — Я резко остановилась перед логовом бандюг. — Ты-то сражаться умеешь?

— Обижаешь, подруга. Я-то не только прогуливалась с Лидией. — Она достала топор и покрутила его в руке.

— Даэдрический?! Такой на дороге не валяется. Где достала такую игрушку? — ухмыльнулась я.

— А… Сперла. Мне тоже нравится. У меня был неплохой наставник. — Неужели… Бриньельф?

— Думаю, богач, у которого ты это сперла сильно расстроился. — Рассмеялась я. — Ладно, готова? Тогда — выступаем.

— Господи, заставила же ты меня переживать. Второй раз воскрешение не прокатит.

— Похоже, моя броня конкретно проржавела за то время, что я лежала в гробу. Надо будет ее к кузнецу отправить.

— Черт тебя подери, Мия! Сколько можно так легкомысленно относиться к своей жизни?! Черт, надо было отнести ее раньше и не лезть на рожон.

— Прости, прости, привычка. Нет, серьезно, прости, что приходится меня тащить.