В темноте

Арджиа, как дикий зверь в клетке, метался по комнате, едва не плача от бессильного гнева и острой боли, и как будто ничто не способно было его остановить, однако всего лишь одно слово, произнесённое ровным, безжизненным голосом, заставило замереть на месте.

— Смотри.

И Руинни смотрел… целых несколько секунд, задыхаясь, судорожно ловя ртом воздух, после чего с бессвязным воплем повис у напряжённо выпрямившегося альбиноса на шее.

Странное, будто окаменевшее выражение лица Джиллиана, четыре с горечью взирающих на юношу глаза… всё это были мелочи по сравнению с тем, что покровитель сам (сам!) наконец снял перед ним маску! Быть может, это был просто знак отчаяния, но для любящего он стал знаком доверия, и это было так многозначительно, так… обнадёживало.

Приведённый в замешательство то смеющимся, то плачущим эльфом, Амортаре пытался отстранить его и что-то сказать, но маг так тесно прижался щекой к щеке мужчины, что никакими силами не представлялось возможным его оторвать. И охотник вскоре прекратил бесплодные попытки, просто молча сидел, обнимая чародея, однако мышцы под ладонями Руинн'рина не расслаблялись ни на секунду.

— Джиллиан… — Руинни счастливо вздохнул и положил голову на плечо альбиноса. — Теперь я верю, что чудеса действительно случаются.

— И это говорит мне маг, — добродушно хмыкнул охотник.

Юноша чуть отодвинулся и с ласковой улыбкой погладил любимого по щеке, с затаённой болью ощутив, как тот дёрнулся в непонятном страхе.

— Нет, я хотел сказать, что они случаются… когда по-настоящему нужны. Когда надежда… тает.

Амортаре прикрыл вторую пару глаз, ту, что на висках, а взгляд первой перевёл на потрескивающее в камине пламя.

— Знаешь, Руинн'рин, мне пришлось изрядно постараться, чтобы умаслить нанимателя. — После этих слов эльф густо покраснел, чего с ним не происходило уже довольно давно. — Новое задание было очень сложным и вынудило меня просить помощи, но оно того стоило, мой свет, — рассеянно глядя на весёлую игру языков огня, альбинос задумчиво пропустил рыжие пряди волос мага между пальцев. — Теперь у нас есть свой дом и лавка, как ты хотел…

— У нас? — изумлённо шепнул чародей.

— Да. Правда, старик-мастер довёл меня до белого каления, прежде чем я смог убедить его, что всё нажитое им хозяйство достанется именно тебе. Ты видел, что купчая оформлена на тебя? — усмехнулся мужчина, повернувшись к Руинн'рину. — Своей подписью ты просто заверил её и дал мне разрешение жить с тобой.

Руинни застонал от стыда и с силой хлопнул себя ладонью по лбу. Здесь только один идиот — и это он сам, Арджиа! Знатно же, наверное, удивился Джиллиан, когда он, подписав документ, собрался уходить! Вот только смешно не было, наоборот.

Эльф тоскливо поглядел на ласково улыбающегося покровителя, и улыбка исчезла с лица охотника.

— Джиллиан, почему ты так не уверен во мне? Почему ты не мог просто прийти… и остаться? Зачем нужно было всё так усложнять?

— Я действительно не собирался возвращаться, мой свет, — тихо ответил тот. — Но сейчас не могу сказать, почему, не спрашивай. Я лишь хотел исполнить твою мечту и наивно полагал, что мне этого будет достаточно. Оказалось, что нет. Но ведь столько времени прошло… Я надеялся, но не имел уверенности, что ты ждёшь меня. И мне… легче было бы получить отказ в виде поправки в купчей на дом, чем на словах. Руинни, — ладони Амортаре судорожно сжались на талии мага. — За то, что я не нашёл в себе сил объясниться… За то, что заставил тебя выбирать между твоими мечтами… И за мою глупость… И за тот подлый способ, каким я подсунул тебе эту купчую… ты сможешь простить меня?

Джиллиан улыбнулся, но с такой печалью в глазах, что, собравшийся разразиться гневной тирадой, маг лишь вздохнул и прижался к широкой груди покровителя. Они такие глупые… оба. Просто два сапога пара…

… В камине уютно потрескивал огонь, Джиллиан что-то еле слышно мурлыкал, легонько покачивая Руинн'рина на коленях и нежно играя с его волосами, и юноша тихонечко задремал, сонно размышляя, что им пока далеко до счастливой жизни. Есть несколько вещей, которые так и будут стоять между ними, пока Руинни не докопается до истины.

На твёрдом решении начать работать над этим в самое ближайшее время он и уснул, только в родных объятиях почувствовав, насколько, в действительности, устал за эти долгие месяцы без любимого.

Глава 9, часть 1

Прикосновение к его укрытому одеялом плечу было осторожным, но настойчивым, и Руинни с усилием разлепил глаза. Однако воспоминания о том, что ему нужно сделать и почему он остался ночевать не дома, рядом с Джиллианом, а в «Рогатом петухе», мгновенно согнали весь сон.

— Ну вот, — угрюмо бросил Рикен, — я тебя и разбудил. Теперь ты, может, расскажешь мне, какого рожна сбежал из дома, прикрываясь желанием помочь мне с приготовлениями к моему дню рождения?

Потягивающийся до того, юноша удивлённо моргнул.