Расскажу вам свою историю любви и смерти, которые тесно переплелись в моей жизни. А потом и… нежизни… Я ощущаю чувство вины, за то, что по моей вине погибла большая часть поехавшей компании, хотя друзья и утешают меня, что я не должен грызть себя за тот давний проступок, тем более, в том виде, в каком я пребываю сейчас, в виде бессмертного… вампира… Говорят, что вампирам чужды людские эмоции, но я не смог их изжить. Они были частью моей природы… Моей личности. Так же, как и семья… И друзья…
323 мин, 40 сек 2943
— Я из сельской местности родом, — отвечала вампирша, на удивление спокойно, — но поступив в университет, сняла квартиру, перед этим устроившись официанткой в кафе. Я успела проучиться всего год или полтора, пока случилось это… А теперь, после года, или двух встретила тебя… странно, да? — М — дааа… — лишь протянул я, а потом добавил, — и что, у тебя нет своего… «дома»? — Нннет, я ведь живу на чердаке, пока, — возразила Елена, — однако, из людской молвы, я чувствую, что скоро мне придется съезжать оттуда. Да там и не удобно, к тому же.
— А в сельской местности, подальше от районов поселений… Неужели нет погостов? И фамильных склепов? Неужели в деревнях не жили дворяне? — Вот здесь ты прав, Слава, — обрадовалась Елена, — я поищу в деревнях, что — то такое, что может быть похоже на склеп какого — нибудь семейства, или поместье. Заброшенный особняк был бы очень кстати. И как мне не пришла такая мысль. Теперь тебя люблю я еще больше. — Она чмокнула меня в щеку, и мне в лицо ударила свежайшая волна могильного холода. Однако странно, что я не поежился от холода, и неприязни.
— А как же родители? — Они тоже живут с тобой. — недоумевал я, — точнее, жили? — Да, они тоже приехали в город.
— И что, никто не почувствовал в доме, посреди ночи, чужого присутствия? — Выходит, так. — Елена лишь пожала плечами и выразила сожаление.
— А что ты собираешься делать? — Наверное, вернусь в село, в самом деле. Найду заброшенный дом, а может найму репетитора, для работы по ночам.
— Ты думаешь, какой-нибудь аспирант согласится обучать тебя по ночам? — Предсказуемый вопрос, Слава, ведь у нашего рода способности к убеждению значительно выше, чем у живых людей.
— Прости, я забыл…
— Я могу запросто очаровать любого, и он пойдет.
— … но он будет еженощно рисковать своей жизнью.
— Да, Слава, — согласилась Елена, — но мне необходимо получить этот диплом. Твой пример вдохнул в меня желание… учиться.
— Согласен, но где ты собираешься его применять? — А разве ночные балы, или, как это сейчас называют, вечеринки, — они не помогут мне заводить полезные знакомства? Ты забыл об этом? В конце концов, у меня есть что одеть на вечер, так что, мой смертный друг, за меня не беспокойся.
— Прости… — я снова вынужден оказался просить прощения, — знаешь, Елена, я уже устал сегодня, и мне нужно много чего обдумать. С твоей стороны было бы любезно, оставить меня на ночь. На эту ночь, тем паче, наш разговор затянулся.
— Как скажешь, любимый, — на удивление легко согласилась Елена, — я вижу, что ты утомился. Идем со мной сейчас, и я подарю тебе вечную жизнь, и бодрость…
— Нет, — возразил я, — только не в эти годы, пока я хотя бы с родителями. Для них это будет серьезный удар. Я не смогу это простить себе. Тебе придется подождать.
— Я вижу, что ты хочешь этого, — прошептала Елена мне на ухо, приблизившись ко мне почти вплотную, — но раз ты желаешь ждать, что ж, твоя воля…
— Но почему ты до сих пор не бросила меня? Ты могла найти человека, который бы в тот же момент добровольно согласился стать таким, как ты.
— Неужели ты еще не понял? — удивилась Елена, — что я люблю тебя, смертного, и хочу подарить тебе этот дар… вечную жизнь… нежизнь…
— В это сложно поверить…
— Но это так. И мне не нужен больше никто!
И Елена исчезла. Быстро, внезапно. Потом моя мать пришла на голос, но никого не увидела, кроме меня, готовящимся ко сну.
— С кем ты разговаривал, Слава? — Я? — я попытался изобразить удивление, — ты о ком? — Не держи меня за дурочку.
— Я думал, ты не слышишь, не слышала разговор.
— Так с кем. — мама настаивала на ответе.
— С Еленой…
— С какой такой Еленой? О какой Елене ты говоришь? — Ты забыла спросить, как она вошла, — съязвил я.
— Не остри, — сердилась мать, — мы никого не пускали. Подожди, уж не хочешь ли ты сказать, что…
— Что.
— Неет, это слишком невероятно.
— Мам, — я нарушил ход ее мыслей только тем, что сказал, — я не хотел бы обсуждать этот вопрос ввиду его интимности.
— Мне кажется, сын, с тобой что-то не так…
— Может быть, — согласился я, — но давай сейчас спать, я очень устал, ты, наверное, тоже, так что, спокойной ночи.
