Фандом: Ориджиналы. Перед вами не одна большая работа, а несколько разного размера, объединенных общей вселенной, атмосферой и затронутыми темами. Они были выложены на «Фикбуке» отдельными текстами, но я принял решение опубликовать весь цикл в хронологическом порядке одним«макси» для удобства читателей. Цикл о«вампирах» занимает для меня особое место в творчестве, поэтому я счел уместным написать небольшое предисловие. Если вы раздумываете, стоит ли погружаться в эту серию работ, возможно, мои пояснения помогут вам сделать правильный выбор.
510 мин, 52 сек 14929
Теперь утром и вечером она заботливо приносила скромную армейскую пайку, сопровождаемая удивленными взглядами бравых вояк — если совсем молодой Шелли удалось быстро привыкнуть к странности господина, военные просто не могли поверить в то, что их высочайшее начальство пьет такое количество крови.
Слишком мало.
Катастрофически.
Если бы она не видела его за работой — активного, полностью вовлеченного в процесс — она решила бы, что он просто хочет довести себя до истощения и покончить жизнь самоубийством.
К и без того загадочному поведению прилагалась расплывчатая биография.
Откуда он? Кто назначил такого экстравагантного вампира на столь высокую должность в невероятно напряженный сектор?
В нашумевшем третьем каждый день гибло несколько десятков вампиров. Жертвы среди смертных давно не считали, чтобы не портить общую статистику. Из года в год повстанцы, разрозненные террористические группировки и мафиозные кланы пытались разделить территорию так, чтобы крохотные участки условно обитаемых планет приносили заветный доход именно им.
В третьем добывали алмазы — частично они концентрировались на поверхности планет, но гораздо больше «летало» в открытом космосе.
Хуже всего вели себя местные — они давно перестали верить официальной власти и вели партизанскую войну против всех. На минах подрывались даже представители правозащитных организаций, редкие в это неспокойное время вампиры-лекари.
Третий сектор был язвой на теле Империи, и сюда назначали тех, кому пора было уходить на пенсию — легитимная возможность вдоволь нахлебаться крови в бою, отвоевать себе немного крупных драгоценных камней, прославиться.
Хельга не интересовали ни кровь, ни алмазы, ни слава. Он ни разу не появился на официальном приеме, отказал послам всех участников долгоиграющего конфликта, и вообще вел себя так, будто пришел руководить небольшой бюрократической организацией.
Военные его обожали.
Шелли бегала из одного лагеря в другой, стараясь не забыть ни технику, ни одежду, ни скромную мелочевку походного быта господина: коллекцию мундштуков, щетку для волос из натуральной кости и несколько музыкальных записей в кейсе. Даже у новобранцев было с собой больше вещей.
На новое место они неизменно прибывали утром, даже если это означало использование транспортных кораблей общего назначения, без удобств, рассчитанных на переброску штурмовых отрядов. Соседи по скамейке — губернатор никогда не расчищал себе пространство при помощи команды охранников-головорезов, усаживаясь вместе с рядовыми — бросали на них заинтересованные взгляды. Когда еще увидишь так близко чистокровного аристократа?
Чистой кровью от Хельга разило за милю.
В каждом лагере он вникал в обстановку с маниакальной тщательностью, и первоначальный скепсис генералов от прибытия новой шишки уже к вечеру сменялся искренним уважением.
До тех пор, пока ситуация не прояснялась полностью, губернатор не отдавал ни одного указания. Только после тщательного разбора особенностей местности, расстановки сил и даже погодных условий он предлагал штабу свой план.
Они делали вид, что обсуждают его, хотя догадливая Шелли уже на втором совещании поняла — всё это спектакль, чтобы не потерять лицо перед новым начальником.
Хельг позволял им обсуждать план столько, сколько они считали нужным, кивал, одобряя вопросы и коррективы, но не было ни одного случая, чтобы в итоге его разработку действительно меняли. Странный вампир, не интересующийся кровью и славой, просто давал людям возможность уберечь свою гордость.
Через несколько месяцев непрерывной работы ему удалось невозможное — войска Империи полностью вытеснили из сектора мафию.
Несколько раз Шелли приносила в палатку господина «дары» — попытки лидеров кланов откупиться и обойтись малой кровью. Хельг забирал подарок, оставляя его на месте последней стоянки, и двигался дальше, отдавая распоряжение не распылять ресурсы на преследование.
Никто из ушедших не посмел вернуться в заветный сектор.
Шелли подумала, что подобную победу нужно как-то отметить и поделилась этой идеей во время очередного ужина — у них с господином сложилась славная традиция в эти моменты делиться друг с другом интересными мыслями.
Однажды во время таких бесед Хельг предложил ей покрасить волосы в огненно-рыжий цвет, и она, решив, что это приказ, поступила как велено. С тех пор не было отбоя от «кавалеров» — в каждом лагере находилось два-три вампира, которые предлагали ей короткое или длительное«знакомство». Почуяв, откуда дует ветер, она спросила у господина, что же ей теперь с этим делать, а тот только равнодушно пожал плечами: «Мне показалось, так тебе будет веселее работать». На следующий день она вернула волосам обычный цвет, и предложения прекратились, однако в глубине души поселилось приятное чувство — если захочется найти себе спутника жизни, не так уж это и сложно.
