Неподалёку от города Гринсборо в штате Орегон словно из ниоткуда появляется одинокий дом. Кажущийся заброшенным, он на самом деле является дверью в мир, где обитают вампирши, которые в качестве своих жертв используют исключительно женщин. Проезжавшая мимо Элизабет Райдер становится их очередной добычей, но ей удаётся спастись. За помощью она обращается к Марку Сандерсу — молодому человеку, с которым познакомилась накануне. Однако очень скоро жажда крови просыпается в ней, а к Марку как раз приезжает его сестра.
403 мин, 56 сек 20517
Почувствовав сопротивление, он совсем озверел. Ярость вскипела в нём за какие-то пять секунд и вовсе не собиралась остывать. Выкрикнув нечто несуразное, он заставил Элизабет слезть с дивана и отшвырнул её в сторону, будто она ничего не весила. В другое время сила, с которой он — человек, знакомый со спортом так же, как эскимос с пляжами — отбросил женщину, показалась бы ему как минимум невероятной. Сейчас же он лишь хмыкнул.
— Марк… — услышал он жалобный голос Джессики — теперь действительно ЕЁ голос. Облегчение от осознания этого факта нисколько не умерило его злость на обеих виновниц конфликта, поэтому он, не задумываясь, грубо бросил:
— Заткнись! С тобой я поговорю позже, идиотка чёртова!
После чего схватил не успевшую встать с пола Элизабет и выволок её в коридор. Хлопнув дверью так, что задрожали стёкла в окнах, Сандерс закрыл гостиную (был бы там замок, воспользовался бы им, не раздумывая) и потянул по-прежнему не сопротивляющуюся женщину в спальню. Когда они оказались в нужном помещении, он снова нешуточно бросил её, теперь на кровать, причём она здорово ударилась рукой о спинку.
— Какого дьявола всё это значит, а! — воскликнул он.
Она не ответила, продолжая презрительно глядеть на него.
— Я задал тебе вопрос! Отвечай, чёрт тебя дери!
— А ты, оказывается, любишь причинять боль, мальчик! — с улыбкой произнесла она.
— Мне это нравится. Безумно нравится.
— Лучше отвечай по-хорошему, или я…
— Что ты сделаешь? — усмехнувшись, спросила она.
— Ударишь меня опять?
— Я тебя пока ещё не бил. И не планирую. Есть идея получше! — возвестил Марк и открыл шкаф. Достав оба её чемодана, он кинул их на постель.
— Выгонишь меня? — казалось, Элизабет ничуть не растерялась.
— Ай, какой ты плохой!
— Проваливай — и чем скорее, тем лучше! — рявкнул он.
— С превеликим удовольствием! — она достала свои вещи и принялась одеваться. Нижнее бельё было проигнорировано — в ход сразу пошло сомнительное платье. Марк, и не думавший отворачиваться, хотел съязвить по этому поводу, но передумал и сказал:
— Не понимаю, что на тебя нашло! Вчера, да и сегодня ты вела себя вполне нормально. Это что — была всего лишь маскировка? А как же твоё состояние… ведь сейчас ты выглядишь иначе, хотя и бледна! Как такое может быть?
Вместо ответа женщина коварно подмигнула, продолжала натягивать платье. Учитывая то обстоятельство, что под ним ничего не имелось, вид у неё получился на редкость вызывающим. Вдобавок она обулась в туфли на высоком каблуке.
— Но как ты могла это симулировать? И зачем? Ты же не знала, что ко мне приедет сестра, — продолжал размышлять вслух Сандерс.
Элизабет со снисходительной улыбкой пожала плечами и направилась к выходу из спальни.
— Стоп, ты забыла остальные свои тряпки! — схватил он её за локоть.
— И сумочку!
— Оставь себе, на память, — ответила она и рассмеялась, идя к выходу.
Марк проследовал за ней и, когда она начала отпирать дверь, впервые более-менее трезво оценил сложившуюся ситуацию. Пока что — только в отношении Элизабет. Куда она может пойти без денег, документов и каких бы то ни было связей в этом городе? К тому же ночью!
— Забери хоть сумку свою, дура! — выпалил он, однако женщина уже вышла из квартиры, громко хлопнув дверью.
С момента, как Сандерс «застукал» парочку на диване, прошло всего пять минут. Ещё одну он постоял, нелепо глядя перед собой и пытаясь определиться: идти или не идти за Элизабет? В итоге он всё-таки остановился на втором варианте и проследовал на кухню.
Из гостиной раздавались приглушённые рыдания. Марк понимал, что ему нужно не просто поговорить со своей сестрой, но и извиниться — ведь она ни в чём не виновата, однако ничто на свете не могло заставить его зайти в ту комнату. По крайней мере, сейчас. Он лихорадочно размышлял, что ему предпринять в сложившейся ситуации. Отметая одно предложение за другим, Сандерс неожиданно понял, что сознательно увиливает от осознания неопровержимого факта, свидетелем которого он стал.
Элизабет была уже не Элизабет.
Он в мельчайших подробностях запомнил её злобный оскал — тут двух мнений быть не может. Всё, что женщина говорила ранее — правда.
В мозгу зародилась неприятная догадка: «А что, если она успела заразить и Джессику?».
Нет, это не просто неприятная догадка — это, мать её, преамбула рассказа с плохим концом. Как назло, Сандерс не удосужился проверить шею сестры. Зато нагрубить — пожалуйста. Кретин! Кстати, ведь она тоже видела ЭТО… или в тот момент её контролировали извне, и она ничего не помнит теперь?
