Расскажу вам свою историю любви и смерти, которые тесно переплелись в моей жизни. А потом и… нежизни… Я ощущаю чувство вины, за то, что по моей вине погибла большая часть поехавшей компании, хотя друзья и утешают меня, что я не должен грызть себя за тот давний проступок, тем более, в том виде, в каком я пребываю сейчас, в виде бессмертного… вампира… Говорят, что вампирам чужды людские эмоции, но я не смог их изжить. Они были частью моей природы… Моей личности. Так же, как и семья… И друзья…
323 мин, 40 сек 2944
— А в чем дело? — спросил я.
— Ты не похож на себя обычного.
— Да? — Мне видится напряжение под твоим внешним спокойствием.
— Коля, — продолжал я, — то что меня гнетет, не имеет отношение к учебе.
— Неважно, — продолжал Николай свою линию, — как раз это может отразиться на учебе, в самое ближайшее время. И далеко не в лучшем смысле…
— Согласен с тобой, — я наконец понял, что если хотя бы часть груза сброшу, станет немного легче, и начал издалека, — думаю, тебе известен тот факт, что я проходил обследование в СГМУ… так вот, за то время пока я находился там, появился призрак, ладно если бы он появился, но он появился с моим появлением, практически в этот же день… Хотя, с другой стороны, я сейчас не могу утверждать это однозначно, но вечером того же дня я увидел в коридоре силуэт девушки, метнувшейся за угол, где — то вдалеке, от места, где висел телефон-автомат. Потом начался кровавый террор. Но я еще не рассказал тебе самой сути… Этим призраком оказалась девушка-вампир, появившаяся в нагом виде. Возможно она хотела этим чего-то добиться, или ей нравилась реакция пожилых пациентов… Потом я едва не сошел с ума в подвалах клиники, запутавшись в лабиринте, но перед этим, я увидел ее в гробу в каком-то помещении, пол которого был усыпан побелевшими от времени костями, мне тогда показалось, что она ехидно ухмыляется, но она спала, а может и нет… Я не мог адекватно воспринимать обстановку, находясь в преддверии безумия. Потом меня какое-то Провидение словно вытолкнуло из подвала, подсказав путь… Я поговорил с охраной, с которой я установил контакт. Все это длилось где-то около месяца, и я отчаялся дождаться конца этого террора, ужаса, и ежеминутного ожидания кровавой развязки. Однако в тот же вечер, ни за что не догадаешься, что случилось. Когда я стоял у окна лестничной клетки, ведущей в «нервное» отделение на втором этаже, и мое, эндокринологии, и смотрел на проезжающие машины и проходящих мимо угрюмых людей, не подозревающих, что им грозит в самое ближайшее время… За этим занятием меня застала вампирша, как она представилась, Елена. Я бы сказал еще, что все это время она избегала нападать на меня, но вокруг, по отделению и не только, царил хаос, и ужас… ожидание очередной трагедии. Медсестры даже вызвали священника, представляешь. Между нами завязался очень продолжительный диалог, содержание которого я смутно припоминаю на фрагментарном уровне. В результате, я получил из ее уст откровение, о чувстве, испытываемом к смертному, то есть, ко мне… Меня это обеспокоило еще раньше, когда я понял, что она избегает убивать меня. Однако, последними умерли мои соседи по палате. И в итоге последние дни моего пребывания в больнице, я ночевал один. Как и в ту ночь, когда Елена пообещала прекратить террор в больнице. Тогда я очень устал, в тот вечер, и пришел в палату уже далеко за полночь. А дежурные медсестры, похоже, уже не ждали меня, если я не появился до десяти часов… Едва упав на кровать, я провалился в желанное забытье, без сновидений. А на следующий день я узнал, что меня выписывают, это была середина января, но после моего дня рождения, который я так и не отметил нынче… Вот такая зловещая история, с романтическим привкусом, случилась со мной в СГМУ.
— И что ты сам думаешь по этому поводу, Слава? — Я не знаю, что тут вообще можно думать. Только Елена в эти дни снова появляется ко мне, она говорит, что ждет, когда я сам соглашусь стать таким, как она. Говорит, также, что любит и не хочет причинять мне боль, как и моей семье. Странно это все. Но у меня есть Яна, сейчас… Помнишь случай во времена экспедиции в поместье…
— Я — то помню, — ответил старый, — ты похоже, тоже еще не забыл… Но есть что-то еще, не так ли? — Проблема в том, мой друг, что я разрываюсь, между Яной и влечением к Елене. Она как-то воздействовала на меня, и похоже, я начал испытывать к ней ответное чувство. И я не знаю, как быть… И я боюсь, что могу рано или поздно сдаться раньше, чем это будет иметь хоть какой-то смысл.
— Постой-ка, — вскинулся старый, — ты что, хочешь умереть так. Ты с ума сошел! И я первый, кто объявлю на тебя охоту!
— Вот этого я и боялся, — продолжал я, — что вся группа, тогда обернется против меня, поэтому…
— Что поэтому? — Не знаю, — я мог лишь пожать плечами, — думаю, надо с этим что-то делать, наверное, мне надо поменьше быть одному.
— А ты с Яной еще не говорил? — Нннет…
— Так чего же ты ждешь? — Наверное, сегодня с ней поговорю, пойдем в «Нексус»… думаю, она не будет против.
— Как хочешь, — произнес отрешенно Николай, — но поговори с ней, обязательно.
