Новенькая «БМВ» с тихим жужжанием мерила километры по пригородной трассе, оставляя позади себя крохотные деревеньки с неказистыми домами и покосившимися заборами. В машине сидели двое, Слава нервно курил, со свойственной ему задумчивостью разглядывая неприметный дорожный пейзаж.
25 мин, 55 сек 228
— Это гости. Их не трогать, — с этими словами она пальцем указала на стол.
На самом деле этого не требовалось — девочка очень быстро потеряла интерес к чужакам. Она запрокинула голову, на которой безумными клочками росли светлые волосы, и начала водить ею из стороны в сторону, будто принюхиваясь. Одним длинным прыжком существо оказалось на столе и тут же припало к говядине ухом, будто желая пообщаться со своим обедом. Это движение заставило Алексея тихо вскрикнуть, и сделать шаг назад. Его друг смотрел на происходящее широко открытыми глазами и, казалось, потерял дар речи.
Аня какое-то время водила головой, слушая мясо, затем начала что-то шептать одними губами и внезапно, схватив отбивную за крупную круглую кость, затолкала ее в рот целиком. Девочка подняла голову, сильным движением проглатывая полукилограммовый кусок, ее горло надулось, словно у пеликана, из него послышался хруст говяжьей кости. Наконец заглотив часть принесенного, Аня уставилась на чужаков немигающим взглядом, ее губы подрагивали в полуулыбке.
— Светлана, — аккуратно произнес Алексей.
— Мне кажется, или ее состояние ухудшилось?
— Даже и не знаю, — растерянно произнесла та.
— После вашего приезда она никак не может угомониться.
— А почему в город не уедете? — будто очнувшись ото сна, произнес Слава.
— Ее, дочку вашу, лечить надо бы.
— Да всю жизнь тут живем, это сейчас деревня опустела, а раньше тут хорошие люди жили.
— А животные есть у вас? — продолжал бессмысленные расспросы он.
— Нет никого. Раньше были коровы, свиньи, утки, а потом вдруг полегли все, волк стал часто наведываться сюда. Всю животину погрыз, а какую оставил, та от болезней передохла.
— А что с церковью-то? Даже часовенки нет?
— Нет, как сожгли давным-давно, так и осталось одно пепелище. А вы зачем интересуетесь?
— Просто интересно. Я закончил, — Слава вздрогнул, когда вторая кость захрустела в горле у малышки, и отошел к стене.
Взгляд парня, напряженный и застывший, изучал бедное убранство избушки.
— Тесты будете проводить? — спросила женщина.
— Нет. Я хочу уговорить вас отдать малышку в диспансер, — честно признался Алексей.
— У нее очень тяжелое расстройство. Питаясь одним сырым мясом, вскоре она может заболеть и умереть. Кроме того, такого рода нарушения часто приводят к самобичеванию пациентов, она может нанести себе вред.
— Какое именно расстройство? — внезапно отяжелевшее от выпивки лицо исказила хитрая ухмылка.
Алексей такого не ожидал, он как-то растерянно повел плечами.
— Тяжелое. Пока точнее я сказать не могу. Скорее всего…
Женщина перебила его жестом руки, показывая, что не намерена обсуждать это.
— Вы, Алексей, смотреть-то смотрите, а в наши дела семейные не лезьте. Хотите писать свою писанину, пишите. Приезжайте и пишите. Я уже давно поняла, что не отдам Анечку в больницу, ее там сгноят. А тут хотя бы свежий воздух. Да и что она будет делать в городе? Вон, в деревне всех уже поела.
Брови Алексея поползли вверх.
— Вы имеете в виду животных? — уточнил он.
— Ну конечно, не людей же.
Аня со смаком доедала последний кусок мяса. Когда он исчез в черной дыре ненасытной утробы, девочка вылизала клеенку до блеска и соскочила со стола. Ситцевое платье с цветочками висело на ее худощавой фигуре словно мешок.
— Хорошо, — примирительно согласился парень.
— Я просто задам несколько вопросов.
— Сначала я, — перебил его Слава, внезапно оказавшись совсем рядом.
— Аня, ты меня понимаешь? — спросил он, садясь на корточки рядом с ребенком.
Та резко дернула головой, подставляя свое ухо, будто по-иному не услышала бы. Какое-то время она шептала что-то, облизывала губы и выкручивала суставы. Казалось, что-то другое находилось внутри ребенка и не помещалось в крохотном худом теле. Это существо управляло малышкой словно марионеткой, создавая нелепые, дерганные движения.
— Слыы… шууу… — прошипела она, широко открывая рот.
— Аня, а ты в Господа веришь? — внезапно спросил он.
На этот раз подставлять ухо не понадобилось. Тело существа мгновенно напряглось, лицо искривилось, резким движением ребенок ударил Славу в грудь, и тот отлетел к кровати. Аня завизжала, ее трясло от какой-то неизвестной дрожи. Она отступила назад, затем в один прыжок оказалась на потолке, широко открытый рот издавал нечеловеческое шипение. Цепляясь за круглые бревна, девочка уползла в свою комнату и затаилась где-то в темноте. Ее глаза тускло поблескивали крохотными немигающими огоньками.
— Уходите, уходите! — встрепенулась Светлана, выталкивая едва поднявшегося на ноги Славу с другом во двор.
Парни словно ошпаренные сбежали по крыльцу, залетели в машину и притихли. В тишине послышалось, как Алексей на всякий случай заблокировал все двери.
— Ну и дерьмо.
— В сердцах выругался его друг.
— Ну и какой диагноз ты ей поставишь?
