Неподалёку от города Гринсборо в штате Орегон словно из ниоткуда появляется одинокий дом. Кажущийся заброшенным, он на самом деле является дверью в мир, где обитают вампирши, которые в качестве своих жертв используют исключительно женщин. Проезжавшая мимо Элизабет Райдер становится их очередной добычей, но ей удаётся спастись. За помощью она обращается к Марку Сандерсу — молодому человеку, с которым познакомилась накануне. Однако очень скоро жажда крови просыпается в ней, а к Марку как раз приезжает его сестра.
403 мин, 56 сек 20519
«Поехал проветриться. Думаю, нам обоим нужно побыть в одиночестве. Вернусь через пару часов. Если что-то срочно понадобится, вот номер моего мобильного…».
Окинув мрачным взглядом только что написанные им слова и оставшись недовольным, Сандерс вырвал листок из блокнота и положил его на видное место на том же столике. Вздохнув, он вернул на себя недавно снятые предметы одежды и вышел из квартиры.
Марк знал, куда ему направиться.
Они поймали её без особых усилий. Загнали в угол и, злорадно усмехаясь, начали приближаться. Их было двое. Жестокие лица, и без того не отличавшиеся даже намёками на красоту, вдобавок были искажены неадекватными гримасами — явное наркотическое опьянение. В пользу этого очень красноречиво говорили их глаза — пустые, тускло блестящие в неровном свете уличного фонаря. Всё равно, что искусственные.
Они приближались к совсем молоденькой девушке лет шестнадцати, в ужасе вжавшейся в стену мрачного заброшенного здания. На ней было лёгкое летнее платьице, колготки и красивые туфли на высоком каблуке, которые подвели хозяйку, пытавшуюся спастись бегством. Длинные каштановые волосы, растрепавшиеся от бега, ниспадали на обнажённые плечи. Юное тело дышало здоровьем, лучилось живительной энергией, благоухало изысканной парфюмерией и чистотой.
Такой лакомый кусочек подонки не могли упустить, и гнусное решение пришло в их головы практически одновременно спустя лишь мгновение после того, как они увидели её, спокойно бредущую между брошенными домами. Она порядком устала на дискотеке и очень хотела побыстрее попасть домой, поэтому срезала путь.
Это решение стало роковым.
Они не стали церемониться. Не до того — слишком много времени минуло с прошлого раза. Тогда это было по согласию, сейчас нет — разницы никакой. У них преимущество во всём.
Они накинулись на неё, как свора голодных собак на дичь. Она пыталась сопротивляться, за что получила несколько яростных ударов по лицу и в живот.
Больше никаких тщетных попыток спастись девушка не предпринимала.
Даже когда вся её одежда, купленная лишь несколько часов назад, превратилась в кучу бесформенных тряпок…
Даже когда они повалили её на землю…
Даже когда они по очереди орально изнасиловали её…
И даже когда с её девственностью было покончено…
Всё, что она могла себе позволить — кричать, когда ничто не препятствовало крику.
Впрочем, какой прок от воплей? Местность эта на редкость безлюдная. К тому же — что сделают как минимум восемьдесят пять процентов обычных людей (независимо от пола, положения в обществе, уровня интеллекта, даже физической силы)? Правильно — они просто уйдут подальше. Оставшиеся пятнадцать процентов не проигнорируют ситуацию, но десять из них постараются как можно скорее дозвониться до полиции. Учитывая скорость работы последней — не самое благоприятное решение. В итоге — лишь пять процентов от всего населения города (в котором, к слову, жило чуть больше ста тысяч) придут на выручку, но и тут не всё ладно. Ещё три процента не смогут совладать с двумя извергами. Что же остаётся? И каков шанс, что кто-то из этих двух процентов окажется в столь поздний час на окраине города, в заброшенном районе, где нормальным людям даже днём нечего делать? Можно с полной определённостью утверждать, что девушка была в полной власти насильников.
Вдоволь насладившись юным телом по очереди, они пошли на более изощрённые методы. Поскольку её рот был свободен, она снова начала кричать, сильнее, чем раньше. Невыносимая боль не оставляла ей другого выбора, но, естественно, мучителям было на это глубоко наплевать.
Внезапно она услышала торопливые шаги и сквозь слёзы увидела приближающегося человека. На какое-то мгновение страдания уступили место облегчению — это был Марк! Да, он самый! Слава Богу — скоро этот кошмар кончится!
— Марк, — простонала она, содрогаясь не только от рыданий.
— Пожалуйста, помоги мне!
— Привет, мужики! — радостно возвестил подошедший Сандерс, оценивающим взглядом окидывая сцену группового изнасилования.
— Где тебя носило? — протянул тот, что пользовался девушкой по прямому назначению.
— Да, где? — поддакнул тот, что «не по прямому».
— Отлить ходил, — небрежно бросил Марк.
— Что, меня не могли дождаться?
— Если б ты не ушёл на полчаса — дождались бы! А так извини — всё уже распаковано.
— Ладно, ничего. Я не в обиде. В последний раз, что ли?
— И то правда!
Они общались непринуждённо, в то же время ни на секунду не останавливаясь.
Она ничего не понимала. Как же так? Марк — с ними! Нет, этого не может быть! Только не он. НЕ МАРК!
— Хватит, пожалуйста! — простонала она.
— Я не могу больше!
— Ну, мы ещё только начали. Это всего лишь разминка.
— Умоляю, отпустите! ОТПУСТИТЕ! ОТПУСТИТЕ! — она принялась повторять это слово снова и снова, срывая голос.