— Думаешь, это к чему-нибудь приведет? — Думаю… ладно, после пар, поговорим, может, Яна подойдет сама.
— Сложно на это надеяться, мой друг, — возразил я, — ну в общем, я наверное поговорю с ней.
— Ну вот и ладненько…
* * *
Спустя несколько дней.
— Ты не похож на себя обычного.
— Да? — Мне видится напряжение под твоим внешним спокойствием.
— Коля, — продолжал я, — то что меня гнетет, не имеет отношение к учебе.
— Неважно, — продолжал Николай свою линию, — как раз это может отразиться на учебе, в самое ближайшее время. И далеко не в лучшем смысле…
— Согласен с тобой, — я наконец понял, что если хотя бы часть груза сброшу, станет немного легче, и начал издалека, — думаю, тебе известен тот факт, что я проходил обследование в СГМУ… так вот, за то время пока я находился там, появился призрак, ладно если бы он появился, но он появился с моим появлением, практически в этот же день… Хотя, с другой стороны, я сейчас не могу утверждать это однозначно, но вечером того же дня я увидел в коридоре силуэт девушки, метнувшейся за угол, где — то вдалеке, от места, где висел телефон-автомат. Потом начался кровавый террор. Но я еще не рассказал тебе самой сути… Этим призраком оказалась девушка-вампир, появившаяся в нагом виде. Возможно она хотела этим чего-то добиться, или ей нравилась реакция пожилых пациентов… Потом я едва не сошел с ума в подвалах клиники, запутавшись в лабиринте, но перед этим, я увидел ее в гробу в каком-то помещении, пол которого был усыпан побелевшими от времени костями, мне тогда показалось, что она ехидно ухмыляется, но она спала, а может и нет… Я не мог адекватно воспринимать обстановку, находясь в преддверии безумия. Потом меня какое-то Провидение словно вытолкнуло из подвала, подсказав путь… Я поговорил с охраной, с которой я установил контакт. Все это длилось где-то около месяца, и я отчаялся дождаться конца этого террора, ужаса, и ежеминутного ожидания кровавой развязки. Однако в тот же вечер, ни за что не догадаешься, что случилось. Когда я стоял у окна лестничной клетки, ведущей в «нервное» отделение на втором этаже, и мое, эндокринологии, и смотрел на проезжающие машины и проходящих мимо угрюмых людей, не подозревающих, что им грозит в самое ближайшее время… За этим занятием меня застала вампирша, как она представилась, Елена. Я бы сказал еще, что все это время она избегала нападать на меня, но вокруг, по отделению и не только, царил хаос, и ужас… ожидание очередной трагедии. Медсестры даже вызвали священника, представляешь. Между нами завязался очень продолжительный диалог, содержание которого я смутно припоминаю на фрагментарном уровне. В результате, я получил из ее уст откровение, о чувстве, испытываемом к смертному, то есть, ко мне… Меня это обеспокоило еще раньше, когда я понял, что она избегает убивать меня. Однако, последними умерли мои соседи по палате. И в итоге последние дни моего пребывания в больнице, я ночевал один. Как и в ту ночь, когда Елена пообещала прекратить террор в больнице. Тогда я очень устал, в тот вечер, и пришел в палату уже далеко за полночь. А дежурные медсестры, похоже, уже не ждали меня, если я не появился до десяти часов… Едва упав на кровать, я провалился в желанное забытье, без сновидений. А на следующий день я узнал, что меня выписывают, это была середина января, но после моего дня рождения, который я так и не отметил нынче… Вот такая зловещая история, с романтическим привкусом, случилась со мной в СГМУ.
— И что ты сам думаешь по этому поводу, Слава? — Я не знаю, что тут вообще можно думать. Только Елена в эти дни снова появляется ко мне, она говорит, что ждет, когда я сам соглашусь стать таким, как она. Говорит, также, что любит и не хочет причинять мне боль, как и моей семье. Странно это все. Но у меня есть Яна, сейчас… Помнишь случай во времена экспедиции в поместье…
— Я — то помню, — ответил старый, — ты похоже, тоже еще не забыл… Но есть что-то еще, не так ли? — Проблема в том, мой друг, что я разрываюсь, между Яной и влечением к Елене. Она как-то воздействовала на меня, и похоже, я начал испытывать к ней ответное чувство. И я не знаю, как быть… И я боюсь, что могу рано или поздно сдаться раньше, чем это будет иметь хоть какой-то смысл.
— Постой-ка, — вскинулся старый, — ты что, хочешь умереть так. Ты с ума сошел! И я первый, кто объявлю на тебя охоту!
— Вот этого я и боялся, — продолжал я, — что вся группа, тогда обернется против меня, поэтому…
— Что поэтому? — Не знаю, — я мог лишь пожать плечами, — думаю, надо с этим что-то делать, наверное, мне надо поменьше быть одному.
— А ты с Яной еще не говорил? — Нннет…
— Так чего же ты ждешь? — Наверное, сегодня с ней поговорю, пойдем в «Нексус»… думаю, она не будет против.
— Как хочешь, — произнес отрешенно Николай, — но поговори с ней, обязательно.
— Думаешь, это к чему-нибудь приведет? — Думаю… ладно, после пар, поговорим, может, Яна подойдет сама.
— Сложно на это надеяться, мой друг, — возразил я, — ну в общем, я наверное поговорю с ней.
— Ну вот и ладненько…
* * *
Спустя несколько дней.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 42 из 94
