Представьте ситуацию: ваши друзья решили пойти в лес на поиски знаменитого Слендера, и вам конечно же не сказали, что вы приманка…
120 мин, 32 сек 10318
Девочка повернула голову на крик, прыгнула на санитара и укусила его в руку. Последний взревел. Сзади подбежал лаборант и с силой вдавил девочке в шею укол с зеленой жидкостью. Ее безумные глаза закрылись и она успела оцарапать рукой руку лаборанта. Упала на пол и еще немного побившись в конвульсиях замерла. Лаборант выдохнул.
— Еле успел… Еще б чуть-чуть и она тебя бы убила, -выдохнул лаборант.
— Могу тебя только поблагодарить…
Все кровавые надписи стали «истекать» кровью. Потом все остановилось.
— Вот так чертовщина, — проговорил санитар.
— Не соглашусь. Это лишь опыты в целях науки! — возразил парень в белом халате и очках.
— Сектор 15 требует визита, -проговорил железный голос.
— Видимо нам нужно обойти сегодня весь отдел?-спросил санитар.
— Да, от 10 до 20
Они развернулись и захлопнули дверь в палату девочки. Точнее это была камера. На полу лежало тельце худой девочки, не броского и не ярко выделенного телосложения. Ее кожа потеряла прежний вид — она отдавала сероватостью. Каждый день почти все повторялось: крики, уколы, драки, кровь… Зачастую испытуемая сидела с изогнутой спиной в углу и поворачиваясь, шипела на всех. Иногда рычала. Её глаза были большими и радужка глаз обычно тряслась. Она часто кричала о «тонком» человеке, о собаке с«улыбкой» и об остальных существах… её крик был оглушителен. Крик сумашедшего. Приближался день тестирования. Порой перед стеклом камеры номер 17 проносили очередных испытуемых: животных, людей… Даже растения. И вот наступил день — последний день ее жизни. Обычно никто не выживает после таких«экспериментов»… К ней в комнату вошло человек 6 — четыре лаборанта и два санитара. Они скрутили девчонку. Она извивалась и пыталась кусаться. Тщетно. К ней подошел один из лаборантов. Он что-то вколол ей в шею и прыснул балкончиком в глаза. Она опять истошно закричала. И тут же успокоилась. Комнату прочистили и она стала белоснежной. Девочку вынесли из камеры и потащили по коридору. В конце коридора был белый большой дверной проем откуда исходил свет.
POV
Я открыла глаза. Была я в смирительной рубахе. Лежала на столе. Живот опоясывал кожаный толстый пояс. Сверху на меня светила лампа. Я попыталась повернуть голову. Осматривала помещение. Странные темно-синее кафельные плитки на стенах. Кое-где трещины. На полках стояли ужасающие банки с органами. Помещение было довольно-таки темным. Я слышала разговоры этих отвратительных мне лаборантов сквозь гул в ушах. Надо мной склонились люди в белых масках. Они держали в руках шприцы.
— Ну что господа? Приступим, — сказал тот самый профессор.
Тут же лаборанты схватили меня за ноги и за руки. Мне в руки и в ноги впились шприцы. В руки иголки от шприцев вошли аж через смирительную рубашку. Я истошно закричала. Я брыкалась и пыталась выбить у них шприцы. Нет! Должен быть выход! Нет! Больно… Они пожалеют… Тут раздался безумный, трогающий разум и внутреннее подсознание человека, крик:
— ВЫ СЛЫШИТЕ ЭТО?… Это крик вашей смерти!…
Раздался очень громкий звук. Потом резкая тишина. Меня трясло. Думать практически не могла. Перед глазами все плыло. В голове раздавались какие-то странные звуки, болела голова. «Черт, блин, черт!… Чтоб им на дикобраза сесть!… Тут мое тело начало дергаться.»
— Ну что, профессор, мы закончили? — спросил один из лаборантов.
— Да. Теперь покажет только время — выживет она или нет, сработает мой препарат или нет. А пока можете забросить ее в дальнюю камеру подопытных и наблюдать за реакцией, — спокойно рассуждал профессор. Он встал с кресла, в котором сидел и наблюдал всю эту страшную картину. Он начал расхаживать из стороны в сторону иногда поправляя очки. Резко обернулся:
— Ну и чего вы стоите?! НЕМЕДЛЕННО НЕСИТЕ ЕЕ!
Толпа засуетилась. Мне вдруг стало очень смешно. У меня начал дергаться правый глаз. Я начала истерически смеяться. В голове усиливался гул. Обычно такое было… Слендер?… Да ну. Помехи в голове. Меня буквально «вырвали» из стола и понесли в глубь здания. Коридоры становились серыми, стены уже были просто«голые» и в некоторых местах слезала краска. Видимо тут давно никого не было. Вот мы прошли первый дверной проем, второй, третий… Вот и та сама камера подопытных: большая комната с дверью-решеткой. Меня закинули туда. Меня переполняла ненависть к людям… Я узнала предательство. Сначала друзей, потом родителей… Я села поудобнее насколько это только можно было сделать в холодной и темной камере. Я вспоминала… Вспоминала все что пережила. Я успела побывать слепой, так что тут… Переживу. Как-нибудь, да переживу. Я чутко слышала все звуки… Каждую капельку, которая капала с протекших труб. Я слышала все. Не было того звука, чтобы я не слышала. Мне становилось холоднее. Я скрутилась в клубок и легла у стены.
