В погоге за страхом

Вуди взглянул краем глаза на машину. Солнце било в глаза лучом солнца, будто из последних сил держалось и не хотело падать вниз, не попрощавшись до конца с теми, кто следил за её уходом.

— Попробуй отвлечься. Вон Руди читает в гостиной, Барри убирается, а Селина вообще по уши погрязла в призраках, — Селина от этих слов только ещё больше сжалась в комок. Вуди аккуратно взял её за руку и закрыл дверь. — Вот. Не простынь. Тебе только этого и не хватало на каникулы.

— Ты прав. Как всегда поддерживаешь меня, — она через силу улыбнулась.

— Давай я тебе покажу оборудование, что Руди и Селин привезли с собой. Я думаю, это тебе понравится, — и он повёл её в комнату на втором этаже.

Под кроватью лежал коричневый чемоданчик с самодельной ручкой. Открыв его он стал рыться в одежде в поисках того что ему было нужно.

— Как думаешь, — внезапно пропустила сквозь тишину свой ангельский голос Майа, — Селина любит Барри?

— Барри её точно любит, — он задумался на секунду о своём. Он поставил себя на его место, ощутил всю тяжесть ноши любви. — Но я лично не считаю, что она к нему равнодушна. Хотя ты у нас девушка, тебе в любовных делах нет равных.

Она не успела возразить ему, как Вуди уже с победоносным видом достал странный агрегат похожий на шлем виртуальной реальности. Зелённые линзы. Железный корпус. Сияющая оболочка. Почти что алюминиевая шапочка сумасшедшего, осталось только нацепить на голову и можно с уверенностью утверждать, что твои мысли больше не читает правительство, вместо этого они крутят у виска пальцем и пожимают плечами.

— Эта штука, — Майа прикоснулась к ней. Холодная. Скорее всего, и очень тяжёлая. Удивительно как её можно удержать на голове, — это ведь та игрушка, о которой ты так долго нам говорил?

— Игрушка, — Вуди обиделся и состроил гримасу недовольства. — Чтобы ты знала, эта «игрушка» способна увидеть настоящего призрака. Да-да, уверяю, что не вру тебе. И всё почему? Потому что она оснащена новейшими технологиями.

— Ты её достал законным путём? — Майа боялась, что её и друзей за такое посадят в тюрьму, в особенности после того что они сделали со столовой.

— А что есть законный путь?— спросил он, изображая на лице философа. Получив за это ещё одну оплеуху, он затараторил. — Тише ты, я же шучу. Конечно, всё законно. Я собирал эту штуку по частям. Тут тебе и очки ночного и инфракрасный видения, детектор движения и камера, записывающая все, что только попадёт в зону её видимости.

— Впечатляет, — Майа на самом деле была ошеломлена такой подготовкой к делу со стороны простых университетских детишек. — Но ты не думаешь, что призраки не отображаются на такой технике? Я не думаю, что они тем более будут видны через инфракрасное видение.

— Быть готовым всё равно надо, — Вуди взял шлем в обе руки и понёс в коридор. — Хочешь опробуем?

— Давай лучше подождём наших друзей, — Майа почувствовала, как к горлу подкатывает комок. Она боится всего этого. Особенно ей страшно от того, что поиск мертвецов можно превратить в детскую игру вроде пряток. — Или хотя бы позовём Руди. Втроём будет лучше, чем вдвоём.

— Я не боюсь каких-то там призраков, — он осёкся. Пытаясь показать Майе, какой он храбрый Вуди совсем забыл о состоянии девушки. Тяжело вздохнув, он кивнул. — Хорошо. Давай сделаем, как ты хочешь.

В коридоре гулял предзакатный мрак. Последние крупицы света пытались дать этому месту некое подобие освещения, но чем больше солнце старалось, тем неминуемее казалось поражение. Тьма сгущалась.

Застонали створки двери. Войдя в библиотеку Барри ощутил жуткий и пробирающий до костей холод. Все окна были открыты нараспашку. Вечерняя прохлада ворвалась в комнату, как и стоило, ожидать от приглашённого в гости друга. Чёрная и холодная у небольшого балкончика стояла Селина.

— Селин, — Барри показал девушке чашку с кофе. Горячим и сочным. Заботливо укутанным в салфетку. — Как тут холодно.

— Да, — она не взяла из его рук кофе. — Всю неделю чувствую, как этот холод следует за мной попятам.

— Рассказывай, — Барри положил чашку на подоконник и стал следить за тем, как Селин медленно погружается в себя, снова упуская из виду его. Будто это он -это призрак этого дома, и она никак не могла его заметить. — Скажи хотя бы, почему ты с нами так холодна.

— Ты все эти месяцы пытаешься ко мне подкатить, — сказав это, она медленно перевела на него свой взгляд. В глазах ничего не читалось, даже капельки сострадания. А ведь он представлял себе, что сможет утаивать такое вечно. И всё же ей точно не было всё равно.

— Мальчишки все такие, — всё так же спокойно и добродушно продолжил он. — Ради девочек в лепёшку разобьются. Но всё же, скажи мне, что тебя тревожит.

— Отец и мать, — тихо сказала она. Она спрятала лицо, в воротник куртки, прячась, как и от холода, так и от внешнего мира. — Будто и без учёбы проблем мало, так и ещё их отношение ко мне.