Решив публично унизить Мушфики за многолетние злые шутки, эмир созвал своих придворных, рассадил их в зале дворца, а Мушфики велел сесть на самое почетное место.
0 мин, 34 сек 14087
Слуга положил перед каждым свертки с дарственною одеждой. Сверток, положенный перед Мушфики, был больше других, и обертка его расшита золотом. Как и все, Мушфики развернул свой сверток, но в нем оказался не шелковый халат, как у других, а ослиный подседельник.
Придворные расхохотались. Но Мушфики не изменился в лице, стал радостно благодарить аллаха и восхвалять щедрость эмира.
Один из присутствующих крикнул ему:
— Несчастный, чему ты радуешься? От такого унижения ты должен плакать!
— Ошибаетесь! — ответил поэт.
— В народе ходила молва, что эмир на меня в обиде, но сейчас всем ясно, что эта молва неверна. Напротив, его высочество ко мне особенно благосклонен. Что получили все вы? Обычные подарки! А мне господин эмир пожаловал собственную вельможную одежду!
Придворные расхохотались. Но Мушфики не изменился в лице, стал радостно благодарить аллаха и восхвалять щедрость эмира.
Один из присутствующих крикнул ему:
— Несчастный, чему ты радуешься? От такого унижения ты должен плакать!
— Ошибаетесь! — ответил поэт.
— В народе ходила молва, что эмир на меня в обиде, но сейчас всем ясно, что эта молва неверна. Напротив, его высочество ко мне особенно благосклонен. Что получили все вы? Обычные подарки! А мне господин эмир пожаловал собственную вельможную одежду!
