Вавилон

Досиживать именно этот день было после такого известия ожидаемо неудобно: хотелось, чтобы он быстрее закончился, и кто-нибудь поведал бы ему, как и что делать дальше. Хотя Барти, конечно, понимал, что не он единственный не знает, что же делать и что дальше будет, а возможно, тем, кто состоял в верхушке организации ситуация казалась ещё более сложной. Работа делалась автоматически и не могла уже никак сместить мысли в какую-либо иную сторону. Пожалуй, то, что случилось, было ударом ещё в большей степени, чем смерть Регулуса — просто потому, что будущее теперь скрылось за сплошной пеленой, просвечивая сквозь неё совсем не добрыми красками. И мало чего в жизни он дожидался с таким же нетерпением, как окончания того собрания. Даже Бриссенден заметил что-то неладное, а Барти даже не помнил, как отшутился.

Сова прилетела поздно ночью — и до этого времени не спалось, и даже трудно было читать, хотя казалось бы, хорошая книга могла увлечь в любой ситуации, но нет. В принципе, никакой новой информации о Волдеморте письмо не содержало, но зато там были написаны решения, которые были приняты на собрании. Вкратце всё сводилось к тому, чтобы поменьше высовываться, кто-то будет пытаться различными способами найти Лорда, а кто-то должен устранить главные помехи на пути к захвату власти. Тем не менее, производить оный в данный момент было не только крайне неудобно, но ещё и непонятно, можно ли будет власть вообще удержать без Лорда. А вот кое-какие планы и наброски по устранению тех или иных деятелей Министерства или Ордена уже существовали — оставалось их немного доработать, и можно будет заняться этим вплотную. В конце концов, были среди ближнего круга волшебники, набившие уже на подобном руку. Барти даже догадывался, кто просто обязан быть в списке в первых номерах: его отец, и этот факт наполнял душу злой радостью.

Следующие несколько дней слились в сплошной непрекращающийся сон, когда не всегда было понятно, что же вокруг происходит, и какие-то вещи выполнялись только на автоматизме. Можно было задуматься и отвечать невпопад на все вопросы, а можно было даже начать ни с того ни с сего разговор о чём-то отвлечённом и даже непонятно с кем. Собственно, именно так и произошло одно из важнейших событий.

А ведь Барти всего-то заговорил с домовым эльфом…

— Винки, — сказал он внезапно после того, как та (а она была домовым эльфом Краучей) передала ему приглашение отметить Рождество в кругу семьи, — у тебя каждый раз такой счастливый вид, будто это единственная работа, которую тебе говорят сделать.

— Младший хозяин редко использует Винки, — понуро ответила Винки, но сразу же повеселела. — Зато старший хозяин и хозяйка часто приказывают Винки сделать работу.

— Ну да, — согласился Барти, слегка отрешённо, — убираться там, ходить за покупками, готовить…

— И обслуживать гостей старшего хозяина! — вставила Винки довольно.

— А что, у него часто бывают гости? — нет, сам Крауч-старший нередко появлялся на официальных мероприятиях, но вот устраивал чего-то подобное…

— Винки обслуживает все собрания старшего хозяина, — она прямо-таки лучилась довольством, — но могла бы прислуживать, даже если бы они проводились чаще!

— И что, Винки, — в мозгу словно закрутилось множество шестерёнок, вспомнилось письмо Беллы и список личностей, которых требовалось устранить, — неужто хозяин так часто проводит собрания? Подозреваю, ближайшее у него всё равно будет значительно позже начала нового года.

— Хозяин, — важно отметила Винки, — планирует провести собрание ещё перед Рождеством.

— Да, действительно Винки права, — сказал Барти. — Давай я тогда тоже дам тебе работы: приберись здесь, и можешь быть свободна, — Барти вышел из комнаты. Его тело колотила дрожь.

Теоретически, такого рода собрания должны быть защищены не только надёжными чарами, но и противоаппарационным барьером, должна была быть охрана, наверняка они подстраховались и у каждого участника встречи есть при себе безоар, а возможно и портключи… Но зная Барти Крауча-старшего, можно было смело утверждать, что на домовых эльфов он внимания обращать не будет, а ведь была, была возможность действовать через них. Оставалось только придумать как. Нужен был какой-то быстродействующий яд, от которого не сможет защитить безоар, или ещё что-то такое же неотвратимое. Могла бы помочь маггловская бомба, но она просто не взорвётся в волшебном доме.

Внезапно снизошло едва ли не озарение — осталось только схватить бумагу и чернила с пером и записать все необходимые свойства яда, после чего пергамент был послан Беллатрикс с пояснением, что это нужно для дела. Наверняка она захочет узнать, что именно задумано, но доверять весь ещё не до конца сформированный план пергаменту Барти не стал. Лучше было рассказать его лично.