Большую часть своей сознательной жизни некоторые из нас пытаются понять, почему всё именно так, а не иначе… А так же кому именно принадлежит наш внутренний голос, ведь, порою, тот озвучивает поистине невообразимый ужас!
732 мин, 8 сек 16929
Григорий Викторович кивнул, удовлетворённый ходом собственных мыслей: действительно, наличие крови ещё ни о чём не говорит, тем более что её пытались осознанно притереть, а значит, были способны двигаться и отдавали себе отчёт в происходящем.
«Тем более, в квартире девочка. А девочки и кровь, понятия совместимые, — как любит говаривать судмедэксперт Гриша».
Григорий Викторович смутился, но лишь на секунду, после чего заставил себя снова вернуться к реальности.
«К тому же, ещё не факт, что кровь человеческая. Может быть чьей угодно».
Он не успел додумать очередную мысль, как сзади прошуршали мелкие шажки, а на спину обрушилось что-то неимоверно тяжёлое. Григорий Викторович успел только крякнуть и по инерции отлетел под стол. Он как мог, старался защитить голову и, попутно, не обронить спасительный фонарик!
«Хотя чего в нём такого спасительного? Непонятно».
Стопу правой ноги обожгло, а вверх по голени скакнула нестерпимая боль, от которой сначала захотелось просто кричать, а спустя пару каких-то секунд — и вовсе выть нечеловеческим голосом. Григорий Викторович напрягся, попытался скорее обернуться. Однако лишь сдобно приложился затылком об стол, отчего незамедлительно помутился рассудок.
Сзади что-то заворочалось, недобро зарычало. Григорий Викторович попытался наугад отмахнуться здоровой ногой — не попал. Чуть поодаль возникло белое пятно. Возникло и тут же пропало, будто ничего и не было.
Пользуясь секундной паузой, Григорий Викторович принялся обшаривать пол под ногами, в надежде отыскать оброненный фонарик, но так ничего и не нашёл — тот скорее всего отлетел намного дальше, к тому же мог и вовсе прейти в негодность от удара о пол. Понимая, что в предательской темноте не найти даже дрессированного слона, Григорий Викторович снова попытался выбраться из-под стола, но памятуя о белом пятне, что наверняка поджидает на открытом пространстве, стал двигаться в противоположную сторону. Однако противник был явно не дурак и, предугадав действия своей жертвы, притаился именно там, куда та так отчаянно стремилась.
Григорий Викторович буквально нос к носу столкнулся со скалящейся собачей мордой и просто замер, не в силах снести увиденного. Челюсти клацнули, чуть было не оставив следователя без лица — тот всё же успел отдёрнуться, попутно зацепив затылком каркас стола. В гудящую голову заскочило смятение.
Пес, не раздумывая, прыгнул вслед за жертвой, принялся с остервенением рвать когтями расстёгнутый плащ.
Григорий Викторович попытался вырваться, но лишь упёрся спиной в материализовавшуюся непонятно откуда стену, усугубив и без того невыгодное положение. Зверь всем своим весом навалился на раненную ногу. Захрустели связки.
Отойдя от болевого шока, Григорий Викторович осознал, что в мясорубке собачьих когтей перемалывается уже не только ткань его одежды, но и кровоточащая плоть чуть ниже груди. Догадка яркой вспышкой полоснула по сознанию, мобилизовав резервы дополнительных сил. От выброса в кровь очередной порции адреналина Григорий Викторович на минуту и сам почувствовал себя озлобленным зверем. Он что есть мочи ударил пса ладонями по ушам, здоровой ногой кое-как отпихнул поникшее тело животного в сторону и, собрав остатки сил, встал, где сидел, откинув стол к противоположной стене. Однако устоять прямо Григорий Викторович, как ни пытался, всё же не смог — в животе что-то оборвалось, а ноги сами собой разъехались в стороны, на вроде ножек курвиметра. Следователь вжался плечом в стену, стараясь не съехать слишком низко, так как в этом случае его шея непременно окажется в пределах досягаемости лап чудовища. На пол что-то посыпалось… Григорий Викторович схватился было за карманы, думая, что пёс просто разодрал ткань в клочья и к ногам сыплются измятые сигареты… Однако карманы были целы, а то, что царило на месте живота и впрямь, иначе как истинным безумием, назвать было нельзя.
Зверь профессионально, словно заправский хирург, вскрыл плащ, китель, рубашку, а вместе с одеждой и живот, из которого тянулись серые нити, так похожие на клубок извивающихся змей. Григорий Викторович почувствовал, как пол стремительно ускользает из-под его ног, а сознание и вовсе отъезжает в ледяную бездну. Самое странное, что боли при этом он не чувствовал вообще.
Григорий Викторович ещё раз, словно не веря во всё происходящее, посмотрел на своё выпотрошенное тело и что было сил закусил нижнюю губу, силясь привести себя в чувства. Однако столь желанная боль, которая оставалась единственным действенным средством против мягких объятий забвения так и не пришла. Зато вновь появилось белое пятно и, издав победоносный рык, попыталось опрокинуть раскачивающуюся жертву на пол. Григорий Викторович машинально отмахнулся от острых клыков… и вроде как лишился пальцев на левой кисти. Хотя, скорее всего, суставы просто осушило хлёстким ударом об твёрдый череп.
«Тем более, в квартире девочка. А девочки и кровь, понятия совместимые, — как любит говаривать судмедэксперт Гриша».
Григорий Викторович смутился, но лишь на секунду, после чего заставил себя снова вернуться к реальности.
«К тому же, ещё не факт, что кровь человеческая. Может быть чьей угодно».
Он не успел додумать очередную мысль, как сзади прошуршали мелкие шажки, а на спину обрушилось что-то неимоверно тяжёлое. Григорий Викторович успел только крякнуть и по инерции отлетел под стол. Он как мог, старался защитить голову и, попутно, не обронить спасительный фонарик!
«Хотя чего в нём такого спасительного? Непонятно».
Стопу правой ноги обожгло, а вверх по голени скакнула нестерпимая боль, от которой сначала захотелось просто кричать, а спустя пару каких-то секунд — и вовсе выть нечеловеческим голосом. Григорий Викторович напрягся, попытался скорее обернуться. Однако лишь сдобно приложился затылком об стол, отчего незамедлительно помутился рассудок.
Сзади что-то заворочалось, недобро зарычало. Григорий Викторович попытался наугад отмахнуться здоровой ногой — не попал. Чуть поодаль возникло белое пятно. Возникло и тут же пропало, будто ничего и не было.
Пользуясь секундной паузой, Григорий Викторович принялся обшаривать пол под ногами, в надежде отыскать оброненный фонарик, но так ничего и не нашёл — тот скорее всего отлетел намного дальше, к тому же мог и вовсе прейти в негодность от удара о пол. Понимая, что в предательской темноте не найти даже дрессированного слона, Григорий Викторович снова попытался выбраться из-под стола, но памятуя о белом пятне, что наверняка поджидает на открытом пространстве, стал двигаться в противоположную сторону. Однако противник был явно не дурак и, предугадав действия своей жертвы, притаился именно там, куда та так отчаянно стремилась.
Григорий Викторович буквально нос к носу столкнулся со скалящейся собачей мордой и просто замер, не в силах снести увиденного. Челюсти клацнули, чуть было не оставив следователя без лица — тот всё же успел отдёрнуться, попутно зацепив затылком каркас стола. В гудящую голову заскочило смятение.
Пес, не раздумывая, прыгнул вслед за жертвой, принялся с остервенением рвать когтями расстёгнутый плащ.
Григорий Викторович попытался вырваться, но лишь упёрся спиной в материализовавшуюся непонятно откуда стену, усугубив и без того невыгодное положение. Зверь всем своим весом навалился на раненную ногу. Захрустели связки.
Отойдя от болевого шока, Григорий Викторович осознал, что в мясорубке собачьих когтей перемалывается уже не только ткань его одежды, но и кровоточащая плоть чуть ниже груди. Догадка яркой вспышкой полоснула по сознанию, мобилизовав резервы дополнительных сил. От выброса в кровь очередной порции адреналина Григорий Викторович на минуту и сам почувствовал себя озлобленным зверем. Он что есть мочи ударил пса ладонями по ушам, здоровой ногой кое-как отпихнул поникшее тело животного в сторону и, собрав остатки сил, встал, где сидел, откинув стол к противоположной стене. Однако устоять прямо Григорий Викторович, как ни пытался, всё же не смог — в животе что-то оборвалось, а ноги сами собой разъехались в стороны, на вроде ножек курвиметра. Следователь вжался плечом в стену, стараясь не съехать слишком низко, так как в этом случае его шея непременно окажется в пределах досягаемости лап чудовища. На пол что-то посыпалось… Григорий Викторович схватился было за карманы, думая, что пёс просто разодрал ткань в клочья и к ногам сыплются измятые сигареты… Однако карманы были целы, а то, что царило на месте живота и впрямь, иначе как истинным безумием, назвать было нельзя.
Зверь профессионально, словно заправский хирург, вскрыл плащ, китель, рубашку, а вместе с одеждой и живот, из которого тянулись серые нити, так похожие на клубок извивающихся змей. Григорий Викторович почувствовал, как пол стремительно ускользает из-под его ног, а сознание и вовсе отъезжает в ледяную бездну. Самое странное, что боли при этом он не чувствовал вообще.
Григорий Викторович ещё раз, словно не веря во всё происходящее, посмотрел на своё выпотрошенное тело и что было сил закусил нижнюю губу, силясь привести себя в чувства. Однако столь желанная боль, которая оставалась единственным действенным средством против мягких объятий забвения так и не пришла. Зато вновь появилось белое пятно и, издав победоносный рык, попыталось опрокинуть раскачивающуюся жертву на пол. Григорий Викторович машинально отмахнулся от острых клыков… и вроде как лишился пальцев на левой кисти. Хотя, скорее всего, суставы просто осушило хлёстким ударом об твёрдый череп.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 176 из 209
