Виварий

Трелла, милая Трелла! Сон, как пушистая кошка, спрыгнул с плеч Ору, и тот почти вприпрыжку побежал к белокурой девушке. Он чмокнул ее в белую прохладную щечку, она что-то шепнула на языке, ясном только им двоим, и два стройных силуэта зашагали во тьму, держась за руки.

Они прошли мимо столба, на котором белела полусодранная бумажка: «Трансцендентальная сакрализация. Используй инфернальную йогу, чтобы найти лучшее место на свалке этого мира!» Телефон, адрес. Это была одна из сект, расплодившихся в Мегаполисе за последние годы. Этим объявлениям мало кто уделял внимание. Но секты все же существовали — и среди них попадались довольно многолюдные. Как-никак, а эти бредовые верования неплохо вписывались в картину жизни Мегаполиса. Просто сама жизнь здесь была полубредовой.

Зонд же в это время ускорял ротацию, подстраиваясь под изменяющиеся токи пространства. Наделенный подобием мысли, он неплохо разбирался в эфирных течениях и легко использовал их, подобно паруснику, идущему по ветру. «Вот и ортостатис… Сегодня я оказался совсем близко к его субстрату»… — понял Офион, увидев через линзу приближающуюся твердую массу, на которой выступали белые прямоугольные конструкции со светящимися окнами. Этот род миров был неприятен Офиону, и работу в них он всегда выполнял безрадостно. Данный мир к тому же был густонаселен: зонд чувствовал присутствие сотен ортостатических существ. Одни из них бродили где-то далеко внизу, садились в металлические самодвижущиеся экипажи, ездили на них по выровненному субстрату. Другие существа были неподвижны — они погружали в субстрат свои длинные корни и стояли, всасывая газы зелеными отростками. Образ жизни его обитателей был странен, непонятен и нелеп. Мир был совершенно чужд Офиону и не вызывал у него ничего, кроме отвращения. И дались же они Метазоэ с его схизургией, эти ортомиры и ортосущества!

Достаточно приблизившись к субстрату, зонд начал выполнять свое задание — подготовку к эксперименту. Рывок — и вот Офион молнией носится над ортостатическим миром, и его тело — золотое облако — едва поспевает за искрящей линзой, несущейся сквозь пространство. Теперь Офион уже не был похож на прежнее облачко, теперь он был стремительной тонкой змеей, сотканной из света, с горящей линзой вместо головы.

Ору и Трелла шли сквозь тьму по пустынной Ааннской улице. Большой незастроенный пустырь, поросший сорняками, простирался по левое плечо от них, и уходил в темную бесконечность. Где-то неизмеримо далеко, под самым горизонтом, светились едва видные окна домов Зиллинового района. «Как же дотуда далеко!» — подумал Ору:«А ведь сегодня мы ездили аж туда на пропедевтику внутренних болезней. И какой болван додумался сделать учебную кафедру на этих чертовых куличках?»

Кругом не было никого. Нормальные люди сейчас сидят дома, ужинают, смотрят телевизор, и только несчастные студенты возвращаются домой в предутренние часы. До дома Треллы было еще далеко, и Ору молился о том, чтобы успеть вернуться домой затемно — у него не было с собой никакой защиты от солнца: ни очков, ни геля, ни бурнуса. О, прогуливаться утром или днем очень страшно: солнце слепит глаза, жарит бледную кожу вплоть до ожогов, вдобавок по городу ходили жуткие слухи о дневных грабителях, одетых в белые робы, с лицами, завернутыми в ткань — только черные стекла очков зловеще блестят…

Небо было чистым и черным, и россыпи звезд сияли, как монетки на дне фонтана. Ночь темнее всего перед самым рассветом.

— Красивое сегодня небо, правда? — спросила Трелла, указывая на звезды. Ору затаил дыхание — он невольно любовался каждым ее жестом. Милая Трелла, ради тебя стоит возвращаться домой при свете солнца!

По небу пронеслась светлая черточка, и исчезла за горизонтом.

— Звезда упала — значит, чья-то жизнь прервалась… — грустно сказала девушка. Там, где только что пролетела падающая звезда, по небу расплылось этакое желтоватое сияние, будто метеор рассек черную плоть небосвода, и светящаяся кровь пролилась из раны. Пара залюбовалась этим странным зрелищем, но тут «падающая звезда» неожиданно вернулась из-за горизонта, и нанесла на небо еще один«разрез».

Ору поперхнулся. Трелла, разинув рот, смотрела на ночное чудо. Это было так красиво — и жутковато в то же время! Наверное, тот разрез рассекал само пространство, а свет был светом иных вселенных…

А в это время в квартире с выключенным светом, за круглым столом сидели, взявшись за руки, пять человек из общины «Трансцендентальной сакрализации». В центре кольца, образованного ими, подрагивал нежный огонек свечи.

— Дух, назови свое имя! — хором произнесли пять замогильных голосов. Трудно сказать, удалось ли им кого-нибудь вызвать, но дело было не в том — просто совершая свои мистические действия, сектанты оперировали в ином мире, на другом диапазоне существования, сами о том не подозревая.