Большую часть своей сознательной жизни некоторые из нас пытаются понять, почему всё именно так, а не иначе… А так же кому именно принадлежит наш внутренний голос, ведь, порою, тот озвучивает поистине невообразимый ужас!
732 мин, 8 сек 16035
Хотя, если взглянуть на всё с другой стороны: своим поведением он давно заслужил ещё и не такого отношения».
Марина качнула головой, припоминая вчерашние мысли, которые, такое ощущение, где-то побродили — или перебродили, — отстоялись, после чего заново всплыли перед отформатированным сознанием. Только на сей раз в совершенно ином ракурсе.
Марина вздрогнула, машинально открыла дверцу; она испугалась собственных мыслей — испугалась не на шутку.
В лицо тут же вонзились ледяные иглы. Марина прикрылась руками, но недавно начавшийся дождь то и дело менял угол атаки, так что выстоять в поединке с ним казалось невозможным. Ветер выступил союзником проливной стихии — разметал волосы на голове, скользнул холодной лапой под одежду, как ночной насильник, подло рубанул под дых.
— Ты чего? — спросил Глеб, выглядывая из-за капота.
Марина покачала головой, вздохнула.
— Этот запах псины… Он мне уже опротивел. Почему же никто не едет?
— В такую погоду? — И Глеб, не оборачиваясь, махнул рукой на непроглядную мглу за спиной. — Нужно быть идиотом.
Марина закусила фалангу указательного пальца.
«А чего ты ожидала? — пронеслось в голове. — Что он скажет, будто это всё потому, что вас не хотят пускать в город? Ведь там что-то происходит — причём прямо сейчас, в эту секунду, — а вы просто не в силах ничего изменить, как горстка никчёмных заморышей!»
Марина нездорово вздрогнула — собственное «я» оказалось ничем не лучше живого собеседника.
— А если пешком?
— К утру, может, дойдёшь.
— А ты без вот этого никак не можешь?
— Без чего?
— Без этого, своего, показного безразличия!
— Думаешь, мне всё равно?
— А какого чёрта ты тогда за столом истерику устроил?! Не хочешь объяснить?
Глеб пожал плечами.
— Испугался.
— А сейчас, надо полагать, страхов больше нет?
— Просто я не знаю, что ещё можно сделать в нашем теперешнем положении.
Марина истерично засмеялась.
Глеб невольно глянул на жену.
— Своим последним ответом, ты напомнил мне ВСЕХ ТЕХ, с кем я общалась на протяжении всей своей сознательной жизни!
— Рад, что развесили.
— Идиот.
Они злобно переглянулись.
Марина собиралась сказать что-то ещё, но в этот самый момент заворот упала холодная капля. Женщина ойкнула и вжала голову в плечи.
— Дождь, — сказал Глеб, поднимая руки ладонями кверху. — Он прогонит туман. Возможно, кто-нибудь, как и мы, решится на путь. Похоже, на небесах всё же кто-то есть…
Марина фыркнула.
— Совсем, что ли, ТОГО?! — И она убедительно покрутила пальцем у виска, подразумевая, что именно имеет в виду.
Глеб лишь непонятно улыбнулся.
Туман и впрямь недовольно ворочался, словно был совсем не рад пронизывающему дождю. Молочная пелена принялась закручиваться, разбиваться на отдельные сгустки, рваться как вата. Разрозненные завихрения упирались заострёнными конусами во влажный асфальт, словно в попытке пробиться сквозь гравий и битум, дабы навечно скрыться в земных недрах. Возможно, именно там — глубоко под землёй — мгла обретает вселенское смирение.
Зрелище завораживало. Походило на то, будто само небо степенно перетекает в землю, орошая застывших людей колкими слезами скорбного плача.
Марина обхватила плечи руками и попятилась к машине. У самой дверцы на её пути возник умирающий протуберанец. Женщина невольно вскрикнула, тут же попыталась отмахнуться от эфемерного существа, тянущего щупальца к её голени. Тень качнулась, перекинулась коромыслом за спину. Тут снова обрела чёткие формы, превратившись в четырехлапое существо, с головой насекомого…
Марина замерла в ужасе. Тварь показалась ей знакомой. Только она, хоть убей, не помнила, где могла видеть её раньше.
«Это точно не то, что поселилось за моей спиной! Господи! — от последовавшей догадки Морину охватил столбняк. — Ну как же, ты ведь сама не раз и не два замечала, как сын рисует подобную жуть! Точнее нежить! Замечала и не пыталась ничего предпринять! Никогда. И вот ОНО, уже реально»…
— Дурь какая-то… — отрешённо прошептала Марина и решительно разогнала размытый фантом взмахом ноги. — Пошёл прочь!
Протуберанец осел на обочину, утратив всякое сходство с жуткой тварью. Однако к давнишней тревоге прибавился самый настоящий страх.
— С кем ты разговариваешь? — спросил Глеб, закрывая капот.
— Ни с кем! — огрызнулась Марина и заскочила в салон.
Глеб пожал плечами; он ещё раз оценил разрушительную силу дождя, обратившего туман в паническое бегство, после чего последовал примеру жены.