— Диагноз! Нарушение законов гравитации ей поставлю! Твою мать, эта девка ползает по потолку! А как она мясо жрет, ты видел? Я в прошлый раз фарш приносил, так она его руками заталкивала в рот.
На самом деле этого не требовалось — девочка очень быстро потеряла интерес к чужакам. Она запрокинула голову, на которой безумными клочками росли светлые волосы, и начала водить ею из стороны в сторону, будто принюхиваясь. Одним длинным прыжком существо оказалось на столе и тут же припало к говядине ухом, будто желая пообщаться со своим обедом. Это движение заставило Алексея тихо вскрикнуть, и сделать шаг назад. Его друг смотрел на происходящее широко открытыми глазами и, казалось, потерял дар речи.
Аня какое-то время водила головой, слушая мясо, затем начала что-то шептать одними губами и внезапно, схватив отбивную за крупную круглую кость, затолкала ее в рот целиком. Девочка подняла голову, сильным движением проглатывая полукилограммовый кусок, ее горло надулось, словно у пеликана, из него послышался хруст говяжьей кости. Наконец заглотив часть принесенного, Аня уставилась на чужаков немигающим взглядом, ее губы подрагивали в полуулыбке.
— Светлана, — аккуратно произнес Алексей.
— Мне кажется, или ее состояние ухудшилось?
— Даже и не знаю, — растерянно произнесла та.
— После вашего приезда она никак не может угомониться.
— А почему в город не уедете? — будто очнувшись ото сна, произнес Слава.
— Ее, дочку вашу, лечить надо бы.
— Да всю жизнь тут живем, это сейчас деревня опустела, а раньше тут хорошие люди жили.
— А животные есть у вас? — продолжал бессмысленные расспросы он.
— Нет никого. Раньше были коровы, свиньи, утки, а потом вдруг полегли все, волк стал часто наведываться сюда. Всю животину погрыз, а какую оставил, та от болезней передохла.
— А что с церковью-то? Даже часовенки нет?
— Нет, как сожгли давным-давно, так и осталось одно пепелище. А вы зачем интересуетесь?
— Просто интересно. Я закончил, — Слава вздрогнул, когда вторая кость захрустела в горле у малышки, и отошел к стене.
Взгляд парня, напряженный и застывший, изучал бедное убранство избушки.
— Тесты будете проводить? — спросила женщина.
— Нет. Я хочу уговорить вас отдать малышку в диспансер, — честно признался Алексей.
— У нее очень тяжелое расстройство. Питаясь одним сырым мясом, вскоре она может заболеть и умереть. Кроме того, такого рода нарушения часто приводят к самобичеванию пациентов, она может нанести себе вред.
— Какое именно расстройство? — внезапно отяжелевшее от выпивки лицо исказила хитрая ухмылка.
Алексей такого не ожидал, он как-то растерянно повел плечами.
— Тяжелое. Пока точнее я сказать не могу. Скорее всего…
Женщина перебила его жестом руки, показывая, что не намерена обсуждать это.
— Вы, Алексей, смотреть-то смотрите, а в наши дела семейные не лезьте. Хотите писать свою писанину, пишите. Приезжайте и пишите. Я уже давно поняла, что не отдам Анечку в больницу, ее там сгноят. А тут хотя бы свежий воздух. Да и что она будет делать в городе? Вон, в деревне всех уже поела.
Брови Алексея поползли вверх.
— Вы имеете в виду животных? — уточнил он.
— Ну конечно, не людей же.
Аня со смаком доедала последний кусок мяса. Когда он исчез в черной дыре ненасытной утробы, девочка вылизала клеенку до блеска и соскочила со стола. Ситцевое платье с цветочками висело на ее худощавой фигуре словно мешок.
— Хорошо, — примирительно согласился парень.
— Я просто задам несколько вопросов.
— Сначала я, — перебил его Слава, внезапно оказавшись совсем рядом.
— Аня, ты меня понимаешь? — спросил он, садясь на корточки рядом с ребенком.
Та резко дернула головой, подставляя свое ухо, будто по-иному не услышала бы. Какое-то время она шептала что-то, облизывала губы и выкручивала суставы. Казалось, что-то другое находилось внутри ребенка и не помещалось в крохотном худом теле. Это существо управляло малышкой словно марионеткой, создавая нелепые, дерганные движения.
— Слыы… шууу… — прошипела она, широко открывая рот.
— Аня, а ты в Господа веришь? — внезапно спросил он.
На этот раз подставлять ухо не понадобилось. Тело существа мгновенно напряглось, лицо искривилось, резким движением ребенок ударил Славу в грудь, и тот отлетел к кровати. Аня завизжала, ее трясло от какой-то неизвестной дрожи. Она отступила назад, затем в один прыжок оказалась на потолке, широко открытый рот издавал нечеловеческое шипение. Цепляясь за круглые бревна, девочка уползла в свою комнату и затаилась где-то в темноте. Ее глаза тускло поблескивали крохотными немигающими огоньками.
— Уходите, уходите! — встрепенулась Светлана, выталкивая едва поднявшегося на ноги Славу с другом во двор.
Парни словно ошпаренные сбежали по крыльцу, залетели в машину и притихли. В тишине послышалось, как Алексей на всякий случай заблокировал все двери.
— Ну и дерьмо.
— В сердцах выругался его друг.
— Ну и какой диагноз ты ей поставишь?
— Диагноз! Нарушение законов гравитации ей поставлю! Твою мать, эта девка ползает по потолку! А как она мясо жрет, ты видел? Я в прошлый раз фарш приносил, так она его руками заталкивала в рот.
Страница 2 из 8
