— Свет, я замерзла, и кушать хочется… — подергала за рукав свою подругу низенькая светловолосая девушка.
253 мин, 0 сек 3623
— Да как ты смеешь, кто ты такой, что бы так со мной говорить? — подскочила Света, закричав это почти в лицо спокойному парню.
— Я был изгнанником девяти миров не для того, что бы выслушивать речи людей. Я родом из Етунхейма и видел то, о чем ваши люди веками писали древние сказания. И моя дочь стоит главою над мертвыми. А теперь позвольте мне как гостю отклонятся, эта нелепая погоня немного утомила мои силы… — и, вызвав тучу наигранно густого дыма, сын Лаувеи и Фарбаути растворился в воздухе, а в гостиной снова заиграла подборка любимой музыки девушек.
Мысли в Светиной голове рвали и метали, и она поняла, что ни минуты в этом доме она больше, на данный момент, не протянет. Девушка выбежала из замка как можно скорее, яростно захлопнув за собою дверь. Он… он… Он невозможен! Рыжая наглая морда! Под ее ноги попали камушки, которые она пинала, роняя проклятия. Ну конечно, они не могли просто переночевать пару ночей в доме, и естественно спасти обычного человека им не дано, обязательно нужно во что-то вляпаться.
— В неумелых убийствах?! Ха! Мы это еще посмотрим! — выкрикнула она в окно дома, где зажегся свет, затем побежала на восток.
Как только деревья скрыли ее, она разделась, повесив свои вещи на верхнюю ветку дерева. На этот раз она перевоплотилась легче и быстрее, злостно сверкнув горящими глазами, она побежала дальше, останавливаясь только для того чтоб пронзить тишину своим жутким воем. Впервые она решила охотиться без подруги, ей просто нужно проветрить голову… Волчья туша двигалась быстро и бесшумно, как призрак ночи… В голове до сих пор витали обрывки фраз Лодура:
«Маленькая девочка… молодой упырь… спасли»…
Волчица мотнула головой и снова завыла, защемив комом горлянку, из-за чего вой становился жалобным и плаксивым. Мощные лапы стиснули первый снег, выдохи вырывались клубом пара, вздымаясь выше в воздух. Шерсть на загривке поднялась вверх, когда охотница нашла жертву. Заброшенное кладбище не сулило оборотню нечего хорошего, с точки зрения еды, но не в этот вечер. На старинных каменных плитках сидели три юнца, пили пиво и о чем-то говорили. Один из них просто смотрел вдаль, так словно этот мир нечто, и все это игра. Жизнь и есть игра, с масками и сложными пьесами.
Охотница взобралась на дерево, метнув хвостом по снегу, устремила свой взор на добычу. Они не подозревали об ее присутствие. Она… волчица быстро набросилась на первого парня, придавив его к земле, и укусив за шею, повреждая голосовые связки, то же самое она сделала и с его другом. Третий парень, который приглянулся ей, встал с глыбы и посмотрел ей в глаза. Девушка внутри волчицы замерла на месте, очарованная его взглядом. Они смотрели на нее без страха, и ждали, когда монстр сделает хоть один шаг. И она его сделала, хорошенько царапнув его за шею, но парень увернулся, от ее когтей остался маленький след. И он убежал, скрылся за поворотом, а она не стала его преследовать, он потом сам придет.
Разделавшись с первым парнем, волчица принюхалась ко второму, он не умирал, и крови больше не терял, так как волчицы даже не задела артерии своими огромными клыками. Объедки она закопала, подумав, что на собачку больше похожа, чем на грозного оборотня. Какой-то шум на мгновение привлек ее внимание, ненадолго. Огромное мохнатое тело, схватило подмышку парня, и побежала домой, чем скорее, тем лучше. Ее сестра нуждается в еде, следом она почти не оставляла за собой.
Вскоре перед ней вырос дом, в окнах уже не горел свет, значит этот нахал спит. Она ухмыльнулась про себя, подходя к дереву, где оставила вещи, однако их там не оказалось, а мужские следы уходили куда-то за дом… Из горла вырвался полный гнева рык. И что теперь делать?! Она не может выйти на поляну в таком виде. Скрипнув зубами, она приняла молниеносное решение и скинула с себя груз, возвращая себе тело человеческой девушки.
— Гад ты этакий! — фыркнула она, и потащила еду к сестре.
Девушка, дрожа от холода, полностью голая, прокралась в дом, молясь чтоб ее не увидел, этот рыжеволосый засранец. На ее кожу лился свет луны, сегодня как никогда холодный. Она сейчас не очень хорошего мнения о госте, но и говорить его вслух не будет, мало ли? Увы, до вещей не добраться сейчас, а расхаживать в чем мать родила, не собиралась. Света кинула полуживого парня и взяла плед с дивана, в который удачно завернулась и сразу почувствовала себя уверенней.
— А ты милая… — он вышел из темноты, с ее вещами на руках. — Удачно поохотилась?
— Как никогда, — холодно ответила девушка, сверкнув глазами на него.
— Ну что же Лугару? — он весело посмотрел на нее. — Охотница с тебя никакая.
— Слушай, отдай мне мои вещи…
— Тебе и без них хорошо, — пожав плечами, он продолжил. — К тому же волки…
— Гад!