Всю свою жизнь она была одиночкой.
На ее идею о празднике Хельг отреагировал очень странно — потер переносицу и попросил подробнее описать, что же она имеет в виду.
Слишком мало.
Катастрофически.
Если бы она не видела его за работой — активного, полностью вовлеченного в процесс — она решила бы, что он просто хочет довести себя до истощения и покончить жизнь самоубийством.
К и без того загадочному поведению прилагалась расплывчатая биография.
Откуда он? Кто назначил такого экстравагантного вампира на столь высокую должность в невероятно напряженный сектор?
В нашумевшем третьем каждый день гибло несколько десятков вампиров. Жертвы среди смертных давно не считали, чтобы не портить общую статистику. Из года в год повстанцы, разрозненные террористические группировки и мафиозные кланы пытались разделить территорию так, чтобы крохотные участки условно обитаемых планет приносили заветный доход именно им.
В третьем добывали алмазы — частично они концентрировались на поверхности планет, но гораздо больше «летало» в открытом космосе.
Хуже всего вели себя местные — они давно перестали верить официальной власти и вели партизанскую войну против всех. На минах подрывались даже представители правозащитных организаций, редкие в это неспокойное время вампиры-лекари.
Третий сектор был язвой на теле Империи, и сюда назначали тех, кому пора было уходить на пенсию — легитимная возможность вдоволь нахлебаться крови в бою, отвоевать себе немного крупных драгоценных камней, прославиться.
Хельга не интересовали ни кровь, ни алмазы, ни слава. Он ни разу не появился на официальном приеме, отказал послам всех участников долгоиграющего конфликта, и вообще вел себя так, будто пришел руководить небольшой бюрократической организацией.
Военные его обожали.
Шелли бегала из одного лагеря в другой, стараясь не забыть ни технику, ни одежду, ни скромную мелочевку походного быта господина: коллекцию мундштуков, щетку для волос из натуральной кости и несколько музыкальных записей в кейсе. Даже у новобранцев было с собой больше вещей.
На новое место они неизменно прибывали утром, даже если это означало использование транспортных кораблей общего назначения, без удобств, рассчитанных на переброску штурмовых отрядов. Соседи по скамейке — губернатор никогда не расчищал себе пространство при помощи команды охранников-головорезов, усаживаясь вместе с рядовыми — бросали на них заинтересованные взгляды. Когда еще увидишь так близко чистокровного аристократа?
Чистой кровью от Хельга разило за милю.
В каждом лагере он вникал в обстановку с маниакальной тщательностью, и первоначальный скепсис генералов от прибытия новой шишки уже к вечеру сменялся искренним уважением.
До тех пор, пока ситуация не прояснялась полностью, губернатор не отдавал ни одного указания. Только после тщательного разбора особенностей местности, расстановки сил и даже погодных условий он предлагал штабу свой план.
Они делали вид, что обсуждают его, хотя догадливая Шелли уже на втором совещании поняла — всё это спектакль, чтобы не потерять лицо перед новым начальником.
Хельг позволял им обсуждать план столько, сколько они считали нужным, кивал, одобряя вопросы и коррективы, но не было ни одного случая, чтобы в итоге его разработку действительно меняли. Странный вампир, не интересующийся кровью и славой, просто давал людям возможность уберечь свою гордость.
Через несколько месяцев непрерывной работы ему удалось невозможное — войска Империи полностью вытеснили из сектора мафию.
Несколько раз Шелли приносила в палатку господина «дары» — попытки лидеров кланов откупиться и обойтись малой кровью. Хельг забирал подарок, оставляя его на месте последней стоянки, и двигался дальше, отдавая распоряжение не распылять ресурсы на преследование.
Никто из ушедших не посмел вернуться в заветный сектор.
Шелли подумала, что подобную победу нужно как-то отметить и поделилась этой идеей во время очередного ужина — у них с господином сложилась славная традиция в эти моменты делиться друг с другом интересными мыслями.
Однажды во время таких бесед Хельг предложил ей покрасить волосы в огненно-рыжий цвет, и она, решив, что это приказ, поступила как велено. С тех пор не было отбоя от «кавалеров» — в каждом лагере находилось два-три вампира, которые предлагали ей короткое или длительное«знакомство». Почуяв, откуда дует ветер, она спросила у господина, что же ей теперь с этим делать, а тот только равнодушно пожал плечами: «Мне показалось, так тебе будет веселее работать». На следующий день она вернула волосам обычный цвет, и предложения прекратились, однако в глубине души поселилось приятное чувство — если захочется найти себе спутника жизни, не так уж это и сложно.
Всю свою жизнь она была одиночкой.
На ее идею о празднике Хельг отреагировал очень странно — потер переносицу и попросил подробнее описать, что же она имеет в виду.
Страница 113 из 145