Светка загнанно огляделась. Вокруг сосредоточился абсолютный мрак, в котором взор девочки буквально тонул.
Марина качнула головой, припоминая вчерашние мысли, которые, такое ощущение, где-то побродили — или перебродили, — отстоялись, после чего заново всплыли перед отформатированным сознанием. Только на сей раз в совершенно ином ракурсе.
Марина вздрогнула, машинально открыла дверцу; она испугалась собственных мыслей — испугалась не на шутку.
В лицо тут же вонзились ледяные иглы. Марина прикрылась руками, но недавно начавшийся дождь то и дело менял угол атаки, так что выстоять в поединке с ним казалось невозможным. Ветер выступил союзником проливной стихии — разметал волосы на голове, скользнул холодной лапой под одежду, как ночной насильник, подло рубанул под дых.
— Ты чего? — спросил Глеб, выглядывая из-за капота.
Марина покачала головой, вздохнула.
— Этот запах псины… Он мне уже опротивел. Почему же никто не едет?
— В такую погоду? — И Глеб, не оборачиваясь, махнул рукой на непроглядную мглу за спиной. — Нужно быть идиотом.
Марина закусила фалангу указательного пальца.
«А чего ты ожидала? — пронеслось в голове. — Что он скажет, будто это всё потому, что вас не хотят пускать в город? Ведь там что-то происходит — причём прямо сейчас, в эту секунду, — а вы просто не в силах ничего изменить, как горстка никчёмных заморышей!»
Марина нездорово вздрогнула — собственное «я» оказалось ничем не лучше живого собеседника.
— А если пешком?
— К утру, может, дойдёшь.
— А ты без вот этого никак не можешь?
— Без чего?
— Без этого, своего, показного безразличия!
— Думаешь, мне всё равно?
— А какого чёрта ты тогда за столом истерику устроил?! Не хочешь объяснить?
Глеб пожал плечами.
— Испугался.
— А сейчас, надо полагать, страхов больше нет?
— Просто я не знаю, что ещё можно сделать в нашем теперешнем положении.
Марина истерично засмеялась.
Глеб невольно глянул на жену.
— Своим последним ответом, ты напомнил мне ВСЕХ ТЕХ, с кем я общалась на протяжении всей своей сознательной жизни!
— Рад, что развесили.
— Идиот.
Они злобно переглянулись.
Марина собиралась сказать что-то ещё, но в этот самый момент заворот упала холодная капля. Женщина ойкнула и вжала голову в плечи.
— Дождь, — сказал Глеб, поднимая руки ладонями кверху. — Он прогонит туман. Возможно, кто-нибудь, как и мы, решится на путь. Похоже, на небесах всё же кто-то есть…
Марина фыркнула.
— Совсем, что ли, ТОГО?! — И она убедительно покрутила пальцем у виска, подразумевая, что именно имеет в виду.
Глеб лишь непонятно улыбнулся.
Туман и впрямь недовольно ворочался, словно был совсем не рад пронизывающему дождю. Молочная пелена принялась закручиваться, разбиваться на отдельные сгустки, рваться как вата. Разрозненные завихрения упирались заострёнными конусами во влажный асфальт, словно в попытке пробиться сквозь гравий и битум, дабы навечно скрыться в земных недрах. Возможно, именно там — глубоко под землёй — мгла обретает вселенское смирение.
Зрелище завораживало. Походило на то, будто само небо степенно перетекает в землю, орошая застывших людей колкими слезами скорбного плача.
Марина обхватила плечи руками и попятилась к машине. У самой дверцы на её пути возник умирающий протуберанец. Женщина невольно вскрикнула, тут же попыталась отмахнуться от эфемерного существа, тянущего щупальца к её голени. Тень качнулась, перекинулась коромыслом за спину. Тут снова обрела чёткие формы, превратившись в четырехлапое существо, с головой насекомого…
Марина замерла в ужасе. Тварь показалась ей знакомой. Только она, хоть убей, не помнила, где могла видеть её раньше.
«Это точно не то, что поселилось за моей спиной! Господи! — от последовавшей догадки Морину охватил столбняк. — Ну как же, ты ведь сама не раз и не два замечала, как сын рисует подобную жуть! Точнее нежить! Замечала и не пыталась ничего предпринять! Никогда. И вот ОНО, уже реально»…
— Дурь какая-то… — отрешённо прошептала Марина и решительно разогнала размытый фантом взмахом ноги. — Пошёл прочь!
Протуберанец осел на обочину, утратив всякое сходство с жуткой тварью. Однако к давнишней тревоге прибавился самый настоящий страх.
— С кем ты разговариваешь? — спросил Глеб, закрывая капот.
— Ни с кем! — огрызнулась Марина и заскочила в салон.
Глеб пожал плечами; он ещё раз оценил разрушительную силу дождя, обратившего туман в паническое бегство, после чего последовал примеру жены.
Светка загнанно огляделась. Вокруг сосредоточился абсолютный мрак, в котором взор девочки буквально тонул.
Страница 162 из 214