— Неумелые убийства и есть! — ехидно тряхнув рыжей гривой, сын Етунхейма опять, словно игнорируя ее слова, испарился из воздуха, оставив девушке только трусы и длинную футболку.
— Я был изгнанником девяти миров не для того, что бы выслушивать речи людей. Я родом из Етунхейма и видел то, о чем ваши люди веками писали древние сказания. И моя дочь стоит главою над мертвыми. А теперь позвольте мне как гостю отклонятся, эта нелепая погоня немного утомила мои силы… — и, вызвав тучу наигранно густого дыма, сын Лаувеи и Фарбаути растворился в воздухе, а в гостиной снова заиграла подборка любимой музыки девушек.
Мысли в Светиной голове рвали и метали, и она поняла, что ни минуты в этом доме она больше, на данный момент, не протянет. Девушка выбежала из замка как можно скорее, яростно захлопнув за собою дверь. Он… он… Он невозможен! Рыжая наглая морда! Под ее ноги попали камушки, которые она пинала, роняя проклятия. Ну конечно, они не могли просто переночевать пару ночей в доме, и естественно спасти обычного человека им не дано, обязательно нужно во что-то вляпаться.
— В неумелых убийствах?! Ха! Мы это еще посмотрим! — выкрикнула она в окно дома, где зажегся свет, затем побежала на восток.
Как только деревья скрыли ее, она разделась, повесив свои вещи на верхнюю ветку дерева. На этот раз она перевоплотилась легче и быстрее, злостно сверкнув горящими глазами, она побежала дальше, останавливаясь только для того чтоб пронзить тишину своим жутким воем. Впервые она решила охотиться без подруги, ей просто нужно проветрить голову… Волчья туша двигалась быстро и бесшумно, как призрак ночи… В голове до сих пор витали обрывки фраз Лодура:
«Маленькая девочка… молодой упырь… спасли»…
Волчица мотнула головой и снова завыла, защемив комом горлянку, из-за чего вой становился жалобным и плаксивым. Мощные лапы стиснули первый снег, выдохи вырывались клубом пара, вздымаясь выше в воздух. Шерсть на загривке поднялась вверх, когда охотница нашла жертву. Заброшенное кладбище не сулило оборотню нечего хорошего, с точки зрения еды, но не в этот вечер. На старинных каменных плитках сидели три юнца, пили пиво и о чем-то говорили. Один из них просто смотрел вдаль, так словно этот мир нечто, и все это игра. Жизнь и есть игра, с масками и сложными пьесами.
Охотница взобралась на дерево, метнув хвостом по снегу, устремила свой взор на добычу. Они не подозревали об ее присутствие. Она… волчица быстро набросилась на первого парня, придавив его к земле, и укусив за шею, повреждая голосовые связки, то же самое она сделала и с его другом. Третий парень, который приглянулся ей, встал с глыбы и посмотрел ей в глаза. Девушка внутри волчицы замерла на месте, очарованная его взглядом. Они смотрели на нее без страха, и ждали, когда монстр сделает хоть один шаг. И она его сделала, хорошенько царапнув его за шею, но парень увернулся, от ее когтей остался маленький след. И он убежал, скрылся за поворотом, а она не стала его преследовать, он потом сам придет.
Разделавшись с первым парнем, волчица принюхалась ко второму, он не умирал, и крови больше не терял, так как волчицы даже не задела артерии своими огромными клыками. Объедки она закопала, подумав, что на собачку больше похожа, чем на грозного оборотня. Какой-то шум на мгновение привлек ее внимание, ненадолго. Огромное мохнатое тело, схватило подмышку парня, и побежала домой, чем скорее, тем лучше. Ее сестра нуждается в еде, следом она почти не оставляла за собой.
Вскоре перед ней вырос дом, в окнах уже не горел свет, значит этот нахал спит. Она ухмыльнулась про себя, подходя к дереву, где оставила вещи, однако их там не оказалось, а мужские следы уходили куда-то за дом… Из горла вырвался полный гнева рык. И что теперь делать?! Она не может выйти на поляну в таком виде. Скрипнув зубами, она приняла молниеносное решение и скинула с себя груз, возвращая себе тело человеческой девушки.
— Гад ты этакий! — фыркнула она, и потащила еду к сестре.
Девушка, дрожа от холода, полностью голая, прокралась в дом, молясь чтоб ее не увидел, этот рыжеволосый засранец. На ее кожу лился свет луны, сегодня как никогда холодный. Она сейчас не очень хорошего мнения о госте, но и говорить его вслух не будет, мало ли? Увы, до вещей не добраться сейчас, а расхаживать в чем мать родила, не собиралась. Света кинула полуживого парня и взяла плед с дивана, в который удачно завернулась и сразу почувствовала себя уверенней.
— А ты милая… — он вышел из темноты, с ее вещами на руках. — Удачно поохотилась?
— Как никогда, — холодно ответила девушка, сверкнув глазами на него.
— Ну что же Лугару? — он весело посмотрел на нее. — Охотница с тебя никакая.
— Слушай, отдай мне мои вещи…
— Тебе и без них хорошо, — пожав плечами, он продолжил. — К тому же волки…
— Гад!
— Неумелые убийства и есть! — ехидно тряхнув рыжей гривой, сын Етунхейма опять, словно игнорируя ее слова, испарился из воздуха, оставив девушке только трусы и длинную футболку.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 24 из 70
