Каждое лето я, как и многие, проводила в деревне у бабушки. Мы, ребятня, устав от дневных забав, не спешили вечером разбредаться по домам. Сумерки — время рассказывать истории, лазать по заброшенным домам и на кладбище бегать. Была у нас любимая игра «Правда или действие» — кто правду выбирает, тот свои секреты выдает, а кто действие, тот задание выполняет. Откажешься играть — высмеют.
Решила я свою бабушку допросить. Она, хоть и рассердилась на меня, мол, нос не дорос про такие дела знать, но кое-что рассказала. Выросла Настасья вместе с братом на той самой заимке, где ее отец промышлял охотой и рыбалкой. Был у семьи дом и в самой деревне. Когда мать Настасьи умерла, отец вместе с детишками подался в леса. Там в глуши превратилась нелюдимая девчушка в красавицу: стройная, смуглая, темноглазая, не чета местным дородным девкам. Когда пришло время устраивать судьбу детей, отец вернулся в деревню и обосновался в том доме, где когда-то с женой жил.
На брата Настасьи положила глаз Лизавета, девка боевая, но склочная. Вскоре сыграли свадьбу, невестка стала в доме полноправной хозяйкой. С бойкой Лизаветой, всем заправлявшей в доме, ей, скромной и тихой, несладко жилось. В деревню приехал один парень в местном колхозе работать. Он посватался к Настасье. Молодые справили дом неподалеку, родились у них дети: сын и дочка. А вот Лизавета оказалась бесплодной. Вскоре у нее умер свекр, отец Настасьи, а затем и муж. В пустом доме стало ей невмоготу находиться, часто гостила она у сестры покойного мужа.
Настасья даже спустя годы держалась с Лизаветой особняком. Из лесных трав Настасья делала лечебные настойки. Бывало, уйдет в лес на целый день, а возвращается с корзинкой, полной сабельника и подколодной травы. Местные быстро прознали, что Настасья — травница… Обрушилось как-то на деревню большое несчастье. В жаркую пору загорелись торфяники, пожар перекинулся на дома у кромки леса. Во время тушения пожара погиб муж Настасьи. Тяжелый был год, колхоз понес большие потери. По деревне поползли слухи, что незадолго до пожара кто-то видел в лесу Настасью, собирающую травы. Люди стали шептаться, якобы хотела она опостылевшего мужа извести и на всех огонь наслала. По ночам камни в ее окна кидали, никто с ней не здоровался. От горя и непонимания она замкнулась в себе. Говорили, что Настасья умом тронулась.
Вышло так, что Лиза стала опекать племянников, все больше отстраняя Настасью от собственных детей. А когда те подросли, то увезла их в город, чтобы они там учились. Настасья после разлуки с детьми совсем обмякла. Ходила по деревне, словно неприкаянная, и бубнила что-то себе под нос. Подростки над ней потешались. Один малец как-то подошел к ней и сильно толкнул. Она подняла на него свои глаза и сказала: «Отсохни, злая рука». Пацан тот через пару дней руку сломал. После того случая Настасья перебралась жить на заимку, которую стали называть Ведьмина.
Туда-то мне и предстояло брести ночью… Бабушке я сказала, что останусь ночевать у подружки, а сама, выйдя за ограду, повернула в сторону леса. Сумерки сгущались, кровь в жилах — тоже. Показалась Ведьмина заимка. В доме горел свет, я подкралась ближе и заглянула в окошко. В комнате — никого. Вдруг моей кожи коснулось что-то холодное и липкое. Оглянувшись, я увидела, как белый дым устилает землю. Все так, как в байках про мертвецкие души. Должно быть, узнала Настасья про мой визит и теперь мне западню готовит! От страха я потеряла сознание… Придя в себя поняла, что лежу в доме. В углу баба Настасья перебирала травы. «Ну вот и очнулась внученька», — сказала она. Я затараторила что-то про травы, она жестом велела мне утихнуть. Поднесла чашку с каким-то настоем. Бабка сказала, что истек срок ей бедовать. Через меня добрые силы ей знак посылают. Коли детская душа забрела на заимку, значит, морок скоро отступит и кровиночка к ней вернется.