Во тьме

— Ага. Скажем так, по пятибалльной шкале — добротная троечка.

— О, какой большой процент. Мисс Райдер, вы определённо мне льстите.

— Отнюдь.

— Ну, рад стараться, — Сандерс поднялся с кровати и принялся искать свои вещи, разбросанные по всему номеру.

— Ладно, — Элизабет отложила косметичку и встала в полный рост перед ним. — Всё хорошо, что хорошо кончается. Теперь нам пора в путь.

— Ты куда-то спешишь?

— Нет, но и торчать в этом мотеле больше не хочу. Так что давай — поехали, — она принялась одеваться.

— Только до Гринсборо, помнишь?

— Разумеется, помню. Потом пересяду на автобус.

— Нет, — сказал он, щёлкнув пальцами. — У меня есть идея получше.

— Меня зовут Рэй Дженсон.

Элизабет с сомнением посмотрела на испачканную в машинном масле ладонь механика. Перехватив её взгляд, он виновато улыбнулся и, убрав руку, спросил уже у Сандерса:

— Так что привело тебя ко мне в такую рань, Марк?

— Есть одно дельце.

— Это касается твоей новой знакомой?

— Верно. Как ты догадался?

— Вряд ли она сама изъявила желание посетить сие место.

— Да, ты прав, — кивнул Сандерс, а потом указал на стоящий рядом с ними в помещении автомастерской большой автомобиль, накрытый чехлом. — А что это у тебя тут?

— О, это моя новая покупка, — широко осклабился Рэй. — «Плимут Фьюри Спорт Купе» 1958 года выпуска.

— Ты купил ещё один автомобиль?

— Точно! Почти все деньги ушли, но эта детка того стоит.

Дженсон с благоговением сдёрнул чехол. Марк тоже не без восхищения взглянул на приобретение, хотя, по мнению Элизабет, «детка» выглядела так, словно её подобрали на свалке.

— Настоящая классика, — любовно огладив пыльное помятое переднее крыло, сказал Рэй.

— Согласен, — снова кивнул Сандерс, — однако… ты же хотел восстановить «Эльдорадо» 76-го…

— Я помню. И всё равно не смог устоять. Всегда мечтал прокатиться именно на этой красавице.

— Ладно, твои ведь деньги. И каково?

— Непередаваемо. Хотя она, как ты сам видишь, изрядно потрёпана, я сумел выжать из неё восемьдесят миль! По крайней мере, по спидометру — он, кстати, оцифрован до 150-ти! Она и дальше набирала, но я решил не рисковать — предыдущий хозяин последний раз ездил на ней, когда башни Всемирного Торгового Центра стояли целыми и невредимыми, так что бедняжка проторчала чёрт знает сколько времени в сарае за домом. Для «реанимации» мне пришлось купить новую резину, залить бензин, прочие эксплуатационные жидкости, поменять фильтры, кучу«резинок»… ух, ну и работка выдалась!

— Тем не менее, машинка действительно шикарная.

— А то!

— А ты, часом, — Марк хитро сощурился, — свою новую покупку не Кристиной назовёшь, а?

Элизабет кашлянула, заметив, что мужчины забыли о ней. Сандерс отреагировал мгновенно, сказав:

— Ах, да. Слушай, Рэй, как там поживает тот «Вольво»?

— Который мне достался почти даром после того, как его хозяин окочурился? — переспросил Дженсон.

— Да, он самый, — кивнул Марк.

— А в чём дело?

— Моя… хорошая знакомая очень спешит — если поедет на автобусе, то до Розберга доберётся не скоро, что «не есть хорошо».

— Дружище, я, конечно, не жадный человек, но ты ведь знаешь, что я не могу дать то, что, в общем, не совсем моё.

— Брось. Даже полиция уже знает, что эта машина у тебя — и ничего, не придирается, — Сандерс выжидающе посмотрел на приятеля.

Рэй нахмурился, окинул взглядом Элизабет, а потом пожал плечами:

— Хорошо, но только под твою ответственность. Я, конечно, уважаю только американские машины, но этот шведский экземплярчик тоже ничего. Не хотелось бы расставаться с ним.

— Всё будет в порядке. Максимум через пару дней он вернётся к тебе в целости и сохранности, — Марк протянул ладонь, и Дженсон хлопнул по ней.

— По рукам, — сказал он.

Через пять минут «Вольво 850» красного цвета выкатился на солнечный свет. Сандерс подошёл к окну на водительской двери с полностью опущенным стеклом и наклонился, заглядывая в салон.

— Сделаем так, — произнёс он. — Когда приедешь в Розберг, оставь машину на какой-нибудь надёжной стоянке и позвони мне. Остальное — моя забота.

— Без проблем, только дай мне свой телефон, — кивнула Элизабет.

— А адрес не хочешь? — неожиданно предложил он.

— Зачем?

— Ну, я подумал, что…

— Марк, — покачала головой она, — ты ведь помнишь: «Никаких отношений».

— Верно. Просто…

— Я понимаю, — немного снисходительно улыбнулась она. — Теперь, познав доселе запретное, тебе хочется продолжения. Но в этом я тебе больше не помощник — найди себе какую-нибудь девушку.

Он хмыкнул:

— Это не так-то просто.

— Ты не осознаёшь своего потенциала. Уж поверь мне — ты далеко не самый последний мужчина, с которым стоит иметь дело, — сказала она, потом пожала плечами и добавила: — По крайней мере, в постели.

— Ну, не знаю… — он почесал в затылке. — Мне понравилось именно с тобой…

Элизабет не удержалась от улыбки:

— Какой же ты всё-таки ребёнок.

Увидев, как Сандерс помрачнел, она невозмутимо продолжила:

— Так ты дашь мне свой телефон?

— Если что — я всегда дома, — написав, помимо номера, ещё и адрес, он протянул ей листок.