Ваниль

Он придумал это вскоре после оправдательного приговора, когда вдруг выяснилось, что голос почти вернулся, жизнь продолжается, а ему решительно нечем заняться. Минерва звала его в Хогвартс, преподавать зелья, но уж чем-чем, а преподаванием он был сыт по горло, настолько, что даже на должность преподавателя ЗОТИ не согласился бы. Ему, впрочем, никто и не предлагал. При его мастерстве можно было бы варить зелья на заказ, но большинство зелий, пользующихся спросом, — не его уровень. Кроветворное, Костерост, Амортенция, прости Мерлин, — скучная рутина, а по-настоящему интересные вещи, вроде Аконита, Феликс Фелицис и Веритасерума (по лицензии, естественно; после Победы он стал удручающе законопослушен) заказывают не каждый день и даже не каждый месяц. Накопления, сделанные за годы преподавания в Хогвартсе, позволяли ему не слишком беспокоиться о деньгах, но он, право слово, предпочел бы беспокоиться, лишь бы противопоставить что-нибудь скуке и безделью.

Идею открыть лавку ему подсказала Молли Уизли. После того, как Северуса выпустили из-под стражи, она негласно взяла его под свое покровительство: она приходила к нему в гости примерно раз в неделю, приносила домашней выпечки, рассказывала последние новости своего семейства, страшно раздражала но, если уж честно, действительно помогала своими визитами, выдергивая его из апатии, в которую он все больше погружался по мере того, как понимал, что все наконец-то закончилось. Поначалу он злился на ее визиты и очень хотел сказать Молли, что еще один подопечный не заменит ей погибшего сына, но сначала не мог (голос не слушался), а потом передумал.

В тот день Молли принесла ему кекс с лавандой. После войны, когда дела Ордена Феникса перестали отнимать у нее столько сил, а из детей дома остались только Рональд и Персиваль, у нее освободилась масса времени, которую она с энтузиазмом стала тратить на кулинарные эксперименты, в том числе на рецепты магловской кухни, стремительно входящие в моду после победы над маглоненавистническим режимом. А учитывая, что нужда в деньгах у семьи Уизли после Победы также несколько уменьшилась, возможности Молли стали гораздо шире, чем были когда-либо на памяти Северуса. И все они были направлены на то, «чтобы мальчики наконец-то поели вкусненького». Мысль о том, что под «мальчиками» подразумевается также Артур Уизли и он сам, однозначно приносила дискомфорт, недостаточный, впрочем, чтобы заставить себя отказаться от угощения.

— И можешь себе представить, оказалось, что достать цветки лаванды — с ума сойти какой сложный труд, — улыбалась Молли, довольная тем, что кекс оценен по достоинству. — Свежие цветки, я имею в виду, сушеных-то сколько угодно. Пришлось идти собирать самой. Ну я взяла с запасом, поставила под Стазис, месяц-другой продержатся, я еще варенье сварить хотела…

— Под Стазис — это зря, — машинально ответил Северус, — он входит в конфликт с одним из компонентов эфирного масла, содержащегося в лаванде, может появиться лишняя горечь. Надо было под специализированное консервирующее…

— А ты откуда знаешь? — изумленно посмотрела на него Молли. — А, хотя да, это же ингредиент, ты про них все знаешь… А вот вчера еще нашла в каком-то смешном их журнале рецепт розового щербета, жаль, розы у меня не растут, думаю вот, попросить у Артура букет, что ли…

— Молли, ты только представь, чем торговцы обрабатывают эти цветы, что маги, что маглы! Да и вообще, для кулинарных целей лучше использовать Розу Морщинистую…

— Вот как, — хмыкнула Молли, — а где бы мне ее достать?

— Я могу дать тебе адрес моего поставщика, получишь от него цветки, на лепестки разделишь сама…

— Ты правда можешь?! — в глазах Молли загорелся азарт настоящей домохозяйки, вышедшей на охоту, Северус не смог устоять и действительно выдал ей адрес.

Дальше они говорили о возобновлении торговли в Косом Переулке, о лавке Умников Уизли и о том, стоило ли разрешать Джинни подрабатывать там этим летом, и еще о какой-то малозначительной ерунде, но на исходе вечера Северус Снейп задумался.

Он довольно долго думал, изучал рынок, приценивался, договаривался, восстанавливал связи со старыми поставщиками и устанавливал новые — с теми, которые поставляли то, что для зелий было без надобности; выкупил у Хогвартса одного из «тепличных» домовиков, убедился, что тот в состоянии приглядывать за устроенным огородом, и дальше действовал очень быстро.

Уже через неделю в Косом Переулке появилась лавка, названная просто и незатейливо — «Ингредиенты». Северусу это название казалось забавным, хотя в глубине души он подозревал, что никому больше так не кажется. Лавка была поделена на два небольших зала, один назывался «Специи», а другой — «О`Травы» — еще одна шутка из тех, от которых профессор не смог удержаться. За прилавки он поставил двух своих бывших выпускниц, обе по странному совпадению хаффлпаффки-одногодки, звезд с неба не хватали, в зельевары не годились, но зубрили быстро и с пониманием, поэтому свой товар быстро выучили назубок.