В гостях у Лесного Хозяина

— Да погоди ты! — Тим вырвал руку из холодной лапки мальчика, — Барсик беспокоится, — Вейбер-младший расстегнул куртку и попытался выловить крысака из складок ткани, — ты хоть бы спросил, в какую сторону нам надо, вдруг выведешь совсем не туда…

Наконец Барсик пойман и вытащен на свет. Но, лишь заметив Митьку, крыс тут же поспешил влезть в рукав, в спасительную тьму хозяйской куртки.

— Тут всем смертным одна дорога, — многозначительно и как-то нараспев произнёс незнакомец, но тут же вернулся к амплуа деревенского мальчика, — я говорю, трасса-то одна: чтобы попасть в город, нужно выбираться на трассу и ловить попутку.

— Вообще-то я действительно потерялся… — Тимофей вздохнул, — только мне надо не в город, а вернуться к друзьям. Может знаешь, тут неподалёку есть охотничий домик?

Митька напряжённо улыбнулся:

— А как же… идём! — и снова цапнул Тима за руку холодными пальцами… но тут же с воплем отдёрнул руку: на запястье у мальчишки повис разъярённый крысак!

— Барсик! — испуганный вопль Тимофея сорвался на визг, — Митяй, осторожнее, не тряси так рукой — у Барсика закружится голова!

А в это время Виктор Парамонов с удовольствием придавался безудержному обжорству. Шашлыки удались на славу — впечатление не портил даже майонез с каким-то неприятным острым привкусом. Эх, можно даже пропустить стопочку-другую горячительного с целью успокоения нервов — всё-таки воспитание карапузиков дело непростое, тут на трезвую голову с ума сойдёшь. Один сбежал куда-то, второй как бы третью не обрюхатил, а четвёртая к водке вроде не притрагивалась, но глазёнки масляные-масляные… Грибов, что ли, несъедобных в лесу успела наесться?

Вика Фролова на уроках физкультуры редкий гость — за те четыре года, что Парамонов работает в школе, он встречал её у себя в спортзале от силы раз десять, и то всегда со справкой — освобождением от занятий, сделанной на принтере в классе информатики и с печатью, нарисованной обычным фломастером. Ну и пусть прогуливает, чем карапузиков меньше, тем меньше от них шума. Возможно именно по причине очень уж не близкого знакомства, Парамонов никогда раньше не замечал, что девчонка… бестия какая-то, иначе не скажешь! Вон как зыркает — если бы взглядом можно было съесть, физрук был бы уже обглодан… Нет, приятно, конечно же, ловить на себе откровенно призывные взгляды бесстыдницы-лолиты, когда тебе самому вот-вот стукнет тридцатник, и из категории «перспективный легкоатлет с шикарной фигурой, мечта всех без исключений женщин» ты с момента начала работы в школе перекочевал в категорию«мужик со стрёмной профессией, древней тачкой, за копейки воспитывающий карапузиков».

Парамонов вздрогнул, ощутив чью-то руку у себя на колене. Неужели Вика? Девчонка, изобразив мордочкой саму невинность, доедает уже пятый помидор, делая вид, что она тут совершенно не причём. А кто ещё, если не она? Не Вейбер же… Как объяснить дурёхе, при этом не обидев, что так вести себя нельзя? Что физруки тоже мужчины, и решительно убрать со своего колена цепкую девичью лапку становится всё сложнее с каждой секундой. Парамонов почувствовал, как натягиваются штаны. Эрекция был такой мощной, что даже причиняла боль.

Нет, так нельзя. Карапузики — это работа, а работу и личную жизнь смешивать не дело. Тем более что у любвеобильной лолиты наверняка есть злобные как крокодилы родители, готовые выпотрошить живьём каждого, кто приблизится к дочурке на расстояние выстрела. Нужно отвести Фролову подальше от посторонних глаз и поговорить по душам. Объяснить. Иначе об этом конфузе скоро будет судачить вся школа. Только сначала выпить ещё немного для храбрости…

— Ты когда-нибудь видела белого паука? — Парамонов безошибочно угадал, чем можно отвлечь Викторию от безудержного кокетства, — Я сегодня встретил одного у озера.

— Неужели?! — юная любительница насекомых аж подскочила сидя, чуть не опрокинув на себя содержимое тарелки. — Белый… это же значит… albus! Я никогда ещё не встречала пауков albus! Виктор Романович, умоляю, покажите, где вы его видели!

Когда Вика вскочила на ноги и тут же завалилась на бок, едва не упав в траву, Парамонов окончательно понял, что ученица если не пьяна, то находится под действием каких-то веществ. Успев ухватить Фролову за шкирку и поставить обратно на ноги, учитель чудом уберёг её от перспективы разбить себе нос. Пальчики юной соблазнительницы судорожно вцепились в твёрдый бицепс Парамонова, отчего Вика отчаянно покраснела, отпрянула и снова потеряла равновесие. Физрук мысленно зарычал, умоляя всех богов всех религий, чтоб никто из присутствующих не заметил его вздувшихся парусом штанов. Вика виновато улыбнулась учителю, стараясь стоять ровно. Ладно. Всё, можно идти.