Фандом: Гарри Поттер. Это школьная история о ботанике и плохом парне, приправленная любовными интригами, интернет-знакомствами, ночными смс-переписками, глупостями, сексом, проблемой отцов и детей и, конечно же, всепоглощающей безнадежной подростковой влюбленностью.
397 мин, 49 сек 20522
К слову о Шоне. Их общение постепенно сходило на нет, Маркус отвечал вяло, то и дело порываясь признаться, что у него появился парень. И он сделал бы это, если бы Шон хоть раз за это время предпринял бы хоть одну попытку флирта. Но Шон словно чувствовал перемены с ним произошедшие, и они изредка обсуждали что-то, вроде вышедшего на большие экраны фильма, который оба долго ждали. Пока однажды Шон не написал: «У тебя кто-то появился?»
Этот вопрос, как удар под дых, пришел прямо перед первым уроком, когда Флинт, побратавшись с приятелями, пытался тайком высмотреть в толпе учеников Оливера. Они, естественно, обусловились не показывать в школе своих отношений, но смотреть же на Вуда ему никто не запрещал.
«С чего ты взял?» — почему-то начал юлить Маркус. Ему не понравилась сама формулировка вопроса, она снова наводила на мысль, что Шон знал о нем подозрительно много.
Оливер поерзал на сиденье и коротко взглянул в зеркало дальнего вида. Перси молчаливо ожидал, когда он выйдет, но Вуд, игнорируя нетерпеливые гудки машин, ожидающих за ними, прикусил палец и снова уставился на ответ Маркуса.
Что бы это значило? Не было похоже на то, что Флинт все еще рассчитывал на отношения с Шоном, потому что — Оливер сам ревностно оценивал это — с его стороны не было и намека на флирт. Но почему он сразу предпринял попытку уйти от ответа? Шон не был кем-то из их класса (теоретически, на самом деле, но Маркусу об этом знать не стоило), так что перед ним поддерживать тайну было несколько странно. Да и Оливеру хотелось, чтобы Маркус сообщил любому претенденту, что место занято.
«Можешь называть это интуицией».
Он снова напечатал тот же вопрос, но потом решил не давить на Флинта и удалил его. И, прежде чем наконец выйти из машины, Оливер отключил звук, помня о том, что Маркус может ответить прямо на уроке, и при его повышенном внимании к нему — Вуду — это могло стать проблемой.
— Перси, — внезапно вспомнил он. — Не заезжай за мной сегодня. Если что-то понадобится, я позвоню.
В класс он вошел перед самым началом урока и тут же нашел взглядом Флинта, окруженного неизменной толпой прихлебателей. Вот только вместо привычной злости Оливер почувствовал мрачное удовлетворение.
«Если у меня появится парень, ты узнаешь об этом первым», — подумав, отправил Маркус. Это было эгоистично, но ему не хотелось терять внимание Шона. Их общение долгое время было единственным, что доставляло Флинту радость, и он не мог так просто перечеркнуть это. К тому же, Маркус был уверен, если он скажет правду вот так, когда Шон сам прямолинейно спрашивает об этом, тот ему больше не напишет и не ответит ни на одно сообщение. Нужно было сделать это как-то деликатно, чтобы при этом остаться друзьями.
«А у тебя?» — решив, что лучшая защита это нападение, кинул Маркус следом.
В этот момент Оливер наконец зашёл в класс. Встретившись с ним взглядом, Флинт едва заметно улыбнулся и на этот раз настрочил смс-ку Вуду:
«Новая рубашка? Хочу её с тебя снять».
Оливер прочитал сообщения уже во время урока. И то, что Маркус не пожелал сообщать Шону, что фактически «занят», ему ожидаемо не понравилось. Он кинул исподтишка взгляд на Флинта, раздумывая, что стоит на это ответить.
«У меня, кажется, кое-кто появился, но есть подозрения, что он не совсем честен со мной».
Оливер отправил это сообщение, подобрав момент, когда Флинт отвлечется на Нотта, чтобы снова не вызывать подозрений.
«Только в обмен на то, что я сниму что-нибудь с тебя», — написал он уже от своего имени, отложил телефон и внимательно уставился на преподавателя. Так уж вышло, что первое смс зацепило его куда больше. Оливер понимал, что и сам не честен, но, как он считал, его ложь носила совершенно иной, почти безобидный, характер. По крайней мере он не планировал завлекать кого-то другого.
Маркус опешил, тупо пялясь на телефон и не совсем понимая поведение Шона. С чего вдруг такая настойчивость? Это было на него не похоже. И говоря о своем «ком-то»… Он же имел в виду самого Маркуса? А если нет? Предсказуемо мысль о том, что у Шона появился кто-то другой, задевала Флинта. Он несколько месяцев добивался от того хотя бы фотки, а тут кто-то неизвестный вдруг претендовал на что-то большее.
«И в чем это проявляется?» — Маркус решил написать что-то нейтральное, надеясь, что следующий ответ Шона внесёт немного конкретики.
