Волшебная ложка

Олег уныло присел и захныкал. Я слегка поторжествовал, затем похлопал его по плечу: мол, не расстраивайся ты так. И тут он вскочил: 'Ты своего трицератопса будешь помнить всю жизнь!' — и быстро, каждый раз усиливая удар, стукнул меня ложкой по лбу. Я вырубился… Утро было страшное. Голова раскалывалась от невозможной боли, опохмелиться нечем, запить таблетки тоже — воды в домике не осталось, наступить на распухшую ногу не мог… Олега тоже не оказалось. Все вещи, за исключением фотографии Оленьки на месте. Разве что паспорт мой валялся под столом, да банка тушенки исчезла… Как Рыжий смог уйти после такого коктейля — не представляю… На закате мне удалось добраться до ручья. К утру обратно. Тут меня и нашли под вечер коллеги. Дорогу в Москву помню смутно, а ведь неделя к тому времени прошла: пришлось полежать в госпитале в Хабаровске на счет жуткой идиосинкразии. Спасибо, шеф договорился… Дома, у подъезда, показалось, мелькнула знакомая курносая круглая харя Олега. Мне теперь она постоянно мерещится: ищу я его все эти годы, волшебника хренова… — А на фиг он тебе нужен? Подумаешь: померещилось про воду в котелке! — Санек был как всегда внимателен в разговоре и хватался за самую суть.

— Ты что, в цирк никогда не ходил? Капперд… Как его? Ко-ппе-р-филдов по ящику не видел? Там у них вагоны груженые испаряются! А у тебя пол литра пропало. Не водка ж — вода! Так чего мучиться!

— Эх, молодежь! Не понимаете вы ничего! Причем тут вода!? Причем тут водка! Я с тех пор ничего, кроме кружки пива позволить себе не могу! Раз в неделю — кружку пива! Представляете?

— Да. Это утрата.

— Хором согласились мы.

— Так к врачам сходи, к эстраксенсам каким — раскодируйся!

— Не могут мне врачи помочь. Хотели отрезать — так рентген показал, что внутри мозг. Умру сразу.

— Где мозг? — мы одурели от изумления, живо представив себе картину: мозг в… — Где-где… В Караганде! Вот!

Евгений Мстиславович пальцами развел темные локоны у себя на лбу: там розовели три, сантиметра по полтора высотой, розовых выступа. Рόжки. С наперсток примерно. Треугольником. Как у трицератопса… Пауза с присвистом… — Вот и ищу я этого кудесника Сихотэ-Алиньского все шесть лет. И всюду его как бы вижу: то по дороге на работу у светофора, то с балкона в сумерках, а как-то раз в квартиру этажом ниже юркнул… Мы пособолезновали мужику… Ну да время позднее: пора и на хаус. Гуд бай, дядя Женя… Он остался. Опустив голову, понурый и безутешный. Пива в кружке — еще на пару часов хватит. А мы пошли. И только Андрик повернулся в дверях и произнес загадочную фразу:

— Слышь, Матвеич, ты лучше с женой поговори! Красивая она у тебя уж очень. Да и приветлива, небось, к рыжикам…