Вампир

Действительно потеря крови благотворно сказывается на ней — лицо у нее перестает притворятся и холодность перестает прятаться куда-то «внутрь тела» — передо-мной предстает классическая женщина-вамп, пьющая кровь из своих партнеров по игре, мужа, подруг, любимой кошки и мамы с папой.

Она мертвая укушенная вампиром, не осознающий себя, мертвый полностью, поскольку она уверена, что она «благородная» и вообще«хорошая». Я провожу ее энергией смерти, поливая сначала «мертвой водой», а потом и «живой» и ее мертвое тело начинает наливаться силой, и она становится Принцессой как и De Racombole. Она похожа на Елена Троянскую и ее яблоко — за такую женщину мужчины будут готовы устраивать войны на несколько сотен лет. Я добавляю ей немного от Пенелопы, чтобы даже после двадцати лет разлуки ты была желанна для своего Одиссея, который улетел в годовую командировку в другую страну на переговоры.

Затем я, что-то черчя понял какую-то схему и мир засветился другими игроками, я начал как бы проживать их жизни и стал морщится от их мнений. Мое лицо начало меняться как у актера где-то на секунды я как бы становлюсь не собой, а кем-то еще и глядя на эти быстрые актерские игры было не понятно кто перед тобой — обычный монтажник играющий в нарды вечером с другом, надзиратель в тюрьме ведущий строгий допрос на спор, играя так человеческой жизнью или даже красивая полуобнаженная девушка за шахматной доской, играющая свою партию с возлюбленным на первый секс или с маньяком на последнюю партию.

Вампиры умеют проживать чужие партии и чертить все новые схемы. Аргументации за ошибочные концепции могли бы наскучить кому угодно только не мне. Мне интересны и ошибочные концепции. «Как математической ожидание я не могу меняться и всегда буду по прежнему сам собой, каким был, но дисперсия будет другая — уже будут рассчитываться не с моих тысячи партий, а с множества ее партий.»

Небо раскрасилось в шахматные краски и возникли сотни одновременных досок и разговоров. Именно так живут демоны, отслеживая тысячи судеб и также нужно было хотя бы иногда научится жить самому. Я на миг увидел все до единой ошибки своих партнеров по игре, увидел сам процесс мышления и обдумывания ходов, даже если они были ошибочны. Красоту происходящего знания не радовал только один факт — я пока получил только знание без понимания. Копию всех партий, без их анализа. Понимание было ограничено по прежнему его жизнью, не более того. Другими словами «закачал в себя» потенциальные тренировки, а именно так можно трактовать эту базу. Но даже эта возможность помогла. Выросли скорее не игровые, а тренерские качества. Партии разбились по графам на кусочки и даже в одной партии часть ходов была обозначена за первый часть только за второй и местами даже мелькал гроссмейстерский уровень при решении трудных задач. Затем дисперсия усилилась — на фоне сотен чужих ошибок стали явственно видны собственные. Засветились потенциальные возможности для получения знаний, Мастера спорта и Гроссмейстера — на фоне чемпионки жить по другому было невозможно. Уровень игры был по прежнему в среднем на первый разряд-КМС, но разброс игровых возможностей был рассмотрен в обе стороны — как выдающиеся ходы, основанные на партиях чемпионов, так и бессмысленные «зевки», от которых не было спасения. Конечно, это уже были зевки не ферзя, а позиционного преимущества, буквально четверть пешки, но зевать не стоит даже этого — его текущие партнеры не прощали ему таких ошибок.

Я глажу тебя рукой с сильным снотворным заклятием. Ты засыпаешь, потому что я спел тебе 100 колбельных сразу. Засыпаешь навсегда.