Размышляя, Марк ходил по кухне из угла в угол, как мечущийся в клетке лев. Наконец он остановился, приняв решение. Выйдя в прихожую, он бросил быстрый взгляд на запертую дверь гостиной, откуда по-прежнему раздавались всхлипывания, после чего взял со стоящего тут же столика блокнот. Если уж лично он сейчас не может поговорить с Джессикой, то оставить записку вполне в состоянии. Молодой человек быстро написал нижеследующий текст:
— Марк… — услышал он жалобный голос Джессики — теперь действительно ЕЁ голос. Облегчение от осознания этого факта нисколько не умерило его злость на обеих виновниц конфликта, поэтому он, не задумываясь, грубо бросил:
— Заткнись! С тобой я поговорю позже, идиотка чёртова!
После чего схватил не успевшую встать с пола Элизабет и выволок её в коридор. Хлопнув дверью так, что задрожали стёкла в окнах, Сандерс закрыл гостиную (был бы там замок, воспользовался бы им, не раздумывая) и потянул по-прежнему не сопротивляющуюся женщину в спальню. Когда они оказались в нужном помещении, он снова нешуточно бросил её, теперь на кровать, причём она здорово ударилась рукой о спинку.
— Какого дьявола всё это значит, а! — воскликнул он.
Она не ответила, продолжая презрительно глядеть на него.
— Я задал тебе вопрос! Отвечай, чёрт тебя дери!
— А ты, оказывается, любишь причинять боль, мальчик! — с улыбкой произнесла она.
— Мне это нравится. Безумно нравится.
— Лучше отвечай по-хорошему, или я…
— Что ты сделаешь? — усмехнувшись, спросила она.
— Ударишь меня опять?
— Я тебя пока ещё не бил. И не планирую. Есть идея получше! — возвестил Марк и открыл шкаф. Достав оба её чемодана, он кинул их на постель.
— Выгонишь меня? — казалось, Элизабет ничуть не растерялась.
— Ай, какой ты плохой!
— Проваливай — и чем скорее, тем лучше! — рявкнул он.
— С превеликим удовольствием! — она достала свои вещи и принялась одеваться. Нижнее бельё было проигнорировано — в ход сразу пошло сомнительное платье. Марк, и не думавший отворачиваться, хотел съязвить по этому поводу, но передумал и сказал:
— Не понимаю, что на тебя нашло! Вчера, да и сегодня ты вела себя вполне нормально. Это что — была всего лишь маскировка? А как же твоё состояние… ведь сейчас ты выглядишь иначе, хотя и бледна! Как такое может быть?
Вместо ответа женщина коварно подмигнула, продолжала натягивать платье. Учитывая то обстоятельство, что под ним ничего не имелось, вид у неё получился на редкость вызывающим. Вдобавок она обулась в туфли на высоком каблуке.
— Но как ты могла это симулировать? И зачем? Ты же не знала, что ко мне приедет сестра, — продолжал размышлять вслух Сандерс.
Элизабет со снисходительной улыбкой пожала плечами и направилась к выходу из спальни.
— Стоп, ты забыла остальные свои тряпки! — схватил он её за локоть.
— И сумочку!
— Оставь себе, на память, — ответила она и рассмеялась, идя к выходу.
Марк проследовал за ней и, когда она начала отпирать дверь, впервые более-менее трезво оценил сложившуюся ситуацию. Пока что — только в отношении Элизабет. Куда она может пойти без денег, документов и каких бы то ни было связей в этом городе? К тому же ночью!
— Забери хоть сумку свою, дура! — выпалил он, однако женщина уже вышла из квартиры, громко хлопнув дверью.
С момента, как Сандерс «застукал» парочку на диване, прошло всего пять минут. Ещё одну он постоял, нелепо глядя перед собой и пытаясь определиться: идти или не идти за Элизабет? В итоге он всё-таки остановился на втором варианте и проследовал на кухню.
Из гостиной раздавались приглушённые рыдания. Марк понимал, что ему нужно не просто поговорить со своей сестрой, но и извиниться — ведь она ни в чём не виновата, однако ничто на свете не могло заставить его зайти в ту комнату. По крайней мере, сейчас. Он лихорадочно размышлял, что ему предпринять в сложившейся ситуации. Отметая одно предложение за другим, Сандерс неожиданно понял, что сознательно увиливает от осознания неопровержимого факта, свидетелем которого он стал.
Элизабет была уже не Элизабет.
Он в мельчайших подробностях запомнил её злобный оскал — тут двух мнений быть не может. Всё, что женщина говорила ранее — правда.
В мозгу зародилась неприятная догадка: «А что, если она успела заразить и Джессику?».
Нет, это не просто неприятная догадка — это, мать её, преамбула рассказа с плохим концом. Как назло, Сандерс не удосужился проверить шею сестры. Зато нагрубить — пожалуйста. Кретин! Кстати, ведь она тоже видела ЭТО… или в тот момент её контролировали извне, и она ничего не помнит теперь?
Размышляя, Марк ходил по кухне из угла в угол, как мечущийся в клетке лев. Наконец он остановился, приняв решение. Выйдя в прихожую, он бросил быстрый взгляд на запертую дверь гостиной, откуда по-прежнему раздавались всхлипывания, после чего взял со стоящего тут же столика блокнот. Если уж лично он сейчас не может поговорить с Джессикой, то оставить записку вполне в состоянии. Молодой человек быстро написал нижеследующий текст:
Страница 33 из 112
