Новенькая «БМВ» с тихим жужжанием мерила километры по пригородной трассе, оставляя позади себя крохотные деревеньки с неказистыми домами и покосившимися заборами. В машине сидели двое, Слава нервно курил, со свойственной ему задумчивостью разглядывая неприметный дорожный пейзаж.
25 мин, 55 сек 230
Они остановились во дворе Питерского колодца, там, где никто не мог их видеть или слышать в наступившем осеннем мраке.
— Я так и знал. Я так и знал, что подобный визит не закончится ничем хорошим.
Парню во всех красках вспоминался инцидент с пустой тарелкой. Это существо заставило поверить его, что воздух — это еда, а значит, оно способно превратить в еду что угодно. Запинаясь, он рассказал о случившемся другу по несчастью, и тот молчал, слушая сбивчивую речь.
— Может, у тебя есть друг-демонолог?
Слава, казалось, задумался.
— Точно! Как же я раньше не вспомнил о нем! Погнали на Парнас прямо сейчас, он живет на окраине города подальше ото всех. Я еще позову друга Некроманта и друга Повелителя Стихий. Все вместе мы небольшим, но слаженным отрядом обязательно решим эту проблему.
— Ну что ты за мудак. Я просто спросил. Ты же вертишься в этих кругах.
— Да там в основном один пиздежь. — вздохнул он.
— Мало кто в действительности сталкивался с чем-то подобным. Мне нужно время, надо покопаться в записях, расспросить людей. Может, найдем какое-то решение. В это сраное Сосново больше не ездим. Контакты надо исключить. Что бы ни произошло.
Плотный поток на КАДе завывал шумом двигателей, залитый серым Питерским дождем. Слава шел по скоростной полосе. После работы он намеревался всерьез заняться всем происходящим и, если понадобится, взять на это время отпуск. Он прекрасно осознавал, что неведомая тварь будет наращивать свое влияние до тех пор, пока не измотает их. Пустая тарелка, непонятные звонки — все это только начало.
Парень врубил пятую передачу, когда радио издало последний писк, и салон автомобиля наполнился скрипящим белым шумом. Слава выключил его, даже не пытаясь перенастроить на другую волну. Вновь это ощущение крепко сжатых ягодиц прекрасно давало ему понять, что что-то происходит. Руки. Руль. Сцепление. Газ. Тормоз. Все нужно держать под контролем, каждое действие замечать. Ловить себя на каждой мысли, на каждой эмоции. И еще нужно перестроиться в крайний правый ряд, там будет безопаснее, если что-нибудь произойдет.
Он тронул ручку поворотника и вздрогнул, когда в зеркале заднего вида обнаружил лицо маленькой девочки. Она сидела там, на заднем сидении в своем запачканном ситцевом платьице и улыбалась потрескавшимися губами. На них пузырилась темная кровь, будто Аня только что перекусила. Руки. Руль. Сцепление. Газ. Тормоз.
— Ах ты сука, — прошипел Слава, плавно перестраиваясь в соседний ряд.
Плотно сжав зубы, он старался не дать страху сделать его действия неадекватными. Девочка наклонила голову на бок, ее глаза-бусины, не имеющие ни век, ни бровей, сидели на лице, будто пришитые сумасшедшим хирургом пуговицы. Наконец, парень остановился на обочине. Пулей вылетев из машины, которая ритмично моргала аварийкой, Слава наблюдал, как отвратительная гостья сидит на заднем сидении и не упускает человека из виду. Ее губы шептали что-то, старательно выговаривая каждое слово, а затем, умолкнув, снова расползлись в широкой ухмылке. Докурив сигарету и помедлив какое-то время, парень вновь опустился на водительское кресло. Нужно было ехать домой.
Он двигался, соблюдая скоростной режим бабушки пенсионерки, каждый раз ловя немигающий взгляд из-за спины. Внезапно существо оказалось очень близко. Настолько, что щека Славы почувствовала дуновение влажного дыхания, а в нос ударил металлический запах крови. Худощавые бледные руки обняли парня сзади, тонкими пальчиками перебирая верхнюю пуговицу рубашки. Руки эти казались такими тяжелыми, что дышать стало затруднительно.
— Приезжай в гости, — прошептала Аня, наклоняясь к самому уху своей жертвы.
Жуткий, леденящий страх сковал каждый сустав в человеческом теле. Картинка перед глазами начала рябить, дыхание сбилось, и сердце отсчитывало бешеный ритм на уровне висков. Руки. Руль. Сцепление. Газ. Тормоз.
— Прекрати! — взвыл Слава.
— Я так разобьюсь!
Девочка криво усмехнулась, обнажая порванные кровавые десны без единого зуба, и отсела дальше. Однако ощущение тяжелых рук преследовало парня всю дорогу, и даже когда он оставил машину в ночи купчинского двора, а девочка помахала ему рукой из салона, даже поднявшись в квартиру он чувствовал давящий холод в области груди и шеи. «Приезжай в гости» — звучало в ушах.
Квартира встретила их умиротворенной тишиной. Алексей пропустил Вику вперед, закрывая дверь на все замки. Последние сутки его не покидало ощущение тревоги, и он, повинуясь странному порыву, приделал еще два замка к уже имеющимся двум. Эта процедура вызывала зыбкое ощущение безопасности, хотя в глубине души он понимал, что подобные действия ничего не дадут.
