Итак, что есть Дракула? Начнем с того, что с точки зрения грамматики и фонетики румынского языка имя графа правильно читается как Влад Дракoля Цепеш. Дракула — означает «пассивный гомосексуалист», и одним из наиболее грубых ругательств в Румынии до сих пор является «Дуте'н драку», что соответствует совету заняться противоестественным соитием. Источником подобного варианта транскрипции могла явиться крайняя «любовь» к Владу со стороны венгерских хронистов, о причине которой мы еще расскажем.
16 мин, 28 сек 8008
Это касается самого имени, точнее прозвища Влада III — Дракула. Федор Курицын, предполагаемый автор «Сказания о Дракуле воеводе», характеризуя Влада III, прямо говорит, что «именем Дракула влашеским языком, а нашим — Диавол. Толико зломудръ, яко же по имени его, тако и житие его». Тут русский книжник XV века допускает ошибку, хотя и не принципиальную. По-румынски «дьявол» — это«дракул»(оставим пока вопрос с буквой«о»), а «Дракула» — «сын дьявола». Прозвище «Дракул» получил отец Влада III, однако историки традиционно объясняют, что связь с нечистой силой тут ни при чем.«Дракул» означает по-румынски не только«дьявол», но и «дракон». Отец Дракулы, еще не заняв престол, вступил при дворе Сигизмунда Люксембурга в элитарный Орден Дракона, основанный в 1387 году венгерским королем («по совместительству» — главой Священной Римской империи) для борьбы с неверными, главным образом — турками. Орден этот, его элитарный характер и герб описаны Э. Виндеке, современником и биографом Сигизмунда Люксембурга. Став господарем, Влад II по относился к рыцарским обязанностям настолько серьезно, что повелел изобразить дракона — элемент орденской символики — даже на монетах, изображение на которых считалось сакральным. Соответственно, неуемный рыцарь и заработал мрачноватое прозвище. И все-таки, излагая«эмблематическую» версию, даже её сторонники Р. Флореску и Р. Макнелли оговариваются: возможно, современники понимали прозвище господарей буквально. Смысл орденской символики государь не разъяснял всем и каждому, зато изображение дракона вызывало у многих вполне определенные ассоциации. Опять же, Орден Дракона в качестве орудия борьбы с неверными выглядит довольно странно, а если учесть, что создавался он в эпоху небывалого распространения всякого рода ересей и чернокнижничества, то возникает закономерный вопрос: не поклонялись ли рыцари дракону-дьяволу? Во всяком случае, одна из современных организаций молдавских сатанистов, печально прославившаяся в Приднестровье, называлась именно так.
Прямых свидетельств того, что Влад II считался колдуном, нет, однако, если немыслимое для христианского государя прозвище все же закрепилось (вне зависимости от причин его появления), значит, в народном сознании сложилось соответствующее представление. То же самое можно сказать и о Владе III. Чем бы ни было обусловлено прозвище господаря, оно сохранилось в фольклоре, т. е. информация, в нем заложенная, оставалась актуальной. Имя «Дракула» можно понимать и как«сын человека по прозвищу Дракул»(Халкокондил именует«Дракулой» и Цепеша, и Раду Красивого — другого сына Влада II), и как«приверженец Дьявола, следующий путями тьмы». Такого рода указания вовсе не обязательно относятся к области морали, чаще всего имеется в виду связь с не чистой силой. Не случайно замок Дракулы местные крестьяне, о романе Стокера не слыхавшие, даже в ХХ веке считали местом нечистым.
Примечательно и то, что многие «дракулические» предания повествуют о кладах, спрятанных валашским господарем, который непременно убивал ни в чем не повинных свидетелей, а подобные эпизоды характерны для легенд о колдунах и разбойниках. Клад не эквивалент банка, а ценность золотых монет и украшений опредляется не только их реальной стоимостью. Это, как указывает В. Я. Пропп,«утратившие свою магическую функцию предметы из потустороннего мира, дающие долголетие и бессмертие». В русском «Сказании о Дракуле воеводе» все прямо названо своими именами: жестокий властитель приказал мастерам изготовить специальные бочки, сложить туда золото и опустить на дно реки, после чего Дракула«мастеровъ тех посеща повеле, да никто ж увесть съделанного имъ окаанства, токмо тезоимениты ему диаволъ». Автор как бы расшифровывает миф, подчеркивая, что валашский господарь не просто тезка дьявола, но и действует словно колдун, по определению с дьяволом связанный.
В контексте «колдовства» Дракулы стоит вспомнить об уже упоминавшемся нападении молдавского господаря Стефана Великого на крепость своего кузена Влада III. При осаде Стефан был ранен стрелой, тяжело заболел и отступил. Рана не заживала сорок лет, а врачи, выписанные из Италии и Германии, по таинственным причинам ко двору господаря добраться не могли, и в результате причиной смерти Стефана стала именно валашская стрела. История, по меткому замечанию исследователей,«дракулескная», т. е. анекдотически-загадочная, колдовская.
Прямых свидетельств того, что Влад II считался колдуном, нет, однако, если немыслимое для христианского государя прозвище все же закрепилось (вне зависимости от причин его появления), значит, в народном сознании сложилось соответствующее представление. То же самое можно сказать и о Владе III. Чем бы ни было обусловлено прозвище господаря, оно сохранилось в фольклоре, т. е. информация, в нем заложенная, оставалась актуальной. Имя «Дракула» можно понимать и как«сын человека по прозвищу Дракул»(Халкокондил именует«Дракулой» и Цепеша, и Раду Красивого — другого сына Влада II), и как«приверженец Дьявола, следующий путями тьмы». Такого рода указания вовсе не обязательно относятся к области морали, чаще всего имеется в виду связь с не чистой силой. Не случайно замок Дракулы местные крестьяне, о романе Стокера не слыхавшие, даже в ХХ веке считали местом нечистым.
Примечательно и то, что многие «дракулические» предания повествуют о кладах, спрятанных валашским господарем, который непременно убивал ни в чем не повинных свидетелей, а подобные эпизоды характерны для легенд о колдунах и разбойниках. Клад не эквивалент банка, а ценность золотых монет и украшений опредляется не только их реальной стоимостью. Это, как указывает В. Я. Пропп,«утратившие свою магическую функцию предметы из потустороннего мира, дающие долголетие и бессмертие». В русском «Сказании о Дракуле воеводе» все прямо названо своими именами: жестокий властитель приказал мастерам изготовить специальные бочки, сложить туда золото и опустить на дно реки, после чего Дракула«мастеровъ тех посеща повеле, да никто ж увесть съделанного имъ окаанства, токмо тезоимениты ему диаволъ». Автор как бы расшифровывает миф, подчеркивая, что валашский господарь не просто тезка дьявола, но и действует словно колдун, по определению с дьяволом связанный.
В контексте «колдовства» Дракулы стоит вспомнить об уже упоминавшемся нападении молдавского господаря Стефана Великого на крепость своего кузена Влада III. При осаде Стефан был ранен стрелой, тяжело заболел и отступил. Рана не заживала сорок лет, а врачи, выписанные из Италии и Германии, по таинственным причинам ко двору господаря добраться не могли, и в результате причиной смерти Стефана стала именно валашская стрела. История, по меткому замечанию исследователей,«дракулескная», т. е. анекдотически-загадочная, колдовская.
Страница 4 из 6
