Большую часть своей сознательной жизни некоторые из нас пытаются понять, почему всё именно так, а не иначе… А так же кому именно принадлежит наш внутренний голос, ведь, порою, тот озвучивает поистине невообразимый ужас!
732 мин, 8 сек 16815
Герман Полиграфович стоял спиной к лифту, на полусогнутых ногах. Руки со скрюченными пальцами нездорово тряслись, завитушки на макушке головы распрямились, а всё тело ходило ходуном из стороны в сторону. Престарелый музыкант был явно чем-то напуган. На первый взгляд, до глубин души, а может и того хлеще.
Светка кое-как перевела дух.
«Странно, — думала она, чувствуя, как в сумке» оживает«мобильник, — Герман Полиграфович живёт в противоположном крыле дома, в боковой однушке — он сам так решил, чтобы никому не мешать, дудя в свой тромбон… Тогда какого чёрта он позабыл так далеко от своего логова? Стоп. А что если он вовсе не тот, за кого себя выдаёт? Ведь я же о нём ничего не знаю — только то, что рассказали Глеб с Мариной… А им тоже кто-нибудь рассказал… например, полоумная Алла Борисовна, которая верит газетным сплетням и напрочь игнорирует реальность, — Светка сглотнула ком, страшась следующих мыслей. — Дом пустой. Поблизости совсем никого. Можно резать, душить, насиловать — творить, что угодно! — никто не придёт на помощь. Попросту не успеет на зов, да и не услышит его, хоть завизжи во всю глотку!»
Герман Полиграфович никак не отреагировал на остановку лифта; он пребывал в некоем заторможенном состоянии, так что не замечал происходящего вокруг. Он вздрогнул, лишь когда зазвонил Светкин мобильник и стал медленно оборачиваться, будто ожидал увидеть позади себя само средоточие вселенского зла или что-то приближенное к тому. Именно на это его движение и отреагировал в свою очередь лифт: кабинка дёрнулась, задрожала, словно балансировала на оборванном тросе подвески — хотя, возможно, так и было взаправду, — судорожно скрипнула.
Светка совершенно не понимала, что происходит, а потому не знала, как себя вести. Однако ситуация разрешилась сама собой: створки дверей со скрежетом сомкнулись, и лифт поехал. Чертовщина, иначе и не скажешь!
Светка мотнула стопудовой головой. Указательный палец на правой руке нестерпимо ныл. Девочка медленно поднесла ладонь к лицу. Плоть побелела от чудовищного усилия, приложенного к кнопке, а ноготь и вовсе сломался. Светка попыталась унять нарастающую во всём теле дрожь; лифт неспешно раскачивался, увозя детей невесть куда.
— Чего это с ним? — пропищал сидящий на полу Юрка, поджимая коленки к влажному подбородку.
Светка посмотрела на брата. Тот сидел посреди кабинки, размазывая ботинками по полу вязкую кашицу. Внутри металлической коробки витал запах детской мочи.
— Ты чего, обделался?! — не поверила Светка, одним движением поднимая сконфуженного Юрку с грязного пола за шкирку.
— Ничего я не обделался! — хныкал малыш, извиваясь и вывёртываясь из рук сестры так, чтобы той не было видно его обмоченных штанишек. — Чего ты опять обзываешься!
— Да нужен ты мне!
«Скафандр» всё же сделал своё мерзкое дело; Юрка понял, что докрутился и попросту не способен двигаться — рукава комбинезона сдавили плечи, так что перехватило дыхание. Малыш засопел.
Светка брезгливо осмотрела брата с ног до головы, наморщила нос.
— Ну за что, спрашивается, мне это наказание?! Почему именно сегодня?
Юрка вырвался из обмякших пальцев сестры и прижался к стенке.
Светка посмотрела на брата, как на умалишённого, однако тут же сообразила, что последнюю фразу она прокричала буквально во весь голос, и вновь ужаснулась.
Лифт замер, принялся задумчиво пощёлкивать своими электронными мозгами.
Светка не стала дожидаться пока откроются двери и, не особо задумываясь, ткнула саднящим пальцем кнопку своего этажа.
«Так за что же мне всё это?»
«Да за ВСЁ, дурья твоя башка! Неужели не понятно? За ВСЁ!»
Светка прижалась лбом к холодной стене, ясно представляя всю ту гадость, что уже совершила, и которую теперь не исправить. Никогда и ни за что. Ни в этом мире, ни в этой жизни. Только там, за гранью, где уже поджидает страшная кара.