«Я не против. Что это будет?» — тут же продолжил Флинт их с Оливером словесную игру. Переписываться с ним было одно удовольствие: Маркус не уставал перечитывать его четкие, емкие и всегда к месту ответы.
Это было что-то невозможное. Оливер не мог и не хотел наслаждаться флиртом, но он сам себя поставил в такие рамки, что оставалось лишь улыбаться через силу на бросаемые на него взгляды Флинта и слать смс легкомысленного содержания.
Этот вопрос, как удар под дых, пришел прямо перед первым уроком, когда Флинт, побратавшись с приятелями, пытался тайком высмотреть в толпе учеников Оливера. Они, естественно, обусловились не показывать в школе своих отношений, но смотреть же на Вуда ему никто не запрещал.
«С чего ты взял?» — почему-то начал юлить Маркус. Ему не понравилась сама формулировка вопроса, она снова наводила на мысль, что Шон знал о нем подозрительно много.
Оливер поерзал на сиденье и коротко взглянул в зеркало дальнего вида. Перси молчаливо ожидал, когда он выйдет, но Вуд, игнорируя нетерпеливые гудки машин, ожидающих за ними, прикусил палец и снова уставился на ответ Маркуса.
Что бы это значило? Не было похоже на то, что Флинт все еще рассчитывал на отношения с Шоном, потому что — Оливер сам ревностно оценивал это — с его стороны не было и намека на флирт. Но почему он сразу предпринял попытку уйти от ответа? Шон не был кем-то из их класса (теоретически, на самом деле, но Маркусу об этом знать не стоило), так что перед ним поддерживать тайну было несколько странно. Да и Оливеру хотелось, чтобы Маркус сообщил любому претенденту, что место занято.
«Можешь называть это интуицией».
Он снова напечатал тот же вопрос, но потом решил не давить на Флинта и удалил его. И, прежде чем наконец выйти из машины, Оливер отключил звук, помня о том, что Маркус может ответить прямо на уроке, и при его повышенном внимании к нему — Вуду — это могло стать проблемой.
— Перси, — внезапно вспомнил он. — Не заезжай за мной сегодня. Если что-то понадобится, я позвоню.
В класс он вошел перед самым началом урока и тут же нашел взглядом Флинта, окруженного неизменной толпой прихлебателей. Вот только вместо привычной злости Оливер почувствовал мрачное удовлетворение.
«Если у меня появится парень, ты узнаешь об этом первым», — подумав, отправил Маркус. Это было эгоистично, но ему не хотелось терять внимание Шона. Их общение долгое время было единственным, что доставляло Флинту радость, и он не мог так просто перечеркнуть это. К тому же, Маркус был уверен, если он скажет правду вот так, когда Шон сам прямолинейно спрашивает об этом, тот ему больше не напишет и не ответит ни на одно сообщение. Нужно было сделать это как-то деликатно, чтобы при этом остаться друзьями.
«А у тебя?» — решив, что лучшая защита это нападение, кинул Маркус следом.
В этот момент Оливер наконец зашёл в класс. Встретившись с ним взглядом, Флинт едва заметно улыбнулся и на этот раз настрочил смс-ку Вуду:
«Новая рубашка? Хочу её с тебя снять».
Оливер прочитал сообщения уже во время урока. И то, что Маркус не пожелал сообщать Шону, что фактически «занят», ему ожидаемо не понравилось. Он кинул исподтишка взгляд на Флинта, раздумывая, что стоит на это ответить.
«У меня, кажется, кое-кто появился, но есть подозрения, что он не совсем честен со мной».
Оливер отправил это сообщение, подобрав момент, когда Флинт отвлечется на Нотта, чтобы снова не вызывать подозрений.
«Только в обмен на то, что я сниму что-нибудь с тебя», — написал он уже от своего имени, отложил телефон и внимательно уставился на преподавателя. Так уж вышло, что первое смс зацепило его куда больше. Оливер понимал, что и сам не честен, но, как он считал, его ложь носила совершенно иной, почти безобидный, характер. По крайней мере он не планировал завлекать кого-то другого.
Маркус опешил, тупо пялясь на телефон и не совсем понимая поведение Шона. С чего вдруг такая настойчивость? Это было на него не похоже. И говоря о своем «ком-то»… Он же имел в виду самого Маркуса? А если нет? Предсказуемо мысль о том, что у Шона появился кто-то другой, задевала Флинта. Он несколько месяцев добивался от того хотя бы фотки, а тут кто-то неизвестный вдруг претендовал на что-то большее.
«И в чем это проявляется?» — Маркус решил написать что-то нейтральное, надеясь, что следующий ответ Шона внесёт немного конкретики.
«Я не против. Что это будет?» — тут же продолжил Флинт их с Оливером словесную игру. Переписываться с ним было одно удовольствие: Маркус не уставал перечитывать его четкие, емкие и всегда к месту ответы.
Это было что-то невозможное. Оливер не мог и не хотел наслаждаться флиртом, но он сам себя поставил в такие рамки, что оставалось лишь улыбаться через силу на бросаемые на него взгляды Флинта и слать смс легкомысленного содержания.
Страница 25 из 109
