Весы Таэраны

Попал он не абы чем, а лезвием, да еще и по голове. Вот только ужасное существо не просто устояло, не просто пережило эту атаку — оно ее едва заметило. Только что оглянулось, повернув голову в сторону ударившего стражника. И тот сразу понял две важные для себя истины. Во-первых, против некоторых тварей оружие бессильно, и одна из них как раз находится от него на расстоянии удара алебардой. Ну а во-вторых, если он и дальше будет зевать и хлопать ушами, его ждет участь распростертого на земле напарника.

Стражник понял — и швырнув напоследок алебарду в Тварь-Без-Лица, бросился в ворота.

— Помогите! — орал он, несясь по улице с такой прытью, будто за ним гналась стая хтоников. Хотя что такое хтоники? Хтоников хотя бы убить можно.

Но никто ему не помог… и ничто, включая его бегство.

Не бегом, но, скорее, скользнув следом, Тварь-Без-Лица мгновенно преодолела разделявшее их расстояние. Последним, что почувствовал беглый стражник, была боль от вонзившихся в спину когтей.

О Даррене Тварь-Без-Лица успела спросить не меньше, чем у десяти прохожих — оставив после себя не менее десятка прирезанных и выпотрошенных трупов. И лишь один из горожан на ее вопрос ответил следующее: «Знаю я одного Даррена… большая шишка, судя по всему. Во-о-он там живет… на той улице. Такой домина большой, а вокруг ограда каменная. Не перепутаешь. Еще шпана всякая к нему частит, я заметил»…

К этому словоохотливому рхавану тварь проявила непривычное для себя милосердие. Поговорив с ней, горожанин ушел живым.

И в то же самое время дракон Фулгоран, уже уставший кружить над теплыми… неприятно-теплыми на его взгляд землями Мирха, почувствовал наконец Отмеченную Хаосом. Не слухом ощутил и не увидел глазами. Просто почуял незаметный другим зов. Так лесные звери чувствуют приближение лесного пожара, а корабельные крысы — скорое крушение их плавучего дома.

Зов Отмеченной Хаосом словно протянулся к Фулгорану невидимой нитью. И вела эта нить в направлении человеческого города под названием Фрейгольд.

А в южных землях к западу от Трома два войска сходились для решающей битвы. Под грохот барабанов шагали полчища орков, казавшиеся бесчисленными. Зеленокожие потрясали палицами и боевыми топорами, порыкивая в предвкушении.

Им навстречу двигалась другая рать — не столь несметная, но тоже многочисленная. Впереди шествовала конница Белых Рыцарей, уже выстроенная в клинья. А следом семенила толпа пеших ополченцев: вчерашние землепашцы и пастухи под командованием тех, кто пережил предыдущую битву. Пострадавших, но не сломленных.

Протяжные звуки горна разнеслись над войском Белого Ордена, призывая готовиться к бою.

Найти дом, указанный словоохотливым прохожим, Твари-Без-Лица, она же Отмеченная Хаосом, труда не составило. Не была для нее препятствием и ограда, окружавшая особняк. Подпрыгнув и перекувырнувшись в воздухе, тварь перемахнула каменную стену, казавшуюся почти неприступной, и приземлилась на утрамбованную почву двора. Несколько новичков, лениво, без энтузиазма размахивавших деревянными мечами, обмениваясь ударами, немедленно забыли про свое занятие, отвлекшись на незваную гостью.

— У-у-у… вот ни фига себе! — воскликнул один из них, — это как это ты так?

— Где Даррен? — выкрикнула тварь, не удостоив его ответом, — я пришла к Даррену.

— К Магистру что ли? — хмыкнул другой новичок, одновременно толстый, но кряжистый, медлительный, но стойкий как стена, — так он слишком важный, чтоб такую голодранку принимать.

— И зря ты без спросу заскочила. Как воровка, — вторил третий из тренировавшихся новичков — дылда, не в меру гордящийся своей проклевывающейся бородой, — мы теперь тебя за это можем…

— Мне нужен Даррен! — заверещала тварь голосом, недоступным человеческому горлу и нестерпимым для ушей человека. После чего три раза смачно хлопнула в ладоши.

Новички как один присели, обхватывая руками головы и зажимая уши. Дом содрогнулся, с крыши упало несколько кусков черепицы.

Два войска остановились одно напротив другого. И ни та, ни другая сторона не решалась атаковать первой. Несметность зеленокожих полчищ внушала если не страх, то что-то вроде почтения. Их противникам было ясно, что над врагом, столь многочисленным, даже победа не может быть легкой. Было чему опасаться и оркам. Тех же конных клиньев, легко прорезавших любой пеший строй, словно острие ножа — беззащитную кожу.

Обе рати замерли в ожидании команды атаковать. Но неожиданно грохот орочьих барабанов стих. Затем нестройные ряды орков расступились… пропуская особенно крупного орка — сущего великана. То был король зеленокожих Дибладрон.

В этот раз король двигался сам, пускай и с трудом, опираясь на древко любимой секиры как на трость. Другой рукой Дибладрон сжимал меч… в котором едва ли многие из пришедших на битву могли опознать Меч Льда.