В вечном заточении

7 глава

«Что? Моя почка.» — глаза расширились от ужаса и в голове стоял гул. Сознание покидало девушку. Руки дрожали, а изо рта вытекала слюна, перемешанная кровью.«Не может этого быть. Я сейчас с ума сойду.» — пленницу резко затошнило и рвотный спазм выталкивал из организма всю выпитую воду вперемешку с желчью и кровью.

— Эй, эй. — убийца отодвинулся от стола, избегая брызг. Он встал со стула и повертел скальпель в руках. — Смотрю, ты уже на пределе, но знаешь, что? Я пока оставлю тебя в живых. Ты слишком вкусная, чтобы так просто умереть здесь и сейчас.

Доусон посмотрела на убийцу, уже не в состоянии что-либо сказать или сделать. Тело содрогалось в спазмах. Маньяк отстегнул её руки и приподнял, дабы дать немного свободы и проследить, чтобы та не захлебнулась собственной рвотой. Девушка не могла держаться на руках, сил уже не осталось. Плечо невероятно обжигало и не давало свободно стать на руку, при любой попытке сделать это из раны сильно шла кровь. Джек постарался на славу, пробив насквозь. Кира надеялась на то, что кость не задета. Безглазый достал иголку и нить. Жертва стала постепенно привыкать к боли. Легла на мокрый стол и часто задышала, ноги все еще были сцеплены ремнями, поэтому в полуповёрнутом состоянии лежать было крайне неудобно, но и на спину лечь она тоже не могла. Сглатывать слюну было противно, и девушка выталкивала ее наружу, сплёвывая. Мороз пробежал по коже, она почувствовала, как убийца касается её ног. «Нет, только не снова, я не выдержу снова эту боль. Пожалуйста, прекрати.» — мысли вертелись в голове, Доусон вся напряглась из остатков сил.

Убийца дотронулся своими холодными пальцами к ране и вставил иглу в кожу, девушка дернулась напрягая ногу. Мурашки пробежали по телу. Она попыталась дотянуться до рук Джека, чтобы помешать ему причинить еще больше боли, однако палач ударил по её руке.

— Если ты не хочешь, чтобы я прибил ее к столу, убери! — ворчливо пробормотал маньяк. Кира в напряжении свела руки в кулак и зажмурилась.

Три раны на ноге были зашиты, безглазый достал бинт и стал оборачивать им ногу. Он взял какую-то бутыль, которая, как девушка помнила, была тем самым обеззараживающим, что убийца выливал на свою руку. Резкая боль пронзила недавний укус, рана зашипела, реакция пошла. Кира корчилась от боли, боясь схватиться за рану, дабы не разозлить маньяка, но её затрясло, она била руками по железному столу, открывая рот в немом крике. Боль немного утихла, и Джек обернул вторую ногу бинтом. Девушка закрыла глаза от усталости. Свет лампы загородила тень. Черноглазый стоял над жертвой. Улыбки на лице не было. Похоже, его совсем не удовлетворяла данная ситуация. Он скучал.

— Зачем ты помогаешь мне? Зачем лечишь? — Синеглазая медленно приоткрыла глаза, смотря в черную бездну.

— Я уже сказал, что не хочу, чтобы ты умерла так быстро. Я еще не ел таких как ты. Если это тебя обрадует, то ты первый человек, который так вкусно пахнет и такой замечательный на вкус. Остальные были пресными и какими-то обычными, что ли. Но ты другая и я не хочу избавляться от такого экземпляра слишком рано. — он проговаривал каждое предложение монотонно и без лишних эмоций.

Облизав пересохшие губы, он опустился к раненому плечу. Девушка вздрогнула и попыталась оттолкнуть парня, но тот схватил её руку и прижал к столу, опустившись сверху. Джек показал свои акульи зубы и изо рта вытянулся длинный язык. Он провел лицом возле её шеи, еле касаясь носом и вставил свой язык в плечо. Синеглазая неистово забилась от новой боли, он стал шевелить им внутри раны, тем самым причиняя еще больше агонии. Убийца скалился и удовлетворялся криками. Держал уже обе руки, не давая Доусон никак ему помешать. Весь его рот был в крови, парень высунул язык, и, ухмыляясь, смотрел на пленницу, все еще держа дрожавшие руки. Он провел окровавленным языком по её лицу и шее, синеглазая с легким отвращением отвернулась от него. Это заводило убийцу. Однако, он понимал — если продолжит пытку, то его жертва, скорее всего, не выдержит. Маньяк отпустил Киру, взял бутылку и стал медленно выливать содержимое на её плечо. Из глаз брызнули слезы, она зашипела от боли и тихо заплакала.

— Вы очень хрупкие, люди. Чуть что, сразу плачете. — он взял бинт и стал перебинтовывать руку девушки. После он поднял её и понес в камеру.

— Можешь поставить меня, я и сама дойду. — голос хрипел и не давал четко говорить слова.

— Думаешь? Меня забавляют твои попытки показаться сильной, Кира. — он поставил Доусон на пол.

По ногам прошла резкая боль. Пленница не удержалась и упала, оперившись на, пока еще здоровую, руку. Медленно поднялась на трясущихся ногах. Сквозь бинты просачивалась алая кровь. Сделав над собой огромное усилие, она сделала шаг. Нога предательски дрогнула. Синеглазая пыталась схватиться за что-нибудь, хватая рукой воздух, повернула голову в надежде увидеть рядом своего палача. Убийца даже и не думал помогать ей. Оперевшись спиной о стену, парень наблюдал над страданиями девушки.