— Телефон, — прошептал из своего угла немного отошедший Юрка. — Не пугай меня так больше. Ладно? Это мама?
Светка нездорово выдохнула, принялась суматошно рыться в сумке. Мелодия «Симметрис» постепенно«распускалась», наполняя утробу лифта мелодичным вихрем, который разгонялся всё быстрее и быстрее.
Светка кое-как перевела дух.
«Странно, — думала она, чувствуя, как в сумке» оживает«мобильник, — Герман Полиграфович живёт в противоположном крыле дома, в боковой однушке — он сам так решил, чтобы никому не мешать, дудя в свой тромбон… Тогда какого чёрта он позабыл так далеко от своего логова? Стоп. А что если он вовсе не тот, за кого себя выдаёт? Ведь я же о нём ничего не знаю — только то, что рассказали Глеб с Мариной… А им тоже кто-нибудь рассказал… например, полоумная Алла Борисовна, которая верит газетным сплетням и напрочь игнорирует реальность, — Светка сглотнула ком, страшась следующих мыслей. — Дом пустой. Поблизости совсем никого. Можно резать, душить, насиловать — творить, что угодно! — никто не придёт на помощь. Попросту не успеет на зов, да и не услышит его, хоть завизжи во всю глотку!»
Герман Полиграфович никак не отреагировал на остановку лифта; он пребывал в некоем заторможенном состоянии, так что не замечал происходящего вокруг. Он вздрогнул, лишь когда зазвонил Светкин мобильник и стал медленно оборачиваться, будто ожидал увидеть позади себя само средоточие вселенского зла или что-то приближенное к тому. Именно на это его движение и отреагировал в свою очередь лифт: кабинка дёрнулась, задрожала, словно балансировала на оборванном тросе подвески — хотя, возможно, так и было взаправду, — судорожно скрипнула.
Светка совершенно не понимала, что происходит, а потому не знала, как себя вести. Однако ситуация разрешилась сама собой: створки дверей со скрежетом сомкнулись, и лифт поехал. Чертовщина, иначе и не скажешь!
Светка мотнула стопудовой головой. Указательный палец на правой руке нестерпимо ныл. Девочка медленно поднесла ладонь к лицу. Плоть побелела от чудовищного усилия, приложенного к кнопке, а ноготь и вовсе сломался. Светка попыталась унять нарастающую во всём теле дрожь; лифт неспешно раскачивался, увозя детей невесть куда.
— Чего это с ним? — пропищал сидящий на полу Юрка, поджимая коленки к влажному подбородку.
Светка посмотрела на брата. Тот сидел посреди кабинки, размазывая ботинками по полу вязкую кашицу. Внутри металлической коробки витал запах детской мочи.
— Ты чего, обделался?! — не поверила Светка, одним движением поднимая сконфуженного Юрку с грязного пола за шкирку.
— Ничего я не обделался! — хныкал малыш, извиваясь и вывёртываясь из рук сестры так, чтобы той не было видно его обмоченных штанишек. — Чего ты опять обзываешься!
— Да нужен ты мне!
«Скафандр» всё же сделал своё мерзкое дело; Юрка понял, что докрутился и попросту не способен двигаться — рукава комбинезона сдавили плечи, так что перехватило дыхание. Малыш засопел.
Светка брезгливо осмотрела брата с ног до головы, наморщила нос.
— Ну за что, спрашивается, мне это наказание?! Почему именно сегодня?
Юрка вырвался из обмякших пальцев сестры и прижался к стенке.
Светка посмотрела на брата, как на умалишённого, однако тут же сообразила, что последнюю фразу она прокричала буквально во весь голос, и вновь ужаснулась.
Лифт замер, принялся задумчиво пощёлкивать своими электронными мозгами.
Светка не стала дожидаться пока откроются двери и, не особо задумываясь, ткнула саднящим пальцем кнопку своего этажа.
«Так за что же мне всё это?»
«Да за ВСЁ, дурья твоя башка! Неужели не понятно? За ВСЁ!»
Светка прижалась лбом к холодной стене, ясно представляя всю ту гадость, что уже совершила, и которую теперь не исправить. Никогда и ни за что. Ни в этом мире, ни в этой жизни. Только там, за гранью, где уже поджидает страшная кара.
— Телефон, — прошептал из своего угла немного отошедший Юрка. — Не пугай меня так больше. Ладно? Это мама?
Светка нездорово выдохнула, принялась суматошно рыться в сумке. Мелодия «Симметрис» постепенно«распускалась», наполняя утробу лифта мелодичным вихрем, который разгонялся всё быстрее и быстрее.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 90 из 209
