О Венеции мы с женой мечтали давно. Наконец мы попали в этот волшебный город, где вместо улиц каналы, а вместо автобусов гондолы. Днём обедали в кафешках, блуждали по узким переулочкам, любовались великолепием архитектуры, подолгу останавливаясь у городских соборов. Наш отдых немного омрачался слухами о зверских убийствах. Полиция призывала к бдительности, предупреждая о загадочном маньяке — убийце, которого давно искали, но безуспешно. Нам не хотелось уезжать, мы надеялись на русский авось.
1 мин, 45 сек 10809
Однажды в одном из переулков нас едва не парализовал вопль ужаса. Мы только что собирались перейти на другую сторону канала, когда услышали этот крик. Что это? — прошептала жена. Какой нибудь пьяный — предположил я. Но это не был крик пьяного, скорее сдавленный крик человека, которого схватили за горло и душат. Я иду назад, здесь просто жутко, — сказала жена и торопливо пошла по извилистому переулку.
И тут мой взгляд упал на маленькую фигурку, которая выбежала из подъезда дома. Казалось — это была девочка лет шести, семи, в коротком пальтеце с капюшоном, что придавало ей сходство с гномом. На канале стояли лодки, привязанные верёвками одна за другой. С удивительным проворством, будто от кого-то спасаясь, девочка из первой перепрыгнула во вторую, затем в третью. Когда при очередном прыжке кроха поскользнулась и чуть не упала в воду, у меня перехватило дыхание, но она удержалась и, спрыгнув на берег, скрылась в переулке. Помню, я подумал что маньяк — убийца не щадит даже детей.
Через несколько дней мы всё— таки собрались уехать. До самолёта оставалось несколько часов, и я решил в последний раз прогуляться недалеко от гостиницы. Я шёл по маленькой улочке вдоль канала, когда из очередного переулка выбежала знакомая уже мне девочка. Она бежала так, словно от этого зависела её жизнь. Её преследовал мужчина. Кроха скрылась в подъезде, мужчина пробежал мимо. Мне нужно было уже возвращаться, но я не мог оставить беззащитного ребёнка, мужчина мог вернуться в любую минуту, и я вошёл в подъезд. Она сидела на корточках у стены, лицо её было по-прежнему скрыто капюшоном.
Не бойся, я не дам тебя в обиду, — воскликнул я на плохом итальянском языке. Девочка поднялась, островерхий капюшон упал с головы. Я смотрел на неё и не верил своим глазам, затем удивление сменилось страхом и ужасом. Это был вовсе не ребёнок, а маленькая женщина — карлица с огромной почти квадратной головой взрослого человека, с седыми космами волос до плеч. Она загадочно и ехидно улыбалась.
Существо пошарило в рукаве, вытащило нож и с ужасающей силой пронзило моё горло. Падая и затекая кровью, я услышал топот на площадке и лай собак. Последнее, о чём я успел подумать, — мы с женой уже не успеем на самолёт.
И тут мой взгляд упал на маленькую фигурку, которая выбежала из подъезда дома. Казалось — это была девочка лет шести, семи, в коротком пальтеце с капюшоном, что придавало ей сходство с гномом. На канале стояли лодки, привязанные верёвками одна за другой. С удивительным проворством, будто от кого-то спасаясь, девочка из первой перепрыгнула во вторую, затем в третью. Когда при очередном прыжке кроха поскользнулась и чуть не упала в воду, у меня перехватило дыхание, но она удержалась и, спрыгнув на берег, скрылась в переулке. Помню, я подумал что маньяк — убийца не щадит даже детей.
Через несколько дней мы всё— таки собрались уехать. До самолёта оставалось несколько часов, и я решил в последний раз прогуляться недалеко от гостиницы. Я шёл по маленькой улочке вдоль канала, когда из очередного переулка выбежала знакомая уже мне девочка. Она бежала так, словно от этого зависела её жизнь. Её преследовал мужчина. Кроха скрылась в подъезде, мужчина пробежал мимо. Мне нужно было уже возвращаться, но я не мог оставить беззащитного ребёнка, мужчина мог вернуться в любую минуту, и я вошёл в подъезд. Она сидела на корточках у стены, лицо её было по-прежнему скрыто капюшоном.
Не бойся, я не дам тебя в обиду, — воскликнул я на плохом итальянском языке. Девочка поднялась, островерхий капюшон упал с головы. Я смотрел на неё и не верил своим глазам, затем удивление сменилось страхом и ужасом. Это был вовсе не ребёнок, а маленькая женщина — карлица с огромной почти квадратной головой взрослого человека, с седыми космами волос до плеч. Она загадочно и ехидно улыбалась.
Существо пошарило в рукаве, вытащило нож и с ужасающей силой пронзило моё горло. Падая и затекая кровью, я услышал топот на площадке и лай собак. Последнее, о чём я успел подумать, — мы с женой уже не успеем на самолёт.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