Отделавшись от всего мира на эту ночь я лег в постель, как обычно, и попытался уснуть. Однако сон не шел… Но спать хотелось со страшной силой. В голову лезли мысли о вампирше, и ее образ не желал покидать мое сознание. Я промучался с бессонницей где — то до часов четырех, когда меня все — таки сморил сон. И я провалился в забытье до утра. Однако, выспаться мне было не суждено… Меня подняла мамка, как всегда, без двадцати семь, хотя, мне очень хотелось отоспаться. Однако я кое-как встал, как после тяжелого похмелья, и весь день чувствовал себя разбитым. Странно, как я еще держался на учебе, под угрозой срыва на ком нибудь, на ком меньше всего хотелось сорваться. Однако, я удержался. Хвала моей воле. Однако старый почувствовал, что со мной что-то не так. И вовремя одного из перерывов между нами состоялся примерно следующий разговор.
— Слава, расскажи мне, что с тобой творится все эти дни после выписки.
— А в сельской местности, подальше от районов поселений… Неужели нет погостов? И фамильных склепов? Неужели в деревнях не жили дворяне? — Вот здесь ты прав, Слава, — обрадовалась Елена, — я поищу в деревнях, что — то такое, что может быть похоже на склеп какого — нибудь семейства, или поместье. Заброшенный особняк был бы очень кстати. И как мне не пришла такая мысль. Теперь тебя люблю я еще больше. — Она чмокнула меня в щеку, и мне в лицо ударила свежайшая волна могильного холода. Однако странно, что я не поежился от холода, и неприязни.
— А как же родители? — Они тоже живут с тобой. — недоумевал я, — точнее, жили? — Да, они тоже приехали в город.
— И что, никто не почувствовал в доме, посреди ночи, чужого присутствия? — Выходит, так. — Елена лишь пожала плечами и выразила сожаление.
— А что ты собираешься делать? — Наверное, вернусь в село, в самом деле. Найду заброшенный дом, а может найму репетитора, для работы по ночам.
— Ты думаешь, какой-нибудь аспирант согласится обучать тебя по ночам? — Предсказуемый вопрос, Слава, ведь у нашего рода способности к убеждению значительно выше, чем у живых людей.
— Прости, я забыл…
— Я могу запросто очаровать любого, и он пойдет.
— … но он будет еженощно рисковать своей жизнью.
— Да, Слава, — согласилась Елена, — но мне необходимо получить этот диплом. Твой пример вдохнул в меня желание… учиться.
— Согласен, но где ты собираешься его применять? — А разве ночные балы, или, как это сейчас называют, вечеринки, — они не помогут мне заводить полезные знакомства? Ты забыл об этом? В конце концов, у меня есть что одеть на вечер, так что, мой смертный друг, за меня не беспокойся.
— Прости… — я снова вынужден оказался просить прощения, — знаешь, Елена, я уже устал сегодня, и мне нужно много чего обдумать. С твоей стороны было бы любезно, оставить меня на ночь. На эту ночь, тем паче, наш разговор затянулся.
— Как скажешь, любимый, — на удивление легко согласилась Елена, — я вижу, что ты утомился. Идем со мной сейчас, и я подарю тебе вечную жизнь, и бодрость…
— Нет, — возразил я, — только не в эти годы, пока я хотя бы с родителями. Для них это будет серьезный удар. Я не смогу это простить себе. Тебе придется подождать.
— Я вижу, что ты хочешь этого, — прошептала Елена мне на ухо, приблизившись ко мне почти вплотную, — но раз ты желаешь ждать, что ж, твоя воля…
— Но почему ты до сих пор не бросила меня? Ты могла найти человека, который бы в тот же момент добровольно согласился стать таким, как ты.
— Неужели ты еще не понял? — удивилась Елена, — что я люблю тебя, смертного, и хочу подарить тебе этот дар… вечную жизнь… нежизнь…
— В это сложно поверить…
— Но это так. И мне не нужен больше никто!
И Елена исчезла. Быстро, внезапно. Потом моя мать пришла на голос, но никого не увидела, кроме меня, готовящимся ко сну.
— С кем ты разговаривал, Слава? — Я? — я попытался изобразить удивление, — ты о ком? — Не держи меня за дурочку.
— Я думал, ты не слышишь, не слышала разговор.
— Так с кем. — мама настаивала на ответе.
— С Еленой…
— С какой такой Еленой? О какой Елене ты говоришь? — Ты забыла спросить, как она вошла, — съязвил я.
— Не остри, — сердилась мать, — мы никого не пускали. Подожди, уж не хочешь ли ты сказать, что…
— Что.
— Неет, это слишком невероятно.
— Мам, — я нарушил ход ее мыслей только тем, что сказал, — я не хотел бы обсуждать этот вопрос ввиду его интимности.
— Мне кажется, сын, с тобой что-то не так…
— Может быть, — согласился я, — но давай сейчас спать, я очень устал, ты, наверное, тоже, так что, спокойной ночи.
Отделавшись от всего мира на эту ночь я лег в постель, как обычно, и попытался уснуть. Однако сон не шел… Но спать хотелось со страшной силой. В голову лезли мысли о вампирше, и ее образ не желал покидать мое сознание. Я промучался с бессонницей где — то до часов четырех, когда меня все — таки сморил сон. И я провалился в забытье до утра. Однако, выспаться мне было не суждено… Меня подняла мамка, как всегда, без двадцати семь, хотя, мне очень хотелось отоспаться. Однако я кое-как встал, как после тяжелого похмелья, и весь день чувствовал себя разбитым. Странно, как я еще держался на учебе, под угрозой срыва на ком нибудь, на ком меньше всего хотелось сорваться. Однако, я удержался. Хвала моей воле. Однако старый почувствовал, что со мной что-то не так. И вовремя одного из перерывов между нами состоялся примерно следующий разговор.
— Слава, расскажи мне, что с тобой творится все эти дни после выписки.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 41 из 94
