В темноте

Через некоторое, совсем короткое время чародею начало казаться, что он не выдержит — чужое горячее тело дрожало от нетерпения, рождая и в нём нестерпимое возбуждение; руки жадно стискивали и ласкали на грани боли; пальцы несильно царапали кожу, пощипывали, покручивали соски, теребили яички и вдруг резко обхватывали член, чтобы тут же выпустить, срывая с губ эльфа разочарованные стоны, и начинать всё сначала. Джиллиан вылизывал его шею, следом прищемлял тонкую кожу зубами, а потом снова ласкал языком — то широко, то самым кончиком, щекоча мягкую мочку уха или за ушной раковиной. Одновременно с этим он непрерывно двигался, потираясь то животом, то пахом о податливо выставленные ягодицы, а временами коротко, сильно толкался, скользя влажным членом по заду Руинни и шлёпая упругой, тяжёлой мошонкой по его бедру. Этим контрастом — грубости и мягкости, ласки и страсти, прохлады мокрых от смазки и слюны следов и жара ладоней, мужчина довёл юношу до того, что тот опустился на локти, пошатываясь от сладостной слабости.

Амортаре как будто этого и ждал. Он чуть отстранился, присел, разведя колени, и, положив ладонь на доверчиво подставленные ягодицы, мягко погладил пальцем ложбинку. Арджиа замер, «прислушиваясь» к тому, как кончик пальца неторопливо обводит отверстие по кругу, а потом слабо надавливает… но от этого ощущения эльфа вдруг отвлекло другое, непонятное и выбивающееся из его небольших понятий о соитии — вжимаясь, дроу неспешно ввёл член между плотно сведённых бёдер своего потрясённого любовника.

Руинн'рин так удивился, что даже пощупал у себя промеж ног спереди (а не ошибся ли?), но под его пальцами действительно была нежная головка плоти покровителя.

— Ещё… — Джиллиан застонал и уткнулся лбом в спину сопровождающего, обняв его за талию одной рукой, — погладь ещё, прошу…

У Руинни странно защемило в груди от этого тихого просящего голоса; он устроился удобнее, опираясь на один локоть, и стал ласкать, пусть неумело, однако желание доставить удовольствие компенсировало это с лихвой. Маг кружил по головке большим пальцем, то сжимал, то дразнил, едва касаясь центром ладони, и сам всё громче постанывал, вслушиваясь в чужие стоны наслаждения. Казалось, что мужчина даже чувствительнее, чем он, юноша, а может, у него просто очень долго никого не было, и теперь самая слабая мимолётная ласка вызывала в нём живейший отклик.

Войдя во вкус, чародей стиснул чужую плоть, наверное, чересчур сильно… Амортаре хрипло вскрикнул, дёрнувшись и больно впившись пальцами в бок Руинн'рина, и в ладонь юноши с силой плеснулась тёплая, обильная липкая влага.

— Руинни… — выдохнул дроу, нежно оглаживая место, где секунду назад наставил юноше болючих синяков. Эльфу показалось, что охотник прикоснулся к его коже губами, но эта ласка была такой лёгкой и быстрой… — Ложись на спину.

Как только Руинни, всё ещё пребывающий в ошеломлении, подчинился, Джиллиан устроил его ноги у себя на плечах и широко лизнул его возбуждённую плоть по всей длине. Когда та с готовностью приподнялась над животом мага, мужчина поймал её губами и наполовину вобрал в рот, прижимая головку языком к нёбу.

Вот теперь была очередь Арджиа умолять.

— Джиллиан! ещё, пожалуйста…

Ему так хотелось вплести пальцы в эти изумительные, чуть жестковатые волосы, покрывалом укрывшие его бёдра и живот, но чародей боялся, что Амортаре снова разозлится и оттолкнёт его, оставив мучиться от неудовлетворённости. Но больше всего на свете юноша хотел бы притянуть упрямого дроу к себе, обвить руками и ногами, отрезав все пути к отступлению, и хоть разок ощутить на своих губах прикосновение губ, так сладко терзающих его сейчас, не зная жалости…

Обожжённый ослепляющей вспышкой удовольствия, эльф выгнулся до хруста в позвоночнике, бережно поддерживаемый руками покровителя, затем медленно обмяк, тяжело дыша. Сразу же навалилась непреодолимая сонливость, и то, что охотник лёг, не касаясь его, он отметил уже сквозь сон.

Однако твёрдый голос Джиллиана, окликнувший его по имени, заставил Руинни встряхнуться.

— Да? — осторожно откликнулся маг.

— Говорю первый и последний раз, — отчеканил Амортаре, — запомни, где бы и на сколько я тебя ни оставил, что бы ни случилось, ты обязательно должен дождаться меня. Понимаешь?

— Понимаю… — Руинн'рину вдруг стало страшно от этих странных слов, захотелось прижаться к покровителю и ни за что с ним не расставаться, но потом до него дошло, что дроу имел в виду его сегодняшнюю выходку, и от этого стало только хуже. — Прости…

Мужчина вздохнул и за руку потянул юношу к себе, осуществив его тайное желание; эльф обнял охотника, повернувшегося на бок к нему спиной, и затих, уткнувшись носом между его лопаток.

«Всё будет хорошо», — как будто бы убеждало Руинни спокойное тепло Джиллиана, и он верил ему всей душой.

Вот только если бы от этого ещё и перестало так сильно колоть в груди…

Глава 5, часть 1

— Руинн'рин, просыпайся, мы приехали.