Фандом: Ориджиналы. Руинн'рин глубоко вдохнул и взволнованно выпрямился, внутренне ликуя. Какой-то воин счёл его вполне подходящим для роли своего сопровождающего. Выходит, он напрасно изводил себя, думая, что совершенно никчёмен. — Я готов. — Отлично, — глава придвинул к себе какой-то свиток, заглянул в него и сказал: — В некотором смысле Вам даже повезло. Вашего покровителя зовут Джиллианис Амортаре, и он довольно известный в своих кругах охотник за артефактами.
149 мин, 30 сек 1994
Кстати, Джиллиану передавай мои наилучшие пожелания. От души надеюсь, что наше сотрудничество продолжится. Он действительно не разочаровал меня, а остальное — просто мелкие досадные случайности.
И, если разговор как раз зашёл об Амортаре… Ты поинтересовался, почему я тогда сказал, что тебе повезло попасть к нему. Знаешь, что было первым сказанным им, когда он увидел тебя? «Он не похож на других. Он, как и я, устал брести в темноте». Вот тогда я и понял, что ни один покровитель, как бы хорош он ни был в деле, не даст тебе того, что сможет дать Джиллиан — заботу и тепло, которых тебе всегда так не хватало. Никто другой не сможет ощутить, как ты одинок.
Ну что ж, а теперь пора закругляться. Надеюсь, я ответил на все твои вопросы и ничего не упустил? До встречи в следующем году (ты ведь не забыл, что нужно появиться на проверку способностей?) и… берегите друг друга.
Руинни отложил письмо и задумчиво уставился в одну точку. Итак, начальный этап на пути к истине пройден, ответы получены, но пока это лишь замки, к которым недостаёт ключей.
И ключи эти могли быть только у одного существа.
Одевшись, юноша спрятал письмо в потайном кармашке курточки и отправился на кухню, где, как он знал, Рикен сейчас руководил приготовлениями к сегодняшнему празднику — своему дню рождения.
Там мужчина и был, только не в самой кухне, а в кладовой позади неё. Он что-то ворчал себе под нос, гремел ящиками и шуршал мешками, отбирая овощи, однако юноша не обманывал себя — хозяин «Рогатого петуха» каким-то непостижимым образом всегда чувствовал его присутствие.
— Ну, дошла и до меня очередь? — буркнул человек, не прекращая своего занятия.
Эльф вздрогнул, но тут же взял себя в руки. Предстоящий разговор был слишком важен и требовал максимальной концентрации, как самое сложное заклинание, — не время мямлить и тушеваться. Тем более — отступать.
— Скажи мне, Рикен, — вполголоса произнёс маг, прикрыв дверь, чтобы никто не помешал их беседе, — ты слышал когда-нибудь о шеулах, мифических вампирах из подземелий дроу?
Тот обернулся и окинул Руинн'рина насмешливым взглядом.
— Смотрю, ты основательно подготовился… Допустим. Но ты ведь и сам только что сказал, что они миф?
Чародей вздёрнул подбородок, смутно ощутив уже знакомое давление на свою волю.
— Или так удобно считать, потому что поверить в их существование… слишком страшно?
Рикен бросил морковь, которую держал в руках, в мешок, сел на перевёрнутый вверх дном пустой ящик и хмуро посмотрел на собеседника.
— И чего ты хочешь от меня?
— Чтобы ты рассказал мне правду о Джиллиане, — твёрдо ответил Арджиа. — Он не может сделать этого сам, — чуть мягче добавил он, потому как мужчина упрямо покачал головой. — Пытается, я чувствую, но… у него не получается. Помоги мне, Рикен. Помоги понять, почему Джиллиан считает себя чудовищем. Я хочу вызволить его из темноты этих глупых страхов.
— Это будет непросто, — с грустью улыбнулся человек.
— Я не оставлю попыток.
Какое-то время они смотрели друг на друга, почти физически ощутимо испытывая, однако Рикен всё же уступил.
— Может, ты и правда сможешь… — Он опустил взгляд на свои грязные, после копания в овощах, руки и медленно сжал ладони в кулаки. — Ты знаешь… кого у людей называют «охотниками на ведьм»?
У Руинни мороз пробежал по коже. Охотниками на ведьм у людей звались те, кто преследовал и убивал магов — в нескольких провинциях человеческого государства волшебство было запрещено в любом виде. Но юношу они пугали не только потому, что он сам был чародеем. В его памяти ещё была жива история одного из учеников его Школы, выпустившегося лет пять назад.
Тот юноша был одним из лучших за всю историю их учебного заведения. По окончанию учёбы его приставили сопровождающим к одному довольно известному странствующему рыцарю, и это стало причиной зависти для многих учеников, вот только… Он вернулся перед самым выпуском Руинни — сломленный, искалеченный и… полностью опустошённый. В нём больше не было ни искры силы. Говорили, что на них напали охотники на ведьм — рыцаря жестоко убили на глазах юноши, а его самого пытали и истязали, и только чудом ему удалось спастись. Руинн'рин собственными глазами видел, что сталось с когда-то сильным чародеем, и это вызывало в нём неконтролируемый животный ужас.
