Вампиры

Шарлотта испуганно ахнула и прикрыла рот рукой, Гилхард сцепил руки перед собой. Дориан сам не знал, как можно отреагировать на подобное. Дворец в руинах! Для придворного, приближенного к Императору, для того, кто обучал наследника, происходящее казалось святотатством. Грехом против Бога. Самым жестоким из возможных преступлений.

— Нам удалось собрать остатки защитников и часть кланов аристократов, — продолжил Корвин. — У нас достаточно сил, чтобы лишить противника подкрепления, а затем произвести высадку в Столице. Если мы успеем вовремя, произошедшее ещё можно будет решить без лишних потерь.

Продолжение Дориан слышал краем уха, впитывая информацию неосознанно. Мысли его перетекли в совершенно другое русло, и он отчаянно сопоставлял факты, пытаясь выстроить четкую линию.

Получалось, что Корвин, находившийся в ссылке по приказу прежнего Императора, каким-то образом узнал о том, что творилось в Столице. Затем он начал восстанавливать прошлые связи, успел стянуть армию, а теперь намеревался спасти вампира, который поставил крест на его жизни. Конечно, раньше Дориан считал, что крест этот был надгробным, в духе романтики прежних, давно канувших в небытие дней. Однако выяснилось, что Император всё же сохранил своему фавориту жизнь. Знал ли наследник об этом? Ждёт ли он помощи сейчас? Видит ли он с помощью открывшихся ему после Коронации сил, что подмога близко?

Восхищение, которое раньше возникало в душе учёного, если рядом находился Сиятельный, вспыхнуло с новой силой. Он не знал вампира благороднее Корвина. Неужели тот простил наследнику собственное уничтожение? Простил боль своих младших, которые остались без покровителя, вынуждены были испытать ужас потери, а затем с позором были изгнаны во Внешний Сектор? Неужели среди них, в мире, где коррупция и жестокость расползлась кровавыми пятнами из самого сердца Империи, неужели всё же остались такие честные и добрые существа?

Дориан посмотрел на Моргана и улыбнулся ему. Всё встало на свои места. Конечно, Мор обманывал своего «хозяина». Лгал о том, что связан магией крови. Но такое можно простить, ведь, в конечном счете, Морган спас не только Дориана, он сумел помочь изгнанному Корвину восстановить силы, и теперь все они летят, чтобы прекратить ужасную, святотатственную войну.

Мор перехватил чужой взгляд и слабо улыбнулся в ответ, кивая.

— Если ты говоришь правду. Если то, что ты выяснил о нас, это правда. Если это так, мы увидимся внизу.

Грохот открытого аварийным рычагом люка.

Свист ветра — в верхних слоях искусственных атмосфер всегда шумно.

Падение.

Взгляд — на прощание.

Корвин смотрел за тем, как летит вниз крохотная фигурка, и сжимал поручень, впиваясь в синтетический металл когтями. Ему, наконец-то, стало страшно.

— Милорд, нам нужно перейти на десантный корабль, — напомнил Николас.

Шарлотта нетерпеливо переступала с ноги на ногу, Корвина раздражало её волнение — она даже не представляла, насколько серьёзные события происходят вокруг. Возможно, для неё всё сводилось к беспокойству за судьбу брата. Возможно, она просто не хотела умереть. В любом случае, это было мелочно. Если бы не избыток свободного места в десантных кораблях, разработанных и привезенных с дальних рубежей специально ради отвлекающего маневра, он ни за что не согласился бы на уговоры. Шарлотта осталась бы в мирах Внешнего Кольца.

Но мест было в избытке, а Николас то и дело с беспокойством вспоминал сестру. Корвин понимал эту тревогу, разделял и готов был помочь по мере сил. Теперь, слушая топот каблучков, он ненавидел себя за малодушие.

Если бы можно было выбросить на поверхность разодранной орбитальными ударами Столицы Шарлотту, вместо Моргана, он сделал бы это.

— Уходим, — скомандовал Сиятельный.

Они прошли по короткому коридору до стыковочного отсека, сели в небольшой корабль, один из тысячи точно таких же, а после стали ждать.

Прислушиваясь к звукам, вглядываясь во вспышки.

Пилот лавировал между крупными крейсерами, подбитыми с поверхности или нарочно подорванными, чтобы создать неразбериху.

Корвин не жалел ресурсов — осознание того, что перед ним был единственный шанс на воплощение давнего плана, подстегивало сильней страха смерти.

— Милорд, разве он не может убить нас прямо здесь? — тихонько спросила Шарлотта.

По нелепой случайности или из-за рассеянности Корвина, а, возможно, по собственной идее леди де Бофе сидела на соседнем месте. Их корабль был похож на другие как две капли воды. Никаких позывных, никаких номерных знаков — одинаковая расцветка, одна и та же форма пилотов.

Принимая окончательное решение, Корвин распорядился посадить Дориана в другой корабль. Единственная возможная зацепка для Его Величества.

— Нет, не может, — сухо ответил Сиятельный приме столичных театров и тут же почувствовал кожей неодобрение Николаса.

К черту.

К черту все.

Он представлял себе летящего вниз Моргана.