— Ты какой-то нервный в последнее время, — заметила девушка, снимая сапоги.
— Зачем тебе столько замков? Да и бардак в квартире, это тебе не свойственно.
— Ну сама понимаешь, ремонт, техника дорогая в квартире, все дела.
— Я так и знал. Я так и знал, что подобный визит не закончится ничем хорошим.
Парню во всех красках вспоминался инцидент с пустой тарелкой. Это существо заставило поверить его, что воздух — это еда, а значит, оно способно превратить в еду что угодно. Запинаясь, он рассказал о случившемся другу по несчастью, и тот молчал, слушая сбивчивую речь.
— Может, у тебя есть друг-демонолог?
Слава, казалось, задумался.
— Точно! Как же я раньше не вспомнил о нем! Погнали на Парнас прямо сейчас, он живет на окраине города подальше ото всех. Я еще позову друга Некроманта и друга Повелителя Стихий. Все вместе мы небольшим, но слаженным отрядом обязательно решим эту проблему.
— Ну что ты за мудак. Я просто спросил. Ты же вертишься в этих кругах.
— Да там в основном один пиздежь. — вздохнул он.
— Мало кто в действительности сталкивался с чем-то подобным. Мне нужно время, надо покопаться в записях, расспросить людей. Может, найдем какое-то решение. В это сраное Сосново больше не ездим. Контакты надо исключить. Что бы ни произошло.
Плотный поток на КАДе завывал шумом двигателей, залитый серым Питерским дождем. Слава шел по скоростной полосе. После работы он намеревался всерьез заняться всем происходящим и, если понадобится, взять на это время отпуск. Он прекрасно осознавал, что неведомая тварь будет наращивать свое влияние до тех пор, пока не измотает их. Пустая тарелка, непонятные звонки — все это только начало.
Парень врубил пятую передачу, когда радио издало последний писк, и салон автомобиля наполнился скрипящим белым шумом. Слава выключил его, даже не пытаясь перенастроить на другую волну. Вновь это ощущение крепко сжатых ягодиц прекрасно давало ему понять, что что-то происходит. Руки. Руль. Сцепление. Газ. Тормоз. Все нужно держать под контролем, каждое действие замечать. Ловить себя на каждой мысли, на каждой эмоции. И еще нужно перестроиться в крайний правый ряд, там будет безопаснее, если что-нибудь произойдет.
Он тронул ручку поворотника и вздрогнул, когда в зеркале заднего вида обнаружил лицо маленькой девочки. Она сидела там, на заднем сидении в своем запачканном ситцевом платьице и улыбалась потрескавшимися губами. На них пузырилась темная кровь, будто Аня только что перекусила. Руки. Руль. Сцепление. Газ. Тормоз.
— Ах ты сука, — прошипел Слава, плавно перестраиваясь в соседний ряд.
Плотно сжав зубы, он старался не дать страху сделать его действия неадекватными. Девочка наклонила голову на бок, ее глаза-бусины, не имеющие ни век, ни бровей, сидели на лице, будто пришитые сумасшедшим хирургом пуговицы. Наконец, парень остановился на обочине. Пулей вылетев из машины, которая ритмично моргала аварийкой, Слава наблюдал, как отвратительная гостья сидит на заднем сидении и не упускает человека из виду. Ее губы шептали что-то, старательно выговаривая каждое слово, а затем, умолкнув, снова расползлись в широкой ухмылке. Докурив сигарету и помедлив какое-то время, парень вновь опустился на водительское кресло. Нужно было ехать домой.
Он двигался, соблюдая скоростной режим бабушки пенсионерки, каждый раз ловя немигающий взгляд из-за спины. Внезапно существо оказалось очень близко. Настолько, что щека Славы почувствовала дуновение влажного дыхания, а в нос ударил металлический запах крови. Худощавые бледные руки обняли парня сзади, тонкими пальчиками перебирая верхнюю пуговицу рубашки. Руки эти казались такими тяжелыми, что дышать стало затруднительно.
— Приезжай в гости, — прошептала Аня, наклоняясь к самому уху своей жертвы.
Жуткий, леденящий страх сковал каждый сустав в человеческом теле. Картинка перед глазами начала рябить, дыхание сбилось, и сердце отсчитывало бешеный ритм на уровне висков. Руки. Руль. Сцепление. Газ. Тормоз.
— Прекрати! — взвыл Слава.
— Я так разобьюсь!
Девочка криво усмехнулась, обнажая порванные кровавые десны без единого зуба, и отсела дальше. Однако ощущение тяжелых рук преследовало парня всю дорогу, и даже когда он оставил машину в ночи купчинского двора, а девочка помахала ему рукой из салона, даже поднявшись в квартиру он чувствовал давящий холод в области груди и шеи. «Приезжай в гости» — звучало в ушах.
Квартира встретила их умиротворенной тишиной. Алексей пропустил Вику вперед, закрывая дверь на все замки. Последние сутки его не покидало ощущение тревоги, и он, повинуясь странному порыву, приделал еще два замка к уже имеющимся двум. Эта процедура вызывала зыбкое ощущение безопасности, хотя в глубине души он понимал, что подобные действия ничего не дадут.
— Ты какой-то нервный в последнее время, — заметила девушка, снимая сапоги.
— Зачем тебе столько замков? Да и бардак в квартире, это тебе не свойственно.
— Ну сама понимаешь, ремонт, техника дорогая в квартире, все дела.
Страница 4 из 8