Конец POV
— Еле успел… Еще б чуть-чуть и она тебя бы убила, -выдохнул лаборант.
— Могу тебя только поблагодарить…
Все кровавые надписи стали «истекать» кровью. Потом все остановилось.
— Вот так чертовщина, — проговорил санитар.
— Не соглашусь. Это лишь опыты в целях науки! — возразил парень в белом халате и очках.
— Сектор 15 требует визита, -проговорил железный голос.
— Видимо нам нужно обойти сегодня весь отдел?-спросил санитар.
— Да, от 10 до 20
Они развернулись и захлопнули дверь в палату девочки. Точнее это была камера. На полу лежало тельце худой девочки, не броского и не ярко выделенного телосложения. Ее кожа потеряла прежний вид — она отдавала сероватостью. Каждый день почти все повторялось: крики, уколы, драки, кровь… Зачастую испытуемая сидела с изогнутой спиной в углу и поворачиваясь, шипела на всех. Иногда рычала. Её глаза были большими и радужка глаз обычно тряслась. Она часто кричала о «тонком» человеке, о собаке с«улыбкой» и об остальных существах… её крик был оглушителен. Крик сумашедшего. Приближался день тестирования. Порой перед стеклом камеры номер 17 проносили очередных испытуемых: животных, людей… Даже растения. И вот наступил день — последний день ее жизни. Обычно никто не выживает после таких«экспериментов»… К ней в комнату вошло человек 6 — четыре лаборанта и два санитара. Они скрутили девчонку. Она извивалась и пыталась кусаться. Тщетно. К ней подошел один из лаборантов. Он что-то вколол ей в шею и прыснул балкончиком в глаза. Она опять истошно закричала. И тут же успокоилась. Комнату прочистили и она стала белоснежной. Девочку вынесли из камеры и потащили по коридору. В конце коридора был белый большой дверной проем откуда исходил свет.
«Исцеление»
Клетку поставили посередине. Девочку приковали к столу. К ней подошли люди в белых халатах.POV
Я открыла глаза. Была я в смирительной рубахе. Лежала на столе. Живот опоясывал кожаный толстый пояс. Сверху на меня светила лампа. Я попыталась повернуть голову. Осматривала помещение. Странные темно-синее кафельные плитки на стенах. Кое-где трещины. На полках стояли ужасающие банки с органами. Помещение было довольно-таки темным. Я слышала разговоры этих отвратительных мне лаборантов сквозь гул в ушах. Надо мной склонились люди в белых масках. Они держали в руках шприцы.
— Ну что господа? Приступим, — сказал тот самый профессор.
Тут же лаборанты схватили меня за ноги и за руки. Мне в руки и в ноги впились шприцы. В руки иголки от шприцев вошли аж через смирительную рубашку. Я истошно закричала. Я брыкалась и пыталась выбить у них шприцы. Нет! Должен быть выход! Нет! Больно… Они пожалеют… Тут раздался безумный, трогающий разум и внутреннее подсознание человека, крик:
— ВЫ СЛЫШИТЕ ЭТО?… Это крик вашей смерти!…
Раздался очень громкий звук. Потом резкая тишина. Меня трясло. Думать практически не могла. Перед глазами все плыло. В голове раздавались какие-то странные звуки, болела голова. «Черт, блин, черт!… Чтоб им на дикобраза сесть!… Тут мое тело начало дергаться.»
— Ну что, профессор, мы закончили? — спросил один из лаборантов.
— Да. Теперь покажет только время — выживет она или нет, сработает мой препарат или нет. А пока можете забросить ее в дальнюю камеру подопытных и наблюдать за реакцией, — спокойно рассуждал профессор. Он встал с кресла, в котором сидел и наблюдал всю эту страшную картину. Он начал расхаживать из стороны в сторону иногда поправляя очки. Резко обернулся:
— Ну и чего вы стоите?! НЕМЕДЛЕННО НЕСИТЕ ЕЕ!
Толпа засуетилась. Мне вдруг стало очень смешно. У меня начал дергаться правый глаз. Я начала истерически смеяться. В голове усиливался гул. Обычно такое было… Слендер?… Да ну. Помехи в голове. Меня буквально «вырвали» из стола и понесли в глубь здания. Коридоры становились серыми, стены уже были просто«голые» и в некоторых местах слезала краска. Видимо тут давно никого не было. Вот мы прошли первый дверной проем, второй, третий… Вот и та сама камера подопытных: большая комната с дверью-решеткой. Меня закинули туда. Меня переполняла ненависть к людям… Я узнала предательство. Сначала друзей, потом родителей… Я села поудобнее насколько это только можно было сделать в холодной и темной камере. Я вспоминала… Вспоминала все что пережила. Я успела побывать слепой, так что тут… Переживу. Как-нибудь, да переживу. Я чутко слышала все звуки… Каждую капельку, которая капала с протекших труб. Я слышала все. Не было того звука, чтобы я не слышала. Мне становилось холоднее. Я скрутилась в клубок и легла у стены.
Конец POV
Страница 22 из 33