— Знаю, — наконец выдавил эльф. Теперь-то он начинал понимать, почему Рикен, добрый и совсем не жестокий, порой вызывал в нём такие странные чувства, но поверить всё ещё не мог. — Ты…
И, если разговор как раз зашёл об Амортаре… Ты поинтересовался, почему я тогда сказал, что тебе повезло попасть к нему. Знаешь, что было первым сказанным им, когда он увидел тебя? «Он не похож на других. Он, как и я, устал брести в темноте». Вот тогда я и понял, что ни один покровитель, как бы хорош он ни был в деле, не даст тебе того, что сможет дать Джиллиан — заботу и тепло, которых тебе всегда так не хватало. Никто другой не сможет ощутить, как ты одинок.
Ну что ж, а теперь пора закругляться. Надеюсь, я ответил на все твои вопросы и ничего не упустил? До встречи в следующем году (ты ведь не забыл, что нужно появиться на проверку способностей?) и… берегите друг друга.
Руинни отложил письмо и задумчиво уставился в одну точку. Итак, начальный этап на пути к истине пройден, ответы получены, но пока это лишь замки, к которым недостаёт ключей.
И ключи эти могли быть только у одного существа.
Одевшись, юноша спрятал письмо в потайном кармашке курточки и отправился на кухню, где, как он знал, Рикен сейчас руководил приготовлениями к сегодняшнему празднику — своему дню рождения.
Там мужчина и был, только не в самой кухне, а в кладовой позади неё. Он что-то ворчал себе под нос, гремел ящиками и шуршал мешками, отбирая овощи, однако юноша не обманывал себя — хозяин «Рогатого петуха» каким-то непостижимым образом всегда чувствовал его присутствие.
— Ну, дошла и до меня очередь? — буркнул человек, не прекращая своего занятия.
Эльф вздрогнул, но тут же взял себя в руки. Предстоящий разговор был слишком важен и требовал максимальной концентрации, как самое сложное заклинание, — не время мямлить и тушеваться. Тем более — отступать.
— Скажи мне, Рикен, — вполголоса произнёс маг, прикрыв дверь, чтобы никто не помешал их беседе, — ты слышал когда-нибудь о шеулах, мифических вампирах из подземелий дроу?
Тот обернулся и окинул Руинн'рина насмешливым взглядом.
— Смотрю, ты основательно подготовился… Допустим. Но ты ведь и сам только что сказал, что они миф?
Чародей вздёрнул подбородок, смутно ощутив уже знакомое давление на свою волю.
— Или так удобно считать, потому что поверить в их существование… слишком страшно?
Рикен бросил морковь, которую держал в руках, в мешок, сел на перевёрнутый вверх дном пустой ящик и хмуро посмотрел на собеседника.
— И чего ты хочешь от меня?
— Чтобы ты рассказал мне правду о Джиллиане, — твёрдо ответил Арджиа. — Он не может сделать этого сам, — чуть мягче добавил он, потому как мужчина упрямо покачал головой. — Пытается, я чувствую, но… у него не получается. Помоги мне, Рикен. Помоги понять, почему Джиллиан считает себя чудовищем. Я хочу вызволить его из темноты этих глупых страхов.
— Это будет непросто, — с грустью улыбнулся человек.
— Я не оставлю попыток.
Какое-то время они смотрели друг на друга, почти физически ощутимо испытывая, однако Рикен всё же уступил.
— Может, ты и правда сможешь… — Он опустил взгляд на свои грязные, после копания в овощах, руки и медленно сжал ладони в кулаки. — Ты знаешь… кого у людей называют «охотниками на ведьм»?
У Руинни мороз пробежал по коже. Охотниками на ведьм у людей звались те, кто преследовал и убивал магов — в нескольких провинциях человеческого государства волшебство было запрещено в любом виде. Но юношу они пугали не только потому, что он сам был чародеем. В его памяти ещё была жива история одного из учеников его Школы, выпустившегося лет пять назад.
Тот юноша был одним из лучших за всю историю их учебного заведения. По окончанию учёбы его приставили сопровождающим к одному довольно известному странствующему рыцарю, и это стало причиной зависти для многих учеников, вот только… Он вернулся перед самым выпуском Руинни — сломленный, искалеченный и… полностью опустошённый. В нём больше не было ни искры силы. Говорили, что на них напали охотники на ведьм — рыцаря жестоко убили на глазах юноши, а его самого пытали и истязали, и только чудом ему удалось спастись. Руинн'рин собственными глазами видел, что сталось с когда-то сильным чародеем, и это вызывало в нём неконтролируемый животный ужас.
— Знаю, — наконец выдавил эльф. Теперь-то он начинал понимать, почему Рикен, добрый и совсем не жестокий, порой вызывал в нём такие странные чувства, но поверить всё ещё не мог. — Ты…
Страница 38 из 43
