Вампиры

Материал плотно прилегал к лицу, полностью лишив его зрения. Хельг взял его за руку и повел вперед.

Гиэрре сконцентрировался на слухе, как учили на уроках самообороны, чтобы получить хоть какую-то информацию о происходящем.

— Три ступеньки, поднимись, и сядь в кресло.

Он послушно сел, а после развязал платок, дождавшись разрешения. Защитный барьер мешал ему видеть что-либо снаружи, но судя по оборудованию, дополняющему кресло, он находился в капсуле стазиса.

— Не хотел заранее пугать тебя, сын.

Голос Хельга был грустным, а последнее слово Гиэрре поначалу пропустил мимо ушей. Лишь несколько секунд спустя, когда ему нужна была хоть какая-то реальная мысль, чтобы отвлечься, он осознал его.

В голове начали возникать образы.

Чужие мысли — Гиэрре знал, для чего используют стазис-капсулы. Теоретический курс мнемографии был его любимым.

Мысли принадлежали существу, которое было очень похоже на него.

Когда он понял, что перед ним жизнь «Номера 1», ладони вцепились в рукояти кресла непроизвольно.

Гиэрре помнил, как именно закончилась жизнь первого номера — отрубленная обломком сиденья голова с оглушительным грохотом валится на парапет прямо рядом с двадцать девятым…

Стазис-оборудование затягивало его глубже в чужую память, а он старался найти что-то, что помогло бы сохранить личность.

Ситуацию усугубляло их сходство. Лишь незначительные отклонения от нормы и факторы случайности, которые привели к тому, что голова первого свалилась с плеч, а его собственная переживала двадцать восемь клонов.

Весь проект «Деус» был нужен для того, чтобы они стали одинаковыми.

Он цеплялся за обрывки мыслей-дублеров, пытаясь выбраться из болота ужаса, и в конце концов нащупал чужую руку: «Не хотел заранее пугать тебя, сын».

У номера первого не было Хельга.

Хельг стоял возле панели управления стазис-капсулой, привалившись к защитному экрану, и курил, разглядывая показания датчиков. Наркотический дым пропитал всю комнату, а груда окурков возле ног демонстрировала волнение куда лучше единственной морщинки на лбу.

Шли минуты, часы, и он с тревогой смотрел за пульсом ребенка.

Если Гиэрре не выдержит, всё придётся начинать заново. Искать подходящих носителей плода, собирать «урожай», отправлять младенцев в новый комплекс. Столько работы, только для того, чтобы потом забрать одного мальчика.

Кроме того, и эта мысль Хельгу очень не нравилась, — Гиэрре удалось заинтересовать его. Он был умен — умнее, чем ожидал от своей модификации ДНК «отец». Решительнее.

Для той цели, ради которой Хельг решился на «Деус», качества подходящие. Если он к тому же окажется достаточно выносливым…

Сердце мальчишки вело себя странно — то билось как заведенное, так что Хельг собирался глушить ритм седативными и останавливать процесс, то выводило невероятный узор на графике, возвращаясь к идеальной норме.

Клонов учили медитировать, но Хельг не мог припомнить, чтобы дети предыдущих поколений семьи реагировали подобным образом на обучение в стазисе.

«Он за что-то цепляется, — мрачно подумал Хельг, — и это плохо. Труднее будет ломать».

Когда капсула открылась, мальчик внутри устало выдохнул и откинулся на спинку. Из-под ногтей на пол капала кровь — слишком сильно сжимал поручни.

Хельг подошел ближе и помог ребенку спуститься, а потом поднял на руки.

Перемещение произошло очень быстро — Гиэрре моргнул, и когда его глаза оказались открыты, обнаружил себя в собственной комнате. Хельг опустил его на кровать и сел рядом.

— Это был прыжок?

Хельг кивнул.

— Завтра мне снова нужно будет идти туда?

Хельг отрицательно покачал головой.

— Я справился?

Вместо ответа вампир поднес запястье к губам, перекусил вены, и поднес к лицу Гиэрре.

Вид текущей крови заставил клона судорожно сглотнуть и отшатнуться — в комплексе воспитатели применяли электрошок и металлические дубинки, если кто-то из клонов слизывал собственную или чужую кровь. Их кормили внутривенно, пресекая даже намеки на возможное «заражение».

— Не бойся, — Хельг придвинулся ближе. — Выпей немного, восстановишь силы. Я знаю, что там было неприятно и страшно, в детстве я тоже сидел в стазис-капсуле.

Гиэрре осторожно взял запястье и сделал несколько глотков, прислушиваясь к ощущениям. Вампир, который за всю свою жизнь ни разу не выпил крови.

От неё было тепло, и он ощутил себя в безопасности. Воспоминаний не стало меньше — скорее уж наоборот. Зато теперь он точно знал, что у него есть нечто, чего не было ни у кого из двадцати восьми клонов.

Отец.

И это придавало сил.

Аборигены вели кочевой образ жизни, используя для передвижения вьючных животных. Он подыскал себе подходящий наряд и представился беженцем из соседнего племени. Старейшины обсуждали его кандидатуру несколько дней подряд, не спеша перебирая косточки: так ли выглядит его челюсть, как завещали предки, сколько «летящих ангелов» может он сразить из лука…

Вердикт его обрадовал — община готова принять его в качестве защитника.

Последовала череда инициирующих обрядов.