Вальс над обрывом

Вторую свою жертву я подстерёг в одной из подворотен на краю города. У меня не было чёткого плана, только всепоглощающее желание снова вкусить неземного счастья на краю бездны. Я задушил её голыми руками. Она долго билась в моих смертельных объятиях, пытаясь высвободиться и глотнуть хоть немного спасительного воздуха, а потом затихла и обмякла. Я долго ещё стоял и нежно обнимал мёртвое тело, тихо поглаживая её по спине.

Потом я стал выходить на охоту регулярно. Со временем я стал хитёр и осторожен, ведь мною руководила высокая цель. Меня вела любовь. Любовь более чистая и возвышенная, чем дано понять большинству живущих ныне людей. Моя любовь была чиста, как горный родник и лишена всякой корысти и похоти. Для меня каждая из моих женщин была произведением искусства, которой я был готов поклоняться целую вечность. И я был их скульптором, их творцом.

Высшие силы направляли и защищали меня, ведь я творил красоту. Их было много, но я помнил каждую из них. Я помнил каждую морщинку на их лицах, каждую складочку. Они все были прекрасны и они все были моими. Я любил их всех. Я любил каждую из них.

Однажды я подумал, что сделал бы если бы мне сейчас, ночью повстречалась моя бывшая жена. Нет, я не взял бы её в свой чудесный мир на краю обрыва. Она была недостойна такой любви. Я оставил бы её гнить и страдать в этом ужасном, холодном мире.

Со временем я научился проводить их переход в новую жизнь быстро и безболезненно. Одним ударом десантного ножа. Прямо в сердце. Без страха и страданий. Я делал это во имя Любви. Я приносил свою душу в жертву на Её алтарь. Я не мог остановиться, только не сейчас. Я приводил всё новых женщин и отдавал их бездне. Но бездна требовала всё новых жертв. Она требовала, чтобы я приводил ещё и ещё. Она была ненасытна.

Я сразу понял, что она будет моей, как только увидел её. Она была более чем прекрасна. Она была совершенством, девушкой моей мечты. Эта ровная чёлка, эти бездонные, чистые глаза. Она была предназначена для меня, ей суждено было стать моей. Это было неизбежно. Я должен был привести её к бездне. Туда, где её красота и грация будут запечатлены в веках. Туда, где время будет не властно над ней.

Я так боялся упустить её, что почти бежал за ней следом. Мы вместе вошли в метро, и в какой-то миг я запаниковал, что вот-вот упущу её в толчее станции. Моё сердце, то яростно билось в предвкушении неземного наслаждения, то замирало от ужаса, что это может не сбыться. Я шёл за ней, не замечая никого вокруг. Весь мой мир сузился до этой маленькой, хрупкой фигурке впереди меня.

Мысленно я уже много раз прокручивал перед глазами наш предстоящий танец. Моя рука гладила холодную сталь армейского ножа под курткой. Я обдумывал, как нанести удар, чтобы причинить как можно меньше страданий и чтобы смерть настала максимально быстро. Я не желал ей зла.

Я шёл за ней. Улица за улицей, квартал за кварталом. Я ждал. Я ждал, когда мы останемся одни. Только я и она. Уже не в силах сдерживаться я почти готов был, наплевав на осторожность наброситься на неё посреди ярко освещённой улицы, когда моё терпение было, наконец, вознаграждено.

Внезапно она свернула в тёмную, глухую подворотню, из которой не было выхода, где никто не мог нам помешать. Я, словно, марафонец на финишной прямой рванулся вперёд. И тут она, наконец, заметила меня. Слишком поздно. Ей некуда было бежать и некого было звать на помощь. В моей руке мелькнула сталь боевого ножа. Она была в моей власти. Она уже была моей.

Одним финальным рывком я оказался возле неё и уже занёс руку, чтобы быстро и безболезненно отправить её в последний путь к пустыне между мирами. Внезапно, когда я был уже готов нанести удар, мне в лицо ударила обжигающая струя. Глаза пронзила резкая боль, и сотни иголок вонзились в моё горло. Обезумев от боли и ярости, я кинулся вперёд. Одной рукой я схватил её за куртку и рванул на себя.

Не видя ничего перед собой, я сделал ещё один шаг и упал. Когда моё тело коснулось асфальта, что-то больно толкнуло меня в грудь и мой свитер внезапно стал мокрым. Мокрым и тёплым. Зрение возвращалось очень медленно. Я отвёл прижатую к груди руку и посмотрел на неё. Она вся была в чём-то тёмном и липком. Голова закружилась, и мир вокруг меня погрузился во тьму.

Я не мог поверить в своё счастье. Я снова был у края бездны, и она была со мной. Она была моей! Её красивые серые глаза смотрели на меня со смесью удивления, сочувствия и симпатии. Она не сердилась на меня. Я был самым счастливым человеком на свете!