В тихом омуте

— Выбил себе немного свободы, так что нет худа без добра, — пояснил он. — Со мной сейчас обращаются как с напичканным тротилом, словно в любой момент рвануть могу. Присматриваются, но лезть боятся. Странно, — наконец сделал вывод он и, взяв в руки салфетку, принялся складывать ее.

Было даже неожиданно, что Маркус предпочел завести разговор об этом, а не об их отношениях. Или это было оставлено на десерт? Может, Флинт специально выбрал тему, близкую к ним, но не касающуюся прямо?

— Маркус, — позвал он, — у нас все нормально.

И нахмурился, прежде чем добавить:

— Не совсем нормально, конечно, потому что мы сами ненормальные, прежде всего, так что стандартными отношениями здесь и не пахнет, но мне и в голову не приходило сомневаться, что я сделал неправильный выбор, согласившись…

Он изобразил рукой жест, пытаясь отмахнуться от опостылевшего «встречаться с тобой», что очень уж напоминало девчачьи романы. Подобную лексику Оливер тщательно фильтровал, скрывая от Флинта свое явное на нем помешательство.

— В общем, на все согласившись.

— А почему тогда…? — Маркус тоже замялся, тут же чувствуя себя идиотом.

Почему, что? Игнорируешь меня? Не ищешь со мной все время встречи? Не испепеляешь меня влюбленным взглядом? Вслух это прозвучало бы слишком по-бабски, поэтому Флинт отмахнулся.

— Извини, я просто иногда не думаю, прежде чем сказать что-то, — он мученически улыбнулся, наблюдая за движениями пальцев Оливера так, словно тот делал что-то очень важное.

— Это нормально, — отмахнулся Оливер, — ты всегда так делал. С начальных классов так точно. И забавно так морщил нос, когда понимал, что ляпнул что-то не то. Как и сейчас.

И, похоже, это было заразно, потому что Вуд не планировал показывать свою осведомленность привычками Флинта. Замявшись, он несколько неуклюже перевел тему, прежде чем Маркус успел как-то прокомментировать это:

— Слушай, мы как-то решили обойти любые разговоры, сразу перейдя к делу, — он улыбнулся, показывая, что его устраивает такой вариант развития событий, — и, хотя мы это не обсуждали, я так сходу согласился на твое предложение не потому, что я одинокий задроченный девственник. Хоть это и очень похоже на меня.

Он специально использовал несколько грубых слов, зная, что это заставит Маркуса обратить внимание именно на эти слова, как минимум от неожиданности.

— Я тебя таким и не считаю, — буркнул Флинт, потупившись. — Ты просто другой, не такой, как все. И мне это нравится, — он все ещё чувствовал себя глупо, отвешивая неуклюжие комплименты. — Но и из-за этого я не всегда понимаю тебя, — Флинт виновато пожал плечами. — Я за три дня успел надумать себе всякого.

— Надеюсь, то, что не стоит вспоминать какого-то парня, с которым у тебя почти случился роман, когда разговариваешь со своим, — он снова замялся, как и всегда, когда требовалось как-то озвучить их отношения или статус по отношению друг к другу, но потом щелкнул пальцами и закончил, — бойфрендом, входило в число того, о чем ты успел подумать.

Оливер все-таки не смог сдержать сарказма, и Маркус удивленно посмотрел на него. Вуд тут же изобразил из себя само очарование и вопросительно протянул, сам не особо рассчитывая, что это прокатит:

— Шутка?

— Ты приревновал меня? — неуверенно отозвался Маркус и, нахмурившись, потер переносицу. — Я ведь объяснил, что у нас не было ничего серьёзного, — он растерянно моргнул, на этот раз решительно взял руку Вуда в свою и сжал его пальцы.

Он подыскивал слова, чтобы как-то ещё оправдаться, хотя подсознательно Маркус понимал, что это не совсем правильное желание и задевало внутреннюю свободу Флинта. Тем не менее он стремился в глазах Оливера казаться лучше и делать так, как тому бы хотелось.

— Ничего я не ревновал. У меня не было повода, — возразил Оливер, хотя во взгляде, которым он смерил Маркуса, читалось обещание всех пыток, на которые только богата его фантазия, если это не так. — И надеюсь, не будет.

— Я буду паинькой, — попробовал Флинт отшутиться в ответ и развязно улыбнулся.

— Не хочу я, чтобы ты был паинькой, — поерзав на стуле, сказал Оливер и вздохнул. — Единственное, в чем бы я ограничил твою свободу, так это в том, что если ты со мной, значит только со мной. И флирт, скрывающийся за разговорами о зомбиапокалипсисе, сюда тоже относится, — наконец честно признался он.

Вуд не стал забирать свою ладонь, поэтому за чашкой потянулся левой рукой и неловко взял ещё.

— Я понял, — хмыкнул Маркус. — Только можешь и ты мне пообещать, что наконец-то скажешь Креббу, что ему ничего не светит. Иначе я не сдержусь и врежу ему хорошенько, — процедил он и сильнее сжал руку Вуда.

— Я ему всячески намекаю, — пожал плечами Оливер. — Ты же понимаешь, что для кого-то вроде меня отшивать кого-то вроде него чревато последствиями.

Оценив красноречивый вид Флинта, Оливер поспешил добавить: