В вечном заточении

Девушка услышала странный шорох за дверью. И после этого наступила тишина. Дверь в подвал резко распахнулась. Синеглазая от неожиданности откинулась к стенке контейнера и посмотрела в прорезь. Перед ней стоял парень с обугленной бело-коричневой кожей. Его лицо выглядело как ожог третьей степени, он выглядел ужасно. На уродливом лице была четко вырезанная улыбка с уже давно засохшей темной кровью. Рот его не закрывался, он скалился, смотря своими черными глазами на ее камеру. Веки его были то ли срезаны, то ли выжжены, но они черным кругом обвивали выпученные глаза. Волосы на его голове беспорядочно и неухоженно торчали, в некоторых местах их и вовсе не было. Он был одет в белую толстовку, точнее сказать, уже грязно-серую, запачканную кровью, в черные джинсы и кеды с белыми полосками внизу. Её взгляд осмотрел ЭТО с головы до ног, и она в ужасе присела на холодный железный пол. «Боже мой, кто это? Кто же он такой, чёрт?» — носилось у нее в голове. — «Что ему здесь понадобилось?».

— Джефф, твою ж мать. Какого хера ты творишь, дебил. Пошел нахер, я сказал. — Джек уже был вне себя от ярости.

— Джек, да ладно. Тебе что, жалко одну из твоих игрушек? — хриплым голосом произнес парень и стал ближе подходить к двери Доусон. Сердце в её груди бешено заколотилось.

— Ты тупой?! Я сказал, свали из моего дома! — повысил тон парень в маске. — Если ты не уйдешь по-хорошему, мне придётся выгнать тебя силой!

Пленница услышала, как снаружи началась какая-то потасовка. Несколько банок упали с полок и разбились, в воздухе пронёсся едкий запах формалина.

Она привстала и посмотрела в щель, и увидела, как Джек сидел сверху Джеффа и держал возле его горла нож. Парень с обожжённым лицом смотрел на Джека с явным безумием. Ему, похоже, нравилось происходящее, и испытывал он в этом огромное удовольствие.

— Пошел вон. — прошипел сквозь зубы Джек.

— А то что? Убьешь меня? Ухахахаха. — истерично заржал Джефф.

— Я просто прошу тебя уйти отсюда и перестать лезть не в свое дело. — так же тихо произнес маньяк в маске.

— Да ладно тебе, я же просто шучу. Сдалась мне твоя жратва. Я таких пачками в день могу находить. И кстати. — парень в белой толстовке замялся. — Ты все-таки подумай о том, что я тебе сказал. Ты бы пригодился ему.

— А я тебе еще раз повторяю. — Джек глянул в сторону камеры Киры. — Ладно свали уже. Поговорим в другое время. Мне некогда.

— Пфф. Приятного аппетита. — Джефф растянул улыбку еще шире, оскалив свои гнилые зубы, поклонился Джеку и вышел из подвала.

Джек продолжал стоять к девушке спиной. Он повернул голову в её сторону и посмотрел сквозь щель. Она в это время прижалась к стенке, стараясь не издавать ни звука. Сердце колотилось в бешеном ритме. И тут она увидела, что у этого парня совсем не видно глаз сквозь маску, или это освещение такое. Однако, такой поворот взбудоражил её и не давал пошевелиться.

Парень вышел из подвала и закрыл за собой дверь на ключ. У Доусон заурчал живот и болезненно скрутило желудок. Она была голодна, да и к тому же очень сильно переволновалась, увидя еще одного маньяка. «Он его соучастник что ли? Хотя вроде не похоже, чтобы они ладили» — подумала девушка. Она присела на присядки и закусила губу. Есть и пить хотелось очень сильно.«Сколько я тут уже? Сутки? Двое? Скорее сутки. Я не так много проспала, вроде.» — Синеглазая стала судорожно вспоминать, сколько времени она уже в заточении, однако, к определенному выводу не пришла. За дверью снова послышались шаги.

Кира не стала заглядывать кто это там, а просто сжалась в комок, ожидая худшего. Шаги приближались к ее камере, девушка закрыла уши руками, испуганно смотрела на свои колени. Однако её дверь не открылась. Внутрь камеры стал проникать странный звук. Как будто маньяк что-то жевал или грыз, причем очень сладко причмокивая от удовольствия. Она не выдержала и решила посмотреть, что же там, все-таки, происходит. Посмотрев в щель, увидела, как парень держит что-то в руке и подносит ко рту, отгрызая и с упоением пережёвывая. Кира сглотнула слюну и почувствовала, как протяжно заурчал желудок. Она укусила губу слишком сильно и почувствовала, что потекла кровь, она слизнула ее и в рот проник металлический вкус. «Не хватало еще саму себя съесть» — подумала девушка, — «Но так кушать хочется. Почему он ест здесь? Дразнит меня?». Повторный звук, который издал желудок, был слишком громким, и она увидела, что убийца перестал есть и повернулся к камере. Его маска была свернула на бок, рот оказался перепачкан кровью, и Доусон заметила, что в руке он держал окровавленную почку.

Девушка вздрогнула от отвращения, но взгляд не убрала. Она уже была готова съесть что угодно, ну или что-нибудь действительно съедобное. Парень усмехнулся и подошел ближе к клетке.

— Ты хочешь есть? — донеслось, с другой стороны. Кира оцепенела от его такого спокойного и хрипловатого голоса. Неожиданным было то, что маньяк заговорит с ней.

— Конечно, хочу. Я ведь так долго тут пробыла. — очень тихо произнесла она, сильно боясь что сможет как-нибудь разозлить убийцу.