— Слушай, — недовольно обратился к Сандерсу тот, что «по прямому».
— Заткни ей рот — достала уже своим писком!
— Лады, — охотно отозвался Марк и ладонью, от которой разило табаком, прервал её вопли.
— Вот блин, идиот! — рассмеялся «правильный» насильник.
Окинув мрачным взглядом только что написанные им слова и оставшись недовольным, Сандерс вырвал листок из блокнота и положил его на видное место на том же столике. Вздохнув, он вернул на себя недавно снятые предметы одежды и вышел из квартиры.
Марк знал, куда ему направиться.
Они поймали её без особых усилий. Загнали в угол и, злорадно усмехаясь, начали приближаться. Их было двое. Жестокие лица, и без того не отличавшиеся даже намёками на красоту, вдобавок были искажены неадекватными гримасами — явное наркотическое опьянение. В пользу этого очень красноречиво говорили их глаза — пустые, тускло блестящие в неровном свете уличного фонаря. Всё равно, что искусственные.
Они приближались к совсем молоденькой девушке лет шестнадцати, в ужасе вжавшейся в стену мрачного заброшенного здания. На ней было лёгкое летнее платьице, колготки и красивые туфли на высоком каблуке, которые подвели хозяйку, пытавшуюся спастись бегством. Длинные каштановые волосы, растрепавшиеся от бега, ниспадали на обнажённые плечи. Юное тело дышало здоровьем, лучилось живительной энергией, благоухало изысканной парфюмерией и чистотой.
Такой лакомый кусочек подонки не могли упустить, и гнусное решение пришло в их головы практически одновременно спустя лишь мгновение после того, как они увидели её, спокойно бредущую между брошенными домами. Она порядком устала на дискотеке и очень хотела побыстрее попасть домой, поэтому срезала путь.
Это решение стало роковым.
Они не стали церемониться. Не до того — слишком много времени минуло с прошлого раза. Тогда это было по согласию, сейчас нет — разницы никакой. У них преимущество во всём.
Они накинулись на неё, как свора голодных собак на дичь. Она пыталась сопротивляться, за что получила несколько яростных ударов по лицу и в живот.
Больше никаких тщетных попыток спастись девушка не предпринимала.
Даже когда вся её одежда, купленная лишь несколько часов назад, превратилась в кучу бесформенных тряпок…
Даже когда они повалили её на землю…
Даже когда они по очереди орально изнасиловали её…
И даже когда с её девственностью было покончено…
Всё, что она могла себе позволить — кричать, когда ничто не препятствовало крику.
Впрочем, какой прок от воплей? Местность эта на редкость безлюдная. К тому же — что сделают как минимум восемьдесят пять процентов обычных людей (независимо от пола, положения в обществе, уровня интеллекта, даже физической силы)? Правильно — они просто уйдут подальше. Оставшиеся пятнадцать процентов не проигнорируют ситуацию, но десять из них постараются как можно скорее дозвониться до полиции. Учитывая скорость работы последней — не самое благоприятное решение. В итоге — лишь пять процентов от всего населения города (в котором, к слову, жило чуть больше ста тысяч) придут на выручку, но и тут не всё ладно. Ещё три процента не смогут совладать с двумя извергами. Что же остаётся? И каков шанс, что кто-то из этих двух процентов окажется в столь поздний час на окраине города, в заброшенном районе, где нормальным людям даже днём нечего делать? Можно с полной определённостью утверждать, что девушка была в полной власти насильников.
Вдоволь насладившись юным телом по очереди, они пошли на более изощрённые методы. Поскольку её рот был свободен, она снова начала кричать, сильнее, чем раньше. Невыносимая боль не оставляла ей другого выбора, но, естественно, мучителям было на это глубоко наплевать.
Внезапно она услышала торопливые шаги и сквозь слёзы увидела приближающегося человека. На какое-то мгновение страдания уступили место облегчению — это был Марк! Да, он самый! Слава Богу — скоро этот кошмар кончится!
— Марк, — простонала она, содрогаясь не только от рыданий.
— Пожалуйста, помоги мне!
— Привет, мужики! — радостно возвестил подошедший Сандерс, оценивающим взглядом окидывая сцену группового изнасилования.
— Где тебя носило? — протянул тот, что пользовался девушкой по прямому назначению.
— Да, где? — поддакнул тот, что «не по прямому».
— Отлить ходил, — небрежно бросил Марк.
— Что, меня не могли дождаться?
— Если б ты не ушёл на полчаса — дождались бы! А так извини — всё уже распаковано.
— Ладно, ничего. Я не в обиде. В последний раз, что ли?
— И то правда!
Они общались непринуждённо, в то же время ни на секунду не останавливаясь.
Она ничего не понимала. Как же так? Марк — с ними! Нет, этого не может быть! Только не он. НЕ МАРК!
— Хватит, пожалуйста! — простонала она.
— Я не могу больше!
— Ну, мы ещё только начали. Это всего лишь разминка.
— Умоляю, отпустите! ОТПУСТИТЕ! ОТПУСТИТЕ! — она принялась повторять это слово снова и снова, срывая голос.
— Слушай, — недовольно обратился к Сандерсу тот, что «по прямому».
— Заткни ей рот — достала уже своим писком!
— Лады, — охотно отозвался Марк и ладонью, от которой разило табаком, прервал её вопли.
— Вот блин, идиот! — рассмеялся «правильный» насильник.
Страница 34 